Зверское убийство. Тайна Люка Эббота
Дженифер положила трубку, повернулась и — испугалась от неожиданности. Позади нее стояла Фрэнсис, в халате, накинутом поверх пижамы, и белые бинты поперек ее лица светились в слабом, падавшем из открытой двери спальни, свете.
— Что случилось? — прошептала Фрэнсис таким шепотом, который был способен разбудить мертвого. К счастью, все остальные спали в отдаленной части дома. Только их две комнаты были рядом, и Дженифер поднялась быстро, чтобы добежать до телефона: по правде говоря, она и не спала.
— Видимо, у Марка рецидив болезни, — сказала Дженифер. — Он испытал нервное потрясение, когда умер его отец; а теперь, со смертью матери, ситуация повторяется. Бэзил говорит, что он в прямом смысле лезет на стену. Он взял у Бэзила какие-то снотворные таблетки, названия которых Бэзил не помнит, но они подействовали на него в худшую сторону.
— Это иногда случается, — заметила Фрэнсис.
— Да, я знаю. Это было и в ночь, когда убили его мать: я сделала ему успокаивающую инъекцию. Я тогда не знала, что он — на галиперидоле. Два транквилизатора вместе могли вызвать обратную реакцию, хотя… — Она нетерпеливо вздохнула. — Бог мой, когда только люди научатся не давать медикаменты другим по своему усмотрению? Бэзил — дурак.
— Но, может быть он желал помочь Марку, — возразила Фрэнсис.
— Да, — задумчиво продолжала Дженифер. — Я только хотела бы знать, не делал ли этот милый, обходительный Бэзил того же ранее. Не давал ли он Марку снотворного, чтобы якобы заставить его спать, — а на деле это… — Она говорила с трудом, внезапно озаренная догадкой. — …Ухудшало его состояние, — прошептала она.
Подруги пристально посмотрели в глаза друг другу.
— Может быть, тебе лучше позвонить Люку, — сказала Фрэнсис.
— О нет, я не собираюсь снова делать из себя дурочку, обвиняя людей бездоказательно, — парировала Дженифер. — Сначала я должна взглянуть на Марка.
— Лучше бы тебе разбудить Дэвида, — нервно возразила Фрэнсис.
— Нет, все будет в порядке. Я смогу справиться с Марком, — твердо заявила Дженифер.
— Тогда я еду с тобой, — сказала Фрэнсис. — Почему, между прочим, Бэзил вызвал именно тебя? Автоответчик должен был направить его к Кэлгери.
— Он принес свои извинения. Сказал, что Кэлгери уже на вызове. Поэтому он использовал наш частный телефонный номер, рассчитывая, что приедет Дэвид, — как я полагаю. Номер был в записной книжке Марка.
— Какая маята — жить в маленьком городишке, — пробормотала Фрэнсис, направляясь к своей спальне и развязывая халат. — У любого обнаруживается твой номер телефона.
— Я собираюсь приставить охрану к Дженифер, — сообщил Люк сержанту Пэдди.
— Там уже есть патруль, который проверяет обстановку каждые двадцать минут, — напомнил ему Пэдди. — У нас не хватит людей, если мы будем над каждым подозреваемым…
— Я знаю. Меня не так волнует кто-либо входящий в дом, как то, что Дженифер может выйти из дома. Она стала очень беспокойна и утверждает, что завтра приступит к работе.
— Прекрасно. — У Пэдди было покорное выражение лица. — Мне послать машину прямо теперь?
Люк посмотрел на часы.
— Нет, в постели, я полагаю, она в безопасности. Утром — да. Они поручили ночные вызовы кому-то еще. — Некоторое время он размышлял. — Ты можешь попросить патруль остановиться и хорошенько разведать обстановку в следующий заход?
— Будет сделано.
— Я имею в виду — по ходу патрулирования.
— Конечно.
— Я расскажу Уитни детали ее обязанностей телохранителя: она будет рядом с Дженифер до конца недели. Это развлечет ее после работы уборщицей на заводе. Она говорит, что плечи устали от этой работы.
— Прекрасно. Во всяком случае, не думаю, чтобы Дженифер совершила какую-нибудь глупость сегодня ночью, правда? Да и Фрэнсис с нею.
Они переглянулись.
— Уитни — в отеле? — спросил Люк.
— Да.
— Может быть, лучше разбудить ее?
— Я не верю, что мы поступаем правильно, — пробормотала Фрэнсис, ежась на сиденье автомобиля. На голову она накинула черный шерстяной шарф, но в свете огней «маэстро» белые бинты были все же видны на щеке. Из-за этого она выглядела как монашенка. — Если бы это была одна из моих страшных повестей — ладно, но это — реальная жизнь, это — глухая ночь, и мне страшно и холодно. Ни одна разумная женщина не вышла бы из дома в такую ночь.
— Я никогда не претендовала на звание разумной женщины, — угрюмо сказала Дженифер. — А ты?
— Случалось, — ответила Фрэнсис. — И всегда неудачно.
— Ясно.
— Так что мы тут делаем? — спросила Фрэнсис. — Если вдруг Марк Пикок спрыгнет на нас с дерева, — тут понадобится полицейская команда.
— Я вызову полицейский патруль, если подтвердятся симптомы, — сквозь сжатые зубы сказала Дженифер. Сжала она их, чтобы не стучали.
На пути вниз по Хай-стрит они встретили патрульную машину.
— Раньше я ненавидела полицию, — сообщила Фрэнсис. — Теперь я вижу, что они неплохие люди. Дружные, как одна семья.
— Так ведь мы с тобой с ними связаны, не правда ли? — заметила Дженифер. — По крайней мере, с двумя из них.
— Я связана пока только с одним из них, — застенчиво объявила Фрэнсис. — А твои личные дела меня не касаются.
— О-ох, — проговорила Дженифер, повернув на дорогу, ведущую к Пикок Мэнор. Поместье выглядело так, будто там шел фестиваль. Все огни в доме были включены, из двойных дверей особняка на гравийный подъезд падал сноп света.
— Я считаю, что ты определенно должна была позвонить Люку или Пэдди, — повторила Фрэнсис. — Или еще кому-то.
Они вышли из машины и огляделись. Прошло мгновение, и из темноты возник Бэзил, неся фонарь и направляясь к ним.
— Благодарение Богу, вы приехали, Дженифер. Он выбежал и бродит где-то здесь. Джефферс и другая прислуга ищут его. Теперь не стоит и сомневаться, что завтра же утром они разнесут весть об этом по окрестностям. Мальчик сошел с ума — просто обезумел от горя.
— Я собираюсь вызвать полицию, — твердо сказала Дженифер и пошла по лестнице к двери.
Бэзил повернулся к ней.
— Кто с вами? — спросил он Дженифер.
— Подруга. В чем дело, Бэзил?
— Отчего она вся перевязана бинтами? Я думал, что вы…
— Это долгая история. Расскажите мне, что произошло с Марком.
— Я ни в чем не уверен, честно говоря. Я лег спать и думал, что Марк — тоже. Мы оба работали долго и оба устали. У него бессонница, поэтому мы легли пораньше. — Руки Тобмэна дрожали, луч фонаря ходил по их ногам, туда-обратно. — Я виноват в том, что касается таблеток.
— Хватит об этом. Вы ему давали их раньше?
— Ну… — Тобмэн испытывал неловкость. — Иногда.
— Когда?
— Ну… — Неожиданно из тьмы возле реки раздался крик, и женщины подскочили в испуге.
— Позже разберемся, — бросила Дженифер; она испытывала все большее беспокойство. Не было сомнения, что сейчас раздался голос Марка — но голос был диким и безумным. — Расскажите, что случилось сегодня.
— Я почти заснул над книгой. Затем помню: Джефферс — это наш новый дворецкий — стучит в дверь. Он сказал мне, что Марк на балконе и ведет себя странно. Он — Джефферс то есть — пошел на шум и обнаружил Марка… танцующим…
— Танцующим?
— Так он обозначил действия Марка. Вероятно, Марк совершал какие-то телодвижения. Но музыки не было. Он наткнулся на столик, но даже не заметил. Джефферс заговорил с ним, но тот не слышал, а продолжал свой дикий танец. Джефферс бросился ко мне. Говорю вам, Дженифер, вид Марка был ужасен. Тем более когда знаешь, как он обычно умеет держать себя в руках. Он вел себя так, будто совершенно, совершенно обезумел. Я позвал его, он услышал и обернулся — но начал говорить что-то о цветах.
— Каких цветах?
— Мы с ним сегодня обсуждали, какие цвета выбрать для различных помещений нашего будущего Центра. Мы намереваемся расширить дом. Однако все в соответствии с его архитектурой, даже используя старую кладку… — Он остановился. — Это, конечно, к делу не относится. Простите… Затем Марк продолжил свой танец. И тогда я позвонил вам.