Шпеер (СИ)

Гарри вертелся возле зеркала уже добрых полчаса. Светло-серые брюки сидели идеально. Рубашка цвета бледной морской лазури была его любимой. Гарри знал, что она меняет цвет его глаз, придавая им оттенок аквамарина. Директор трижды перерыл содержимое шкафа, пытаясь найти пиджак от костюма, но тот как сквозь землю провалился.
«Сириус!» — вдруг вспомнил Гарри и ринулся к другому шкафу. Крестный терпеть не мог пиджаков и галстуков, и на заседание совета акционеров одолжил пиджак Гарри. Поиски увенчались успехом: среди рокерских курток и рубашек всех цветов радуги директор отыскал пропажу.
Гарри дополнил свой облик элегантным пиджаком, повернулся у зеркала и остался, наконец, доволен. Лучший оратор всех времен и народов начисто потеряет дар речи, подумал он. Директор сунул руку в карман пиджака и обнаружил там маленький диктофон крестного.
«А мы его искали!» — обрадовался он. Устройство было маленьким, как зажигалка, и Сириус решил, что потерял его.
Гарри пощелкал кнопками, надеясь услышать голос крестного.
— Никогда не плясал под чужую дудку, — донесся из динамика сердитый голос Дамблдора. — И начинать в моем возрасте поздновато.
— Почему сразу «плясать», профессор? — послышался незнакомый женский голос. — Никто от нас ничего не требует. Просто тематика последних произведений и в самом деле кажется несколько тенденциозной, конечно, это не может не настораживать, поэтому...
— Лично вас что-то настораживает, мадам? — раздался глубокий баритон мистера Снейпа.
— Нет, но вы прекрасно понимаете, что для тех, кто у руля...
— Говорите от себя, миссис Грейнджер! — перебил редактор. — У руля сегодня Джон, а завтра Джим. А совесть у человека одна! Если вам знакомо такое слово, — процедил он.
— Будто тебе знакомо, Северус, — голос хозяина «зажигалки» звучал громче всех. — В словаре случайно вычитал!
Гарри решил дослушать позже и отключил диктофон: пора было убегать.
«Вот это да! — поразился он, глянув на число и время записи. — Заседание Совета, на котором меня выдвинули на пост!»
Он сунул устройство обратно в карман, справедливо решив, что неплохо будет записать лекцию Седрика.
Поправив перед зеркалом галстук цвета стали с зеленым отливом и пригладив волосы, Гарри схватил ключи от машины, ринулся к выходу и через пару секунд был на улице.
Солнце, легкий ветерок и бодрящий, чуть морозный воздух предвещали прекрасный день.
Просто восхитительный день.
* * *
Свежеотремонтированный зал четвертого этажа сиял чистотой и радовал глаз светло-голубой штукатуркой.
Слушатели уже собрались. Директор окинул сотрудников быстрым взглядом и с удовлетворением заметил, что явились почти все. Впрочем, «хоговцы» сейчас интересовали Гарри меньше всего.
На небольшом возвышении, где располагалось подобие кафедры, стоял ОН, небрежно и элегантно опираясь локтем на тумбу.
Мистер Седрик Дигори, красавец, блестящий лектор Эдинбурга и всея Британии, улыбался очаровательнейшей своей улыбкой, красивым жестом откидывал со лба слегка вьющиеся русые волосы, блестел глазами и источал волны обаяния. Увы, волны эти, невидимые и мощные, посылались отнюдь не аудитории.
Улыбка, обозначающая ямочки на щеках, легкий румянец и прочий шарм эдинбургского лектора, предназначались на сей момент негодяю, разбойнику и злодею, господину Северусу Снейпу. Тот стоял рядом, невежливо сунув руки в карманы, и разглядывал лучащегося очарованием лектора с любопытством энтомолога, обнаружившего особый экземпляр бабочки.
Гарри задохнулся от злости.
Игнорируя приветствия сослуживцев, директор ринулся к сцене.
— Не может быть, — услышал он певучий голос мистера Дигори. — А я вас помню, мистер Снейп. Кэнди-бар, если не ошибаюсь. Вы были там с приятным таким блондином... Не припомню, что за шоу было, я вас увидел и совершенно...
Гарри стрижом спикировал на кафедру.
— Мистер Дигори, — перебил светскую беседу он. — Рад видеть вас в Лондоне, сэр! Какая удача, что вы здесь! Вы меня помните?
— О, да, — лектор вежливо пожал Гарри руку. — Вы были любознательным студентом, мистер Поттер.
 
Подлый редактор отчего-то фыркнул.
— Вы уже познакомились? — Гарри нервно переводил взгляд с одного на другого.
— Мы встречались раньше, — лектор солнечно улыбнулся Снейпу.
Руки Гарри непроизвольно сжались в кулаки.
— Мы отнимаем ваше время, мистер Дигори, — голос злодея был слаще патоки. — Я весь в предвкушении, — прибавил он, окинув непонятным взглядом Гарри.
— Как и я, — лектор тряхнул красиво уложенной челкой и опять мазнул взглядом по высокой фигуре редактора. — Будьте добры, присаживайтесь, в самом деле, пора начинать. Мы сможем пообщаться потом, — многообещающим тоном прибавил он, не глядя на Гарри.
Директор обернулся и обнаружил два пустующих кресла в первом ряду.
«Вместе с гадом Снейпом!» — мелькнуло у него. Гарри уселся на место, разглядывая редактора из-под сердито прищуренных ресниц.
«Гад», в черных брюках и белой рубашке с неизменным жилетом, выглядел сегодня весьма недурственно. Сказав что-то на ухо лектору, злодей легко спрыгнул с возвышения и как ни в чем не бывало устроился рядом с Гарри, закинув ногу на ногу и положив руку на подлокотник кресла.
«Голову помыл», — сообразил директор, мельком глянув на сияющие волосы врага. Он вдохнул легкий запах «Moschino forever» (Гарри приметил флакон в ванной злодея). Смесь тонких оттенков шалфея, бергамота и сандала вызывала желание уткнуться носом в разбойничью грудь и замереть, наслаждаясь. Возможно, проклятые итальянцы подлили в свое зелье афродизиак, хмуро подумал директор. Единственное, чем можно было объяснить подозрительный эффект.
— Приветствую вас, дорогие друзья, — приятным располагающим тоном начал мистер Дигори. — Я очень польщен, что мне представилась возможность провести лекцию в самом знаменитом издательстве Лондона. Да что там, всей Британии, — он красиво приложил руку к тому месту, где, как считал Гарри, сердца наверняка не было.
Директор бросил быстрый взгляд на руку соседа, безмятежно лежащую на подлокотнике. Спокойной рука была лишь с виду: длинные нервные пальцы едва заметно поглