Неджентльмен

Только представь, каково иметь роман с таким субчиком! Дейзи даже поежилась. Каждая вторая будет строить ему глазки, и тебе придется быть постоянно начеку. Взять хотя бы Саймона. Дейзи не раз замечала, как женщины бросают ему многозначительные взгляды. Но у него хватало ума не показывать виду. Он никогда не задирал нос, не петушился и не строил из себя сердцееда.
Это качество входило в арсенал многочисленных достоинств, которыми обладал Саймон. Их у него было так много, что Дейзи иногда сбивалась со счету. Черт побери, если она забывала купить пива, он даже не попрекал ее. Иан на его месте не преминул бы чертыхнуться и сказать что-нибудь вроде: «Вот, опять в доме нет пива». А Саймон… Взять хотя бы то, с какой готовностью он предложил отказаться от встречи с Паркерами, чтобы вместо этого навестить ее мать…
  
Саймон, Саймон, добрая душа.
У Дейзи отлегло от сердца, и она почувствовала, что проголодалась. Когда зазвонил телефон, у нее был полный рот луковых чипсов пополам с сыром.
— Алло! — произнесла она и чуть не подавилась. — Подождите, сейчас я прожую.
— Привет, Дейзи. Главное не поперхнуться.
Ее как обухом по голове ударило.
— Вряд ли у меня получилось бы дозвониться до тебя с твоего собственного телефона, — сказал он. — Я бы вечно нарывался на короткие гудки, означающие «занято». Или на другие — означающие «без пяти минут замужем».
Она не сразу нашлась, что ответить, зато уж когда нашлась, в голосе ее зазвучал металл:
— А как ты отнесешься к гудкам, означающим «катись ко всем чертям»?
Трубка с грохотом шмякнулась на место.
  
ГЛАВА 5
 
Однако вскоре выяснилось, что она напрасно старалась. Не прошло и десяти минут, как дверь отворилась и на пороге появился он, вместе с Саймоном.
— Отлично, Ник, — услышала она голос Саймона.
Дейзи чуть не выронила стакан.
— Это верно, но и расходы большие, — сказал тот, когда они вошли в холл. — Высокая степень риска: угонщики, лихачи и так далее, отсюда и страховка астрономическая.
Дейзи затаила дыхание. Они говорят о машинах. Самое время.
— Ты знаешь, что Ник купил «ягуар»? — Саймон вошел на кухню и водрузил на стол упаковку пива. — Классик, с откидным верхом. Зеленого цвета. В отличном состоянии.
Зеленого, ну разумеется. Какого же еще цвета может быть автомобиль у зеленоглазого повесы, который только что за спиной у ничего не подозревающего Саймона расставлял на нее сети. И это после того, как Саймон пригласил его на ужин! Как низко нужно пасть?
— В самом деле? — небрежным тоном проронила она. — Я как-то читала, что, по мнению психологов, в таких машинах — с длинным капотом — сублимируется заложенное в мужчине фаллическое начало.
Саймон неодобрительно покосился на нее.
— Просто она начиталась фрейдистской макулатуры, — извиняющимся тоном произнес он. — Ума не приложу, почему женщины так падки на халтуру.
Дейзи взбесило, что Саймон предпочитает пикироваться с ней, вместо того чтобы встать на ее сторону. Однако она решила не показывать виду.
— Кроме того, все женщины повально увлекаются такой мурой, как астрология, — продолжал Саймон. — Присаживайся. Хочешь пива? — обратился он к Нику.
— С удовольствием, — ответил Ник и впервые сел за стол, а не на него.
— Астрология совсем не мура, — возразила Дейзи, вооружившись прихватками. — Ты, например, типичный Телец. — Она почти не сомневалась, что у нее за спиной они обменялись саркастическими взглядами. Обернувшись, она посмотрела Нику в глаза: — Могу поспорить, что ты Скорпион.
— Дейзи, прошу тебя, — взмолился Саймон, но она не обращала на него внимания.
— Ну так что? — добавила она, не спуская глаз с Ника.
— Черт возьми, как ты догадалась?
Дейзи с удовлетворением отметила, что Саймон выглядит уже не столь уверенным.
— Интуиция, — небрежным тоном проронила она.
Вот это удача, ей-Богу. Кстати, считается, что мужчины, родившиеся под знаком Скорпиона, самые сексуальные.
— Ну хорошо, — сказал Саймон и в знак примирения пожал ей руку, — я преклоняюсь перед твоей проницательностью. А теперь не пора ли нам поесть? Я голоден как волк.
Раскладывая лазанью по тарелкам, Дейзи прикидывала, что она скажет Нику, если они вдруг останутся с глазу на глаз.
— Боюсь, что пудинга сегодня не будет, — сообщила она виноватым тоном, поглядывая на гостя. — Я нашла замечательный рецепт, но надо было молоть орехи, а я уже не успевала.
— Ничего страшного, — промолвил Ник. — Я не большой охотник до пудингов.
— Тебе бы понравилось, — сказал ничего не подозревавший Саймон. — Ради того, чтобы попробовать ее фирменную «Шоколадную смерть», стоит жить. — Затем он переменил тему, вернувшись к предмету, более близкому его сердцу: — Твоя машина — это же мечта коллекционера. Тебе здорово повезло, что ее не угнали.
Ник равнодушно пожал плечами.
— Чему быть, того не миновать. Это всего лишь каприз. В детстве у меня была игрушечная модель, и я дал себе слово, что когда-нибудь непременно приобрету настоящую. Возможно, я продам ее, как только она мне надоест. — Он взглянул на Дейзи и, взяв с блюда кусок чесночного хлеба, обратился к ней: — Очень вкусно.
— Спасибо, — сказала она и, заметив, что Саймон не отрывает взгляда от своей тарелки, беззвучно прошептала: — Чтоб ты подавился. — Интересно, может ли он читать по губам?
Уголки его рта чуть заметно дрогнули.
— Аманда разозлилась как раз из-за машины, — продолжал он. — Ей просто не терпелось самой сесть за руль.
— А ты, конечно, решил, что она не справится с управлением, — саркастически заметила Дейзи.
— Особенно после трех стаканов джина. У меня вдруг появилось странное желание дожить до рассвета. Не говоря уже о том, что мне очень не хотелось — каким бы странным это ни казалось — тащитьза собой в морг невинных людей.
Строит из себя добропорядочного, законопослушного обывателя.
— И все же не следовало оставлять ее одну на целый вечер.
— Это ее собственный выбор. Она надулась и ушла. К тому же у нее и без меня хватает знакомых.
— Думаю, — заметил Саймон, — она рассчитывала, что ты бросишься ее искать, чтобы помириться.
— Наверное.
Однако ты этого не сделал. Напротив, ты бросил ее на произвол судьбы, чем разозлил еще больше.
Наконец Ник решил переменить тему.
— Иан говорит, что в следующем месяце вы все отправляетесь на Барбадос.
— Ждем не дождемся, — сказала Дейзи.
— Вы там когда-нибудь были?
— Нет, — ответил Саймон. — А ты?
— Один раз. В Нью-Йорке стоял страшный холод, и я сбежал туда на недельку.
Он пустился рассказывать о том, что особенно поразило его.
— Там на берегу стояла старая церковь. Оттуда открывался замечательный вид на покрытый бурунами океан. На заброшенном кладбище я наткнулся на могилу некоего старца по имени Фердинанд. Если верить эпитафии, он был последним из христианских императоров Греции и служил церковным старостой.
Дейзи уже забыла, что решила не проявлять излишнего любопытства.
— Как он там оказался? — спросила она.
— У меня не было времени выяснить.
Ужин подходил к концу. Они съели всю лазанью до последней крошки, а Ник доел остатки чесночного хлеба. Минут через двадцать после того как они выпили кофе, Ник сказал, что ему пора. Дейзи холодно кивнула, и Саймон пошел проводить его до дверей. Но не успели они выйти из кухни, как зазвонил телефон.
— Саймон! — крикнула Дейзи. — Это Стив Чандлер из клуба.
Саймон подошел к телефону.
— Чего он хочет?
— Он не сказал. — Про себя поблагодарив Стива Чандлера за удачно выбранное время, Дейзи вышла в холл. Ник стоял у двери.
  
— Не забудь вот это. — Она протянула ему шарф. — Желаю тебе на нем удавиться.
Казалось, ее слова нисколько не задели его.
— За ужином твои глаза сверкали, словно сварочный агрегат, — в своей небрежно-развязной манере сказал он. — Если бы ты не выключила газ, мы бы взлетели на воздух.