Печать правосудия (СИ)

И над всем этим стоит он… Один единственный человек, за спиной которого развивается герб семьи Яровых.
— Встав под знамёна Яровых, твой сын сотворит что-то очень ужасное, — Старец открыл глаза. — Прости, но я не могу этого допустить…
Старец схватил со стола вилку и направил мальчику в грудь. Вилка проделала полпути, зависла в воздухе, а затем упала на пол. Евгений ещё несколько секунд подержал переломанную шею Старца, а затем помог ему занять прежнюю позу на стуле. Окровавленные глаза под белесой пленкой навсегда уставились в потолок.
— ТЫ ЧТО НАТВОРИЛ?!!!
Евгений развернулся и расправил плечи, закрывая телом мальчика. В проходе стоял отец. Силовые потоки покидали его тело и преобразовывались в линии, дополняя тело человека чертами волка. Грива, уши, хвост, пасть, клыки и когти. Он увеличился в размерах в полтора раза и рухнул на четыре лапы, проламывая доски. За мерцанием силовых линий Евгений рассмотрел очертания отца. Тот походил на обычного человека, погруженного в робота-волка, только роль железной оболочки машины играли полупрозрачные силовые линии. Теперь Евгений увидел это своими глазами.
— Послушай! — крикнул Евгений, но понял, что разговаривать бесполезно.
Отец стал зверем, хищником. И пока хищник не прикончит свою жертву, человеческого в нём не появится.
Евгений прыгнул первым, смял отца в охапку, вылетел вместе с ним в коридор. За занавеской послышались звуки ударов, грохот ломающихся стен, хруст костей, волчий рёв. Чуть позже послышались крики, топот ног, выстрелы, ор и стоны раненных. Шум продолжался долго. То усиливался, то снижался, чередуясь волнами поднимающихся бойцов.
Малыш лежал на столике, разглядывал люстру. Блестящие стеклышки раскачивались и отбрасывали свет. Первое в жизни развлечение не на шутку его увлекло, но затем появился новый, куда более интересный объект — женская рука. Кто-то поднял его. Малыш почувствовал тепло и запах безопасности. Захотелось спать…
  
Глава 1. Не подарок
 
— Вот! — сказал Пауль и поднял Бублю очки.
Ого. Под глазом у Бориса переливался сине-фиолетовый фингал. Веки раздулись до размеров половинок спелого персика. И он был такой спелый, что аж трескался по излому, из которого вот-вот вылезет косточка — Бубля глаз.
— А?! — сказал Пауль и уставился на меня.
Похоже, это должно было меня впечатлить.
— Что случилось?
— Какой-то придурок за стекляшкой докопался, — сказал Бубль и опустил очки.
— Не какой-то придурок, а мудак Гориновский, — Пауль уселся на покрышку, закинул ногу на ногу и показал пальцем на Бубля. — Видишь, что они творят?!
На Пауле была белая майка и расстёгнутая олимпийка. Растрепанные волосы покрывала черная панама с эмблемой «street power». Он ещё ничего не сказал, но я уже догадывался, куда он клонит. Не интересно.
— И нахрена ты его сюда притащил? — спросил я.
— Что бы ты посмотрел! — он вскинул руки, как будто доказал мне что-то, о чём мы давно спорили.
Очередной вброс Пауля, даже если при этом пострадал Бубль, меня не касался. Они сами согласились играть в игры с Гориновым. Вот, пускай делят территории, строят друг другу подляны и бьют друг другу хари без меня.
Хотя Бубля было жалко. Пятнадцать лет, младше нас на два года. Пауль взял его в оборот и вертел как хотел.
— Ну получил и получил, — я пожал плечами. — Сходи к Фите, она тебя подлатает.
— Ага, — Бубль кивнул, посмотрел на Пауля. — Пойдём?
— Ник, я смотрю тебе вообще насрать, да?!
Пауль вскочил, отодвинул Бубля в сторону, встал напротив меня. Сила, собравшаяся в его руках, источила шарообразную ауру. Он стоял близко. Я чувствовал, как поля энергетической сферы покалывают мне в животе.
Я оглянулся. Если бы мой начальник из автосервиса увидел приколы Пауля, то поднял бы нехилый скандал. Мохов так боялся обников — сотрудников отдела по борьбе с незаконным использованием способностей, что без сомнения уволил бы меня за проделки Пауля, лишь бы не видеть использование силы вблизи его автосервиса. Но Мохов сидел в своей каморке, в боксе никого не было.
 
