Небо цвета Измены (СИ)

  
Небо цвета Измены
 
Саша Девятова
   
глава 1
 
- Эдик, я вернулась! – войдя в квартиру, запираю дверь изнутри на замок, разуваюсь, вешаю лёгкую куртку в шкаф, не включая свет, и с радостной улыбкой направляюсь в комнату, откуда грохочет плазма каким-то фильмом.
В комнате полумрак, как и во всей квартире, на экране ТВ что-то взрывается, переворачиваются машины, кто-то кричит, моих шагов не слышно совсем.
  
Подхожу к дивану, стоящему спинкой ко входу в гостиную, наклоняюсь через неё, чтобы чмокнуть любимого в макушку, и представляя его сидящим в обнимку с ведром попкорна, но вижу совсем не это. На смятом покрывале, прикрыв глаза от наслаждения, лежит мой Эдуард, а возле его паха трудится незнакомая блондинка, стараясь вернуть мужскому органу боевое положение.
В ужасе замираю, не в силах произнести ни звука, дикий ор героев фильма из плазмы на стене стирает границы и придаёт происходящему ощущение нереальности. Ласки блондинки и расслабленная поза Эдика выбиваются из сюжета, в этой комнате явно не хватает динамики.
Не боясь спугнуть своими шагами бесстыжую парочку, которая вообще ничего не слышит, полностью поглощенная друг другом, я иду на кухню и наливаю полный ковш ледяной воды. Вот вам, развратники, получите разгон для скорости! Возвращаюсь к дивану и одним махом выливаю воду на живот Эда и голову его блондинки.
Идеально. Улыбаюсь, видя почти синхронное вскакивание с дивана и наслаждаясь отчаянными визгами и отборным матом. Последний штрих… Отступаю к выключателю и зажигаю яркий свет. Готово!
- Маш, ты что? Охренела совсем? – Эд хватает с пола боксеры и джинсы, а блондинка мечется по комнате, собирая разбросанную по полу одежду.
- А ты не охренел? – вторю ему, но голос у меня спокойный, хотя внутри бушует такая ярость, что дай мне волю стёрла бы их обоих в порошок.
- Машунь, ну подожди, успокойся, - шикает на блондинку, спешно натягивающую на себя блузку и юбку, а сам стоит, совершая руками успокаивающие движения. – Я сейчас всё тебе объясню, ты главное не нервничай, я уверен, мы всё уладим.
- Вон пошли оба! – кричу и понимаю, что Эд уже выключил плазму и сейчас мой голос ничем не перекрывается. – Быстро! – добавляю чуть тише.
Блондинка, наконец, заканчивает одеваться и бочком пытается прошмыгнуть мимо меня в прихожую, чтобы скорее покинуть место разборок. Значит, случайная, раз так легко сдаётся, значит, не успел ещё ей Эдик с три короба наобещать, чтобы она начала передо мной права качать и выёживаться.
- Маш, ну чего ты кипятишься, - услышав в прихожей хлопнувшую за блондинкой дверь, Эдик медленно идёт ко мне. – Давай я тебя обниму, я соскучился, тебя целую неделю не было, ты ж моя радость…
Он идёт ко мне, даря виноватую улыбку и полный любви и нежности взгляд любимых глаз. На мгновение я поддаюсь его притягательному обаянию, но услышав запах похоти, которым он пропитан насквозь, тут же трезвею.
- Уходи, - цежу сквозь зубы, отступая к стене.
- Ну, малыш, с кем не бывает, ошибся, бес попутал, пелена перед глазами, прости, я тебе обещаю, что такого больше не повторится, - успокаивающим, ласкающим слух голосом наливает мне полные уши сладкой лжи.
Я делаю ещё шаг назад, и спина упирается в стену, больше отступать некуда. Бешено соображаю, что ещё сделать, чтобы убрать это магнетическое воздействие, протягиваю руку к стоящей рядом тумбочке, и любимая фарфоровая ваза с яркой росписью в китайском стиле летит ему прямо под ноги, разбиваясь на тысячу осколков.
- Да что с тобой? Уймись! – отскакивает назад, и я замечаю кровавую ссадину на его стопе. – Из-за такой ерунды разбила мой подарок, это же твоя любимая ваза, Маш, приди в себя.
- Если не уберёшься отсюда сейчас же, вслед за вазой брошу в тебя этим, - с угрожающим взглядом, беру с той же тумбочки тонкий ноутбук Эда и поднимаю его над головой, показывая, что точно сделаю то, о чём предупреждаю.
- Психичка, - слышу обидное в свой адрес и вижу, как он с перекошенным от злости лицом натягивает футболку и вытаскивает из-за шкафа свою дорожную сумку.
Минута и Эдик скидывает свои вещи как попало. Ещё минута, и он сгребает с полки в ванной тюбики, станок и баллончик с гелем. Третья минута, Эд хватает из моей руки свой ноут, и, сунув ноги в кроссы и схватив кожанку с вешалки, громко хлопает дверью.
Я остаюсь одна и медленно скатываюсь по стенке на пол. Вот и всё. Финал. Что там в сказках про любовь пишут? Нет её, этой любви, нет, сплошное разочарование.
Сижу, бездумно глядя в пол, и даже не пытаясь встать. В голове каша, тело как вата, во рту горький привкус обречённости.
Вспоминаю слова Ирки, которая буквально вчера отговаривала меня от досрочного вылета домой. Я её не послушала, видимо правильно сделала. Однозначно правильно. Вряд ли бы увидела эту сцену, если бы вернулась вовремя. Ну ты и козёл, Эдик. А как красиво говорил…
Заставляю себя подняться и пойти на кухню, на автомате ставлю на газ чайник и бросаю в чашку ложку мяты. Сейчас заварю, выпью и станет легче.
Чайник закипает, свист на всю квартиру, но я реагирую медленно, я словно в тумане, всё ,что вокруг, так близко и так далеко одновременно.
Беру в руки чашку, лью пузырящийся кипяток и опускаюсь на табурет возле стола. Ну почему мне так не везёт. Я что, магнит, для кобелей? Или я недостаточно хороша в постели, чтобы быть для мужчины единственной. Вспоминаю предыдущего своего парня, расстались по той же причине. Со всей силы бью обеими кулаками о столешницу, вымещая злость и проливая немного горячего чая из кружки. Смотрю на растекающуюся по поверхности лужицу и не тороплюсь вытирать, а пальцем придаю ей форму круга и бездумно рисую лучики.
Какая же я дура. Наивная дура, которая в свои двадцать шесть всё ещё верит в любовь и ждёт принца на коне. Давно пора проснуться. Принцев нет, так говорит Ирка, их всех ещё щенками разобрали. «Замуж нужно по глупости выходить, потом уже поздно», - вспоминаю слова своей мамы.
Вдыхаю успокаивающий аромат мяты из чашки, стараюсь расслабиться и послать всё к чертям. Тогда справилась, и сейчас переживу. Ни я первая, ни я последняя. Не жили богато… , нет это из другой оперы, хотя тоже подходит. Боже, ну почему так ломает?
Пытаюсь выдернуть себя из состояния тоски, бью по щекам, глотаю обжигающий напиток и хочу разреветься. Нет, Эдик, ты моих слёз не заслуживаешь, тру глаза, загоняя слёзы под веки, массирую шею, двигаю плечами, изо рта вырывается протяжный вымученный стон.
- Откройте, есть кто дома?
Из задумчивого состояния меня выдёргивает настойчивый стук в дверь и незнакомый мужской голос.
  
глава 2
 
- Кто? – подхожу к двери, желая, чтобы этот дятел, так громко барабанящий по металлическому покрытию, сломал себе пальцы от чрезмерного усилия.
- Доставка цветов, - звучит короткое представление с той стороны.
- Я ничего не заказывала, - глухо отзываюсь и собираюсь снова идти в кухню, где меня ждёт моя остывающая чашка чая.
- Тогда подпишите отказ, я что, зря через весь город к вам пёрся?
Довольно некультурно для службы доставки, резануло, но понять курьера тоже можно, он не виноват, что тут такое случилось. Открываю незапертую после ухода Эда дверь и смотрю на молодого парня в фирменной кепке и куртке. Он решительно протягивает мне планшетку с таблицей адресов и указывает пальцем, где подписать, возле его ног стоит корзина с белыми хризантемами. Мои любимые. Может оставить?
  
- А кто заказал? – интересуюсь, разглядывая ни в чём не повинные цветы.
- Заказчик аноним, будете оставлять? Заказ уже оплачен, - видимо курьер замечает мой взгляд, который скользит по цветам.
- Оставлю, - отвечаю я, и, черканув свою подпись в графе получатель, заношу корзину в квартиру.
Пофиг, буду думать, что это от тайного воздыхателя, хотя, скорее всего это Эдик подсуетился и заказал заранее.