Небо цвета Измены (СИ)
- Маш, ты считаешь, что это плохо, когда один партнёр сообщает другому о серьезности своих намерений?
- Нет, это хорошо, несомненно, но нельзя же делать это так, - упрямлюсь я.
- А как это нужно делать? – переспрашивает он, слегка нагнув голову на бок и приподняв брови.
- Хотя бы не при всех, можно было мне об этом наедине сказать, зачем при бабушке?
- Так ты бабулю застеснялась? – смеётся он, - Кончай это дело, она хоть старенькая, но очень мудрая женщина, видишь как учтиво в дом ушла, и нас позвала, пойдём, уверен, что нас ждёт не только густая сметанка.
- И всё равно, ты неправильно сделал, - обижаюсь я, но делаю шаг вслед за ним, потому что он до сих пор не отпустил мою руку.
- Хорошо, я тебя услышал, больше такого не повторится, локация «ресторан» для таких случаев тебе больше подходит?
Он издевается надо мной, но делает это ненавязчиво, шутливо, с горящими глазами, что я не могу сдержать улыбку.
- Ну вот и отлично, будем считать, что мы с тобой договорились.
глава 40
Деревенская сметана действительно поразила меня своим вкусом, ничего подобного я раньше не ела, а когда бабушка Аня посоветовала смешать её с малиновым вареньем, я думала, что язык проглочу от удовольствия, в тысячу раз вкуснее любого магазинного йогурта.
- Ну вот, а ты сомневалась, Стрешневы у Ильича всё сметают, Славик своих пострелят к деду привёз, кормит натуральным, чтобы побольше сил за лето набрались, - упоминает между делом бабушка, а у Гара глаза загораются.
- Славик в деревне? Правда что ли?
- А что, думаешь, я брешу? – отвечает ему старушка.
- Машка, пойдём в гости, я Славика с прошлого лета не видел. Пойдём, поболтаем, чаю попьём. Бабуль, а ты куда сладкое припрятала, что мы привезли, а то в гости с пустыми руками как-то не прилично, - засуетился Гар, обводя глазами небольшую кухоньку.
- Да вон в том шкафе, забирай всё, ты ж знаешь, я такое не ем никогда, пошто деньги переводишь?
- Вот ты не ешь, а в гости пойдёшь к своей Митрофановне, возьмёшь угостить, - открывает Гар шкафчик и выуживает оттуда привезённые гостинцы.
- Ага, удивишь её этим, она сама такие же гостинцы почтальонше отдаёт, - отмахнулась бабушка Аня.
- Эх вы, старушки-веселушки, ничем вас не удивишь, - шутит Гар, - что ж вам привозить тогда?
- А нам уже и не надо ничего, сами чаще являйтесь, внучков привозите, и мы счастливы будем. А сластями вашими городскими только зубы портить, толи дело мои пирожки.
Гар сложил в сумку сладкое и обнял за плечи сухонькую хозяйку дома:
- Бабань, твои пирожки безусловно вне конкуренции, - похвалил он её стряпню, и она довольная заулыбалась. – Вернёмся затемно, Стрешневы быстро не отпускают, так что нас не жди, хорошо?
Старушка согласно кивает, а Гар кивает мне, и я поднимаюсь из-за стола. Кто такие Стрешневы я не знаю, что я там делать буду, тоже не понимаю, но всё равно иду, не оставаться же здесь одной с бабулей.
- Долго не загуливайтесь, ты завтра сараем обещал заняться, - кидает вслед нам старушка.
- Я всё помню, - отвечает ей внук, и мы вместе выходим из дома на улицу.
Дом знакомых Гара в самом конце улицы, пока мы туда идём, он рассказывает мне про своего друга и про то, как они с детства до сих пор сохранили хорошие отношения.
- Теперь редко получается пересекаться, Славка со своей семьёй в Ржеве живут, но он своих малых каждое лето сюда привозит, а вон и Люба, - Гар показывает мне в направлении достаточно молодой женщины. – Привет, хозяйка, а мужчина твой где?
- Гарик? Привет, ты тоже здесь? Вот так удача, а мы со Славкой только недавно вас вспоминали.
- Да, мы только сегодня приехали, знакомься, это Маша – моя девушка, а это Люба.
Мы киваем, одновременно рассматривая друг друга. Люба меня ниже и крупнее, на вид ей около тридцати пяти, волосы собраны под косынку, наружу торчит лишь густая каштановая чёлка. Простой удобный сарафан чуть ниже колен свободно облегает пышные бёдра.
- Привет, - здоровается она со мной, и я замечаю, как взгляд женщины становится подозрительным. – Проходите во двор, я сейчас Славика позову, а вы в беседке располагайтесь.
Люба тут же начинает суетиться: быстро за мужем бежит, потом чайник ставит, начинает к столу подтаскивать посуду и угощения.
- Может помочь? – предлагаю я, чтобы не сидеть просто так.
К Гару уже присоединился его друг, и теперь они увлечённо беседуют на разнообразные темы, а я из-за этого чувствую себя одинокой.
- Будет чудесно, - отозвалась на моё предложение Люба, - смотрю, вы там что-то с собой принесли, разложи, пожалуйста, на тарелки, а я за чашками.
Хозяйка убегает в дом, и я начинаю выкладывать на тарелки то, что мы с Гаром принесли.
- А ты кто? – возле меня стоит девочка лет четырёх и смотрит на меня своими большими карими глазами.
- Я Маша, подруга Гара, - отвечаю я ребёнку.
- А где Лиза?
- Какая Лиза, - переспрашиваю я, и лишь спустя пару секунд понимаю о ком она. – Лиза не приехала.
- Почему? - не отстаёт от меня ребёнок.
- По кочану! – из дома с полными руками посуды выходит Люба и сразу же осаживает дочь. - Марусь, иди поиграй, не мешай взрослым.
- Со мной Сёмка не играет, мне скучно, - малышка, будто специально придаёт своему голосу характерную интонацию, чтобы у матери возникло естественное желание пожалеть дочь.
- У тебя куча кукол, играй с ними, - не пасует Люба, зная, как и куда нажать, чтобы дочка отстала.
- Я видела дядю Игоря, думала, что он с Лизой, а она говорит, что моя подружка не приехала. Зачем они тогда вообще пришли, если с ними Лизы нет, - бурчит девочка, но мать слушается и уходит.
- Сейчас кто-то по губам получит за такие разговоры, - Люба повышает голос, и малышка, заметно ускорившись, убегает к папе на ручки. – Маш, ты на неё не злись, она просто привыкла Гарика вместе с дочкой здесь видеть, но я так понимаю, они с Маринкой всё же разбежались?
Чувствую себя, как не в своей тарелке. Пришла в гости, а будто чужое место заняла.
- Да, - коротко отвечаю я, продолжая раскладывать конфеты и печенье.
- Жалко, такая пара красивая была, - Люба вздыхает и тут же понимает, что сделала глупость. – Маша, ты только на свой счёт не бери. Я ничего такого в виду не имела. Не обижаешься?
Вот что ей на это ответить? Я встречаюсь с разведённым мужчиной, и меня уже который раз словно специально тыкают в это носом. Обижаюсь ли я? Нет, мне не обидно, мне почему-то противно становится от самой себя, словно я сделала что-то противозаконное, хотя я ничего не нарушала.
- Нормально, - отмахиваюсь я от вопросительного взгляда Любы, - переживу.
- Точно обижаешься, - поняла по-своему мой ответ хозяйка. – Но тебе всё равно придётся через это пройти, если с Гариком захочешь остаться, Маринка с Лизой всем нравилась, тебе на их фоне будет трудно.
Я понимаю, что она вряд ли хочет меня обидеть, скорее, успокоить, подготовить к тому, что эти вопросы и сравнения будут не единичными, но мне от этого осознания не легче. Поднимаю глаза на Любу, выразительно смотрю, словно мысленно посылаю далеко и надолго, а вслух произношу:
- Я не на их фоне, я отдельно. Гар сам меня выбрал, так что отчитываться ни перед кем не буду.
глава 41
- Да ладно тебе, я же не в обиду, - она пытается загладить своё высказывание, я принимаю и изображаю на лице понимающую улыбку, хотя в душу будто плюнули.
Вот зачем всё это выливать на совершенно незнакомого человека, она же не знает что между нами, как мы познакомились, что планируем и как будем дальше жить, сразу клише и определение без вариантов. Ладно, Люба, мы ещё посмотрим кто кого. Я пытаюсь бравиться, но та моя часть, что обычно позади и долго всё обдумывает и взвешивает, неожиданно подкидывает «зря ты всё это затеяла, не потянешь, бросай, пока не затянуло».
Когда к накрытому столу подходят мужчины, я выгляжу совсем не радостно.