— Ты зачем пришёл? — спросил я.
— Твоего кореша отмудохали?! Так и будешь это хавать?!
— Я вообще-то работаю, а вам советую не ходить за границей, которую вы сами прочертили. Зашёл куда не надо — получил. Разве не об этом вы договаривались с Гориновым?
— Горинов, сука, ходит, где захочет! В первый раз мы оставили безнаказанным наезд на Миху возле бара, а сейчас простим ему это?! С каких пор ты стал таким мямлей, Ник? Не боишься, что в следующий раз они подловят где-нибудь тебя?
Пауль. Павел Каштанов. Разговоры наподобие этого случаются у нас примерно раз в неделю. Любой другой на его месте обозвал бы меня ссыклом и ушёл с гордо поднятой головой. Я бы только порадовался. Но Пауль всё никак меня не отпускал.
Тогда нам было по тринадцать. Наслаждение первыми волнами силы, способности, наивные мысли о том, что ты король мира, а пехи — твои подданные. Мы часто применяли силы. Я практиковался и научился использовать свою рассеянную способность не хуже, чем парни со сформированными.
Имена на улице завоёвывались через драки. Я своё заслужил. Никита Майоров по прозвищу Ник. С такой фамилией у меня были все шансы оказаться Майором. И это очень плохо, потому что любые звания всегда ассоциируются с обниками. Я отбился от Майора и стал Ником.
История нашего взросления была яркой и опасной, а закончилась предсказуемо. Я повзрослел, Пауль — нет.
— Я пас, — сказал я.
— Ну ладно, тогда я тоже не пойду. Пускай Бубль один идёт, — сказал Пауль и улыбнулся, показывая ряд острых белых зубов. — Он просрал подарок для Фиты, пускай сам и забирает.
Чего?! В поисках подвоха я посмотрел на Бубля.
— Ну чего ты молчишь?! Скажи ему! — приказал Пауль.
— Он отобрал его вместе с рюкзаком, — сказал Бубль и пожал плечами.
— Та-а-а-ак, — я достал из кармана тряпку, вытер руки. — Никаких фокусов и драк. Найдём его, припугнём и просто заберем подарок.
— Так бы сразу, — глаза Пауля засияли.
— Просто. Заберем. Подарок.
— Конечно-конечно, — Пауль уже прихватил Бубля под руку и потащил за собой. — Пошли, Майор.
… … …
— Ах-ха-ха-ха! Что с лицом, падаль?! — крикнул Пауль, поднял с земли рюкзак, передал Бублю. — Держи! Проверь, чтобы всё было на месте!
Бубль проверил рюкзак. Хорошая новость — подарок был на месте, плохая — валялась на траве.
— Мда-а-а, — протянул я и почесал затылок.
Всё пошло не по плану. Корчик заметил нас и кинулся бежать. Пауль нагнал его возле стадиона, два снаряда выпустил с правой руки и ещё один — с левой. Нужно признать, Пауль владел способностью на высшем уровне. Первый снаряд прилетел под ноги и выбросил в воздух комья земли, второй зацепил по плечу, третий срубил по ногам. Для Пауля веселье только начиналось. Он зарядил ещё два снаряда, но я подоспел вовремя, толкнул его в плечо и напомнил о договоренности. Тот фыркнул, но послушался. Снаряды улетели в воздух, оставляя бледно-фиолетовые следы.
До того момента ещё ничего страшного не произошло. Корчик сидел на траве и потрясывал головой. Пауль его дезориентировал, так работают энергетические снаряды. Если ты не используешь защиту, то они прокатываются по телу, точно разряды электрического тока.
Корчик пребывал в подпорченном, но совершенно нормальном состоянии, когда я к нему подошел. Я спросил — всё ли у него в порядке — и собирался извиниться, а тот вдарил мне коленом по яйцам, подпрыгнул и разнёс лбом нос. Живот стал каменным, подогнулись ноги. Я отошел на полусогнутых, втягивая запах железа и пачкая майку кровью. В глазах засветился блик, за которым я ничего не видел. Если бы Корчик бил с левой, то я бы пропустил удар, но Корчик был правшой. Это его и сгубило. Я заблокировал удар левой, качнул волну силы в правую и выдал прицельный выстрел в бороду. Всё. С тех пор, вот уже десять минут, бледный Корчик с приоткрытым ртом валялся на траве без единого движения.