Неджентльмен

После первых объятий Дейзи протянула ей букет, подарок Саймона.
— Он и сам хотел поехать, — сказала она, — но его пригласили Паркеры.
— Как это мило с его стороны. — Изабел Роуз приникла к цветам, вдыхая их аромат. — Душистые нарциссы. И фрезии. Они же безумно дорогие в эту пору.
На ней была длинная красная юбка и джемпер, который она связала сама, — точно такие же продаются в дорогих салонах и стоят уйму денег. Изабел старалась держаться, но голос выдавал ее.
  
— Знаю, он тебе не нравился с самого начала, — с вымученной улыбкой промолвила она, — но только, прошу тебя, не упрекай.
— Мама, я и не думала.
— Хотя ты права. Но ведь могло быть и хуже. — Она налила кипяток в миниатюрный фарфоровый чайник, купленный когда-то на распродаже. Практически вся ее домашняя утварь была приобретена на всевозможных распродажах. Это были отдельные разрозненные предметы, которые не подходили друг к другу, но это странным образом лишь добавляло им очарования. — Около месяца назад он попросил одолжить ему денег.
— Что?
— Хотел поехать в Берлин собирать материал для своей книги.
— Боже! Надеюсь, ты не дала ему?
Изабел Роуз покачала головой.
— Знаю, ты считаешь меня идиоткой, но, надеюсь, не до такой же степени. Я заявила ему, что не могу себе позволить давать в долг. Он ничего не сказал, но я почувствовала недоброе.
Майлз был не местный. Он жил в полумиле вверх по дороге в живописном, но очень запущенном коттедже. Будучи на год моложе ее матери, он выглядел намного моложе своих лет — впрочем, как и она, — и обладал байроновской меланхолически-романтической внешностью и каким-то неуловимым богемным шармом. Когда однажды к ним заехала Тэра, он ей сразу понравился. Но… Тэре нравятся многие мужчины.
— Чтоб он провалился вместе со своей дурацкой книгой, — буркнула Дейзи. — Готова поспорить, это какая-нибудь претенциозная чушь.
— Ты не права, дорогая. Книга как раз неплохая. Уверена, что его наконец напечатают.
— Ну да, когда ему прекратят платить по безработице и он облапошит еще нескольких дурочек. — Дейзи тут же пожалела о сказанном. — Прости, мама, но ты сама знаешь, что это так.
Изабел сокрушенно вздохнула.
— Знаю. Но ведь мы были счастливы с ним. — Она попыталась улыбнуться, отчего выражение ее лица стало еще более жалким. — По крайней мере, несколько месяцев. Наверное, я заведу собаку. От них хотя бы знаешь, чего ждать, и, когда они заискивающе заглядывают тебе в глаза, можно с уверенностью сказать, что это любовь.
Пожалуй, впервые ее мать выглядела на свои годы. Темные круги под глазами, а в них неизбывная печаль женщины, которая вдруг поняла, что жизнь проходит мимо.
Ей одиноко, подумала Дейзи и, с трудом сдерживая слезы, импульсивно обняла мать.
На следующее утро, пока мать принимала душ, Дейзи пролистала телефонный справочник и сделала несколько звонков.
Матери она сообщила, что заказала столик в пабе, в котором они еще не были. Они сели в машину. Проехав семь миль, Дейзи притормозила у деревенской церкви, чтобы справиться с картой.
— Мне кажется, это не та дорога, — сказала Изабел. — Нам надо было повернуть на перекрестке.
— Все правильно, — возразила Дейзи.
Они проехали еще полторы мили и остановились возле какого-то бунгало, довольно нелепого на вид и явно нуждавшегося в покраске.
— Я специально сделала крюк, — сказала Дейзи. — Возможно, идея сумасбродная и нам не стоит туда идти, но это акция по спасению живого существа. Здесь живет пес по кличке Барни, ему семь лет, и он остался без хозяев. Старик, которому он принадлежал, умер, и теперь он никому не нужен. Никто не хочет брать уже взрослую собаку. Внешне он довольно страшненький, похож на потрепанный коврик, но эта женщина сказала, что у него золотое сердце.
— Думаю, он привязался бы к первому встречному, но это в самом деле похоже на любовь с первого взгляда, — говорила Дейзи. — И он такой ласковый! Бедняжка, наверное, боялся, что его отдадут обратно. Мы взяли его с собой в паб, и он сидел рядом и даже голоса не подавал. Ну, мамочка, естественно, скормила ему половину своего ростбифа. Помяни мое слово, сегодня он будет спать на ее постели.
Джейн шумно вздохнула.
— Все же собаки лучше мужчин. По крайней мере, не норовят смыться из дому, чтобы сыграть в сквош.
Это была болезненная тема — Иан снова пропадал в клубе.
— Что толку вздыхать, как какая-нибудь домохозяйка в переднике, — сказала Тэра. — Я бы на твоем месте пустилась во все тяжкие — просто чтобы отомстить ему.
— Не могу, — печально проронила Джейн. — Он скоро придет.
Тэра откинула со лба прядь блестящих темных волос и закатила глаза к потолку.
— Тем более ты должна пойти куда-нибудь развлечься.
Тэра выглядела значительно лучше, чем накануне своего отъезда. Достаточно было одного взгляда на ее сияющее лицо, чтобы сказать, что она отдыхала в Альпах.
Дейзи тактично переменила тему.
— Как тебе понравилось в Обергергле? Снега много?
— Снег восхитительный. Единственное, что портило впечатление, так это стерва инструкторша. А с виду такая цыпочка, просто Клаудиа Шиффер. Нет, в самом деле, зачем нужны эти занятия, если нельзя пофлиртовать с каким-нибудь Клаусом? Клянусь, я даже поворачивать разучилась.
— Хочешь сказать, что у тебя не было никаких внеплановых мероприятий? — недоверчиво спросила Джейн. — Ничего такого?
— Даже не поцеловалась ни с кем ни разу. Был там один парень. Антон. Он мне понравился, но оказался голубым. Смешно, да?
Дейзи избегала смотреть в сторону Джейн, боясь, что Тэра тут же заподозрит подвох.
Тэра ушла на кухню, чтобы долить всем глинтвейна. Она привезла с собой специальные пакетики с приправами, которые высыпают в кастрюльку с вином. Быстро и удобно — вроде как чай заварить.
Не успела она вернуться, как появился Иан.
— Привет! — крикнул он из холла. — Есть что-нибудь на ужин?
— Отличное тушеное мясо в горшочках под названием «Чтоб ты провалился!», — сказала Джейн. — С картошкой а-ля «Пошел к черту!». Можешь катиться в свой клуб.
— Так я и думал, — сказал Иан как ни в чем не бывало. — Я с Ником, и он, представьте себе, тоже не ужинал. Тогда махнем в ресторан, где готовят приличный карри.
Внутри у Дейзи все оборвалось. Иан и Ник вошли в комнату как раз в тот момент, когда из кухни с подносом, уставленным бокалами с глинтвейном, появилась Тэра.
На сей раз Тэра повела себя более чем сдержанно. Но в глазах ее безошибочно угадывался жгучий интерес к происходящему.
Боже правый, пронеслось в голове у Дейзи, эти двое друг друга стоят!
Ну и что? Она переспит с ним и на другой же лень бросит его. Кстати, если она думает, что он будет страдать, то ошибается.
Мужчины, подобные ему, не возражают, когда их бросают. Это избавляет их от необходимости выносить слезливые сцены расставания.
Ник не то чтобы не обращал на Дейзи внимания, но, по крайней мере, искусно притворялся, что ее присутствие не вызывает у него никаких эмоций.
— Привет, Дейзи, — только и сказал он и тут же повернулся к Тэре. Никому и в голову не могло прийти, что всего четыре дня назад между ними произошла сцена. Если бы Дейзи рассказала об этом Джейн, та бы со смеху умерла.
Уже через несколько минут все, за исключением Дейзи, принялись собираться.
— Дейзи, а ты разве не поедешь с нами? — спросил Иан.
— Нет. Ограничусь сандвичем.
Джейн фыркнула.
— Не будь такой занудой. Непременно надо поесть, чтобы глинтвейн получше усвоился.
— Да, но ты только посмотри, в каком я виде. Старые джинсы, свитер… — Дейзи откинула назад распущенные волосы, которые она — с тех пор как четыре часа назад вышла из дома матери — еще не расчесывала.
  
Ник вдруг посмотрел на нее, и ей показалось, что он сейчас скажет что-нибудь вроде: «По мне, так ты прекрасно выглядишь». Но она ошиблась. Ничего не говоря, он тут же снова повернулся к Тэре, которая, судя по всему, уже предвкушала интересный вечер.