Печать правосудия (СИ)

— Сыны Си переросли обычную шайку наркоторговцев, — сказал Шумякин. — К сожалению, нам приходится с ними считаться, а время от времени даже договариваться.
— Чем закончилась история с племянницей?
— Она умерла. Скор не повелся на их шантаж и продолжить делать свою работу. Суки завалили девчонку Ветром, и та умерла от передозировки.
Я вспомнил бешенные глаза Скора и ту легкость, с которой он бил китайцев головами о стены и трубы.
— Понятно.
— Скор развязал войну. Выследил и убил всех курьеров, которые лично участвовали в поставке Ветра его племяннице, затем перешел на барыг и дилеров покрупнее. На улицах начались серьезные стычки. Сыны Си подтянули крутых апперов. Скор ввязывался в такие передряги, которые и в фильмах редко увидишь. Сыны Си давали Скору отпор, но этим дело не ограничилось. В отместку они начали громить полицейские участки и совершили целую череду грабежей возле гостиницы. Ветер попал в школы. Закладчики награждали Ветром бесплатно тех, кто совершал хулиганку и выкладывал это в сеть. Группка Сынов Си стала огромной проблемой для города.
Про бесплатную наркоту в школах я помнил и сам. Правда тогда я был слишком мал, чтобы таким интересоваться.
— Нужно было срочно что-то решать. Объявлять перемирие, иначе это грозило кровавыми разборками. Подключились обники из центра. Они искали пути, чтобы заморозить конфликт, но им мешал Скор. Он все больше и больше выходил из-под контроля. Помимо самодеятельности на улицах он писал бумажки на самые верха. Министрам и президенту. Он собрал уйму доказательств. Формальных, подкрепленных фото, видео, показаниями свидетелей. Система встала перед выбором: поступить по закону, что могло привести к её краху, либо договариваться.
— Понятно что они выбрали.
— Скора списали. Почётные грамоты, денежное довольствие, пенсия, квартира от государства и прочие бесполезные фантики для аппера, который разочаровался в том, чему посвятил всю свою жизнь. Дело кое-как замяли. С Сынами Си договорились. Они ушли из школы, прекратили беспредел и, наверное, что-то ещё. Нас смертных в такие детали не посвящают.
— Мда…
— Такие раны не заживают, но я и подумать не мог, что он выкинет что-то подобное, — Шумякин посмотрел в окно. — Он сорвался, и я пока не понимаю, чем нам это обернется.
— Ты хотел сказать — обернется мне, — я посмотрел в Шумякину в глаза.
Подполковник продолжил после небольшой паузы:
— Ты точно попал на камеры, Скор об этом позаботился. Значит, они точно знают, кто к ним приходил.
— Писать завещание?
— Я позвонил в центр…, — Шумякин замолчал.
Позвонил в центр, но там не подняли трубку? Судя по выражение его лица, ничего хорошего там не сказали.
— Они поднимут этот вопрос и попробуют сделать тебе крышу, а пока никакой больше самодеятельности. Никаких драк, никаких пропаж, пререканий и вообще… Стань гребанным отличником и сыном маминой подруги. Сыны Си помнят, что война с ОБНИС — не самое приятное занятие. Наверняка, они уже знают, что ты работаешь там, и пока думаю, что с этим делать. Значит у нас есть сколько-то времени, но…
Шумякин замолчал.
Как же охеренно все складывается. Сами притащили меня в ОБНИС, шантажом заставили подписать бумажки в обмен на чистую характеристику, а вместо этого я получаю почти смертный приговор от Сынов Си из-за съехавшего наглухо пенсионера-печатника. Вашу мать, можно мне обратно на полставки в мастерскую?!
— Что-то ещё? Может мне нужно отрезать пару пальцев и принести им в качестве извинений?
— В общем, веди себя тише воды и ниже травы, — Шумякин посмотрел мне в глаза. — Может случится так…, — он снова помолчал несколько секунд, будто решая стоит ли мне это говорить. — Короче, если чмыри в центре не смогут договориться с Сынами Си, то, возможно, — Шумякин поднял руки. — Возможно, они захотят тебя выкинуть из ОБНИС под каким-нибудь формальным предлогом, чтобы сделать подарок китайцам.
— За*бись…
  
Глава 14. Хорошее поведение
 
Троечника ко мне всё-таки прислали. Троечник — аппер третьего ранга по-нашему. Хотя при виде его ты не можешь позволить себя ляпнуть такую глупость. В окружении второсортных апперов его хотелось звать великий, всемогущий или просто «я хочу от тебя детей».
 
Мужчина сорок с небольшим в черном приталенном пиджаке и белой рубашке. Это тебе не врачи в больнице. Халат и колпак вредят внешнему виду и дешевят. Речь шла про аппера третьего ранга. Его туфли стоили, как весь гардероб врачей на первом этаже.
Едва он вошел, я почувствовал силу. Что-то подобное я чувствовал, когда соприкасался с энергетическими сферами Пауля. Но одно дело прикасаться к уже сформированной способности и совсем другое — ощущать силу нутром в пространстве целой комнаты.
— Здрасте.
— Привет, — он натянул улыбку, тут же её убрал, щелкнул пальцами.
Вскоре лекарь расположился в поставленное специально для него кожаное кресло (не удивлюсь если его вырвали прямо из-под задницы директора), а меня окружили две девочки-белочки. Выкрашенные в черный цвет волосы, тугозаплетённые хвосты, идентичный макияж, два одинаковых коричневых костюма со штанами клеш. Одна держала планшет для записей, а другая накидывала наблюдения.
— Пульс шестьдесят, сто двадцать на семьдесят девять, температура в норме, кислород в крови девяносто, глюкоза…
Лекарь закинул ногу на ногу. Начищенный ботинок отстреливал в потолок солнечным зайчиком. Хозяин туфли листал ленту в смартфоне.
— Неужели вы приехали из-за меня? — спросил я, следя зрачком за фонариком.
— Ага.
— Тише, пожалуйста, — сказала помощница.
Спустя пять минут помощница передала лекарю бумаги. Тот пролистал три страницы, секунд десять посмотрел на последнюю, подошел ко мне.
— Как самочувствие?
— Нормально.
— Ну и отлично.
После нескольких бирюзовых вспышек по телу разлилось тепло; в плече и боку что-то зашевелилось.
— Держите, доктор!
Лекарь взял из рук помощницы коктейль, в котором плавали яичные желтки и зелень. Мне такое пить совершенно не хотелось, но если надо… А нет, не надо. Лекарь сам хлопнул коктейль залпом и направился к двери.
— Все доброго… эммм…
— Никита, — прошептала помощница.
— Всего доброго, Никита. Поправляйся!
Процессия вышла, стул забрали, я с удивлением обнаружил, что вместо сквозных дырок в плече и животе остались едва заметные шрамы.
И все что ли? Я представил звук открывающегося кассового аппарата и звон монет. Дзинь! Со счета ОБНИС только что списали шестизначную сумму. Ну, окей, спасибо.
По правде сказать, всего дней через пять с регенерацией под воздействием силы, да ещё под присмотром врачей, я и без троечника стоял бы на ногах. К чему такие траты? Непонятно. Но если есть кому платить, то пожалуйста! Если можно не валяться лишних пять дней в больничке, то я выберу — не валяться.
… … …
Информатор подмигнул официанту и посмотрел на Роберта с улыбкой:
— В прошлый раз ты не хотел приходить на встречу. Что изменилось? К чему такая срочность?
О боже, вести дела с этими информаторами — сплошное наказание. Вечно строят из себя суперагентов, а ещё любят острить. И ведь понимают, что ходят по лезвию ножа. Но это, видимо, натура такая. Ты должен обладать ценной информацией, это позволит тебе вести дела на равных с настоящими игроками. Но не дай бог ты налажаешь. У тебя нету ничего, что может тебя защитить.
Роберт посмотрел на курчавого официанта и дождался, пока тот свалит.
— Что нового?
— Прости, но акция: утром деньги — вечером стулья закончилась, — информатор посмотрел на свое отражение в экране смартфона.
— Ещё бы.
Каждую неделю Роберт думал, что хуже с деньгами быть не может, и каждую неделю они пробивали новое дно. Теперь ему приходилось самому ездить в банк и снимать эти копейки со счета босса. Что дальше? Жрачку из Макдоналдса заказывать? Эта гребанная свадьба с Вишневскими состоится или нет? Если вопрос не решится в течение пары месяцев, то костюм боссу придется брать на прокат, машины — в аренду, а носки покупать в секонд-хенде. Дожили.