Шпеер (СИ)

Враги добрых волшебников, порождение их собственной магии, а ныне козлы отпущения, отданные на растерзание и магам, и маглам.
Если вы спросите доброго каменщика-ученика об иллюминатах, он, как то водится, ударит себя мастерком в грудь и начнет доказывать, что Просветленные никакого отношения к масонству не имеют, фундамент, цели и задачи, мол, разные. Хитро проникли, наученные Адамом Вейсгауптом, в щели Храма, просочились между рядами кладки.
Каменщик-подмастерье, быть может, скажет вам (если сочтет нужным), что не все так просто, поскольку взаимопроникновение, перетекание идей и некое сотрудничество имело место, но обязательно присовокупит, что иллюминатов давно разогнали, а под прикрытием красивого слова действуют все, кому не лень заниматься политикой (чем якобы брезгует запачкать руки истинный каменщик).
Мастер скажет...
Я бы не рекомендовал брать на веру все, что скажут.
Почему?
Говорят, однажды Алистер Кроули принес на свою лекцию жутковатого вида вещицу и заявил, что это прибор для измерения силы воли со шкалой от нуля до десяти. Желающим было предложено сунуть в него палец. Поворачивающийся винт сжимал палец сильней и сильней, позволяя определить, бесхребетный ли вы слабак (ноль) или имеете магическую волю (десять).
Первый же доброхот взвыл на цифре два.
«Показать вам магическую волю?» — спросил Кроули.
Собравшиеся в ужасе смотрели, как великий маг, с лицом спокойным и бесстрастным, додержал палец до десятки. Совершенно потрясенные, все вскочили и аплодировали стоя.
«Примите этот эксперимент в качестве доказательства магической воли», — с поклоном сказал Кроули, повернул прибор и показал залу — винт был ловко отсоединен от механизма. Всё это время пальцу Мастера ничего не угрожало.
«Подвергай сомнению всё, что видишь и слышишь», — сказал он».
* * *
Ежась от холода и подняв повыше воротник куртки, Гарри нервно расхаживал по Сейнт-кросс, поглядывая на гаснущие одно за другим окна засыпающих домов. Наконец, собравшись с духом, он присел на скамейку, выудил мобильный и набрал номер.
— Мистер Снейп, это я, — неуверенно начал он. — Вы... я вас не разбудил?
— Что вы, шеф, — отозвался Голос. — Я гуляю.
— Я тоже, — обрадовался Гарри. — Я тут случайно на Сейнт-кросс, а вы где?
— Хм... Я на Гревилл. Случайно.
Директор вскочил со скамьи.
— Давайте...
— Давайте, — сказал злодей и дал отбой.
Гарри едва сдержался, чтобы не броситься по улице резвым пони. Быстрым шагом он обогнул квартал и тут же замедлил ход, приметив идущего навстречу редактора.
— Мистер Поттер, — Снейп по-джентльменски приподнял шляпу. На злодейских губах играла довольная улыбка. — Надо же, какая нежданная встреча.
— В самом деле, мистер Снейп, — в тон ему ответил директор, силясь скрыть улыбку. — Кто бы мог подумать?
— Что-то случилось? — другим голосом спросил редактор. — Вы не балуете меня звонками, шеф.
— Нет, ничего, но... Я хотел вам кое-что показать, — Гарри оглянулся в поисках скамейки. Отвыкнув много ходить пешком, он и в самом деле устал. — Может, присядем?
Через минуту директор блаженно вытянул ноги на деревянной лавке, разглядывая злодейский носатый профиль. Снейп задумчиво вертел в руках книжную вырезку.
— Что это значит, по-вашему? Опять угроза?
— Не похоже, — пробормотал редактор. — Если вы помните, Снарка поймать не удалось. Больше смахивает на шутку, но... Опять я под подозрением, шеф?
— Нет-нет, — дрожа от холода, сказал Гарри. — Я утром заскочил в кабинет, письма не было. Потом к вам пошел, дверь не закрыл. А обратно через балкон. Письмо подсунули, когда мы с вами... разговаривали, — он слегка покраснел.
— У меня крепкое алиби, — ухмыльнулся Снейп. — Вы замерзли?
— Немного, — Гарри придвинулся поближе, внутренне оправдавшись холодом.
— Если вам не неприятно...
Не успел он и глазом моргнуть, как редактор стянул с себя шарф и ловко обмотал вокруг директорской шеи.
— Спасибо, — растерялся Гарри. — Мне... приятно. Очень, — прошептал он, пододвигаясь все ближе. — А вы?.. Теперь вы замерзнете, — осмелев, он поправил воротник его плаща. Руки так и остались лежать на плечах врага.
 
— Вы должны меня презирать, — прошептал Гарри, глядя в улыбающиеся черные глаза. — Однажды... вы сказали мне правду. Про меня. Я тогда не поверил, — с горечью прибавил он. — А теперь... Наверное, вам смешно смотреть, как я унижаюсь, — его руки медленно скользнули по груди врага и бессильно повисли.
Гарри опустил голову, не в силах продолжать исповедь.
В следующую секунду редактор сдавил его в объятьях так, что перехватило дух. Злодейские губы, горячие, нежные, покрыли его лицо лихорадочными быстрыми поцелуями.
— Ерунда какая, шеф... Бедный мальчик, — прошептал он, прижимая к себе Гарри, мгновенно потерявшего чувство реальности. — Глупенький... Ты меня мучаешь, знаешь? Как я тебя хочу, знаешь? Да ни черта ты не знаешь!
Гарри окатило горячей волной необъяснимого счастья.
— Еще раз скажешь про унижение, я тебя растерзаю, понял? — Снейп перехватил его руку и прижал к своему бедру под полой плаща. — И ТАК каждый раз, когда я вижу тебя, когда думаю о тебе, когда...
— Северус, — всхлипнул Гарри, сжимая ладонью твердое доказательство слов разбойника и чувствуя исходящий от его тела жар. — Почему... Тогда почему?..
— Не спрашивай, — прошептал Снейп. — Ты мой абсент... Безумие мое.
Любитель абсента скользнул приоткрытыми губами по горлу Гарри, обжигая дыханием, нежно прихватывая кожу, добрался до подбородка и даже успел шутливо куснуть перед тем, как погрузиться языком в его рот.
Перед глазами Гарри все поплыло, казалось, он медленно падает вместе со скамейкой.
Разбойник целовал его так, как никогда раньше. Медленные, тягуче-сладкие движения горячего языка казалось, вынимают душу. Гарри стонал, плохо понимая, что с ним происходит — это было слишком мучительно, слишком хорошо, слишком... слишком...
— Шеф, — прерывисто выдохнул злодей. — Перестань, умоляю. Меня сейчас разорвет на куски.
— Пойдем... ко мне, — едва дыша сам, прошептал Гарри, чувствуя, что Снейп пытается убрать с себя его ладонь, жадно елозящую по окаменевшей части тела.
— Мистер Поттер, мы никуда не пойдем, — редактор прижал его к груди так крепко, что Гарри показалось, будто он слышит стук его сердца. А может, это колотилось его собственное, отдаваясь горячим пульсом в висках и в паху.
— Я... Не могу. Дело не в тебе, дело во мне, — изменившимся голосом сказал редактор.
Затуманенным взглядом Гарри скользнул по его лицу, плохо понимая, что происходит.
«Он чем-то болен?» — пронеслось в его голове.
— У меня сейчас... сложная ситуация, — Снейп запустил пальцы в его волосы, поглаживая так нежно, что Гарри наверняка опять бы впал в транс, если бы не смутное ощущение тревоги.
Тревога была здесь, прячась в глубине черных злодейских глаз. Как угольки в камине, в них угасали искры, сменяясь непонятной горечью.
— Вам нельзя со мной встречаться, шеф. Думаю, однажды вы поймете, почему. После смерти Дамблдора... в моей жизни кое-что изменилось. М-м... Неважно. Могу сказать только, общение со мной грозит вам большими неприятностями. Одним словом, я не подходящий объект... даже для дружбы, — мистер Снейп поднес к губам его руку и покаянно поцеловал ладонь. — Прости.
— Хочешь, я уйду из «Хога»? — в отчаянии прошептал молодой человек, не в состоянии толком осознать услышанное. — Это... Это поможет?
По лицу редактора прошла болезненная гримаса.
— Не поможет.
— Не бывает такого! — Гарри обхватил его за шею и впился умоляющим взглядом в помрачневшие глаза. — Всегда есть какой-то выход! Скажи... Что случилось, ну что?
— Лучше вам этого не знать, мистер Поттер, — Снейп наклонился и прихватил его губы быстрым коротким поцелуем. — Сколько мне лет, знаете, шеф? Хотите, я познакомлю вас... с хорошим мальчиком? Вашего возраста. Он... Уверен, он вам понравится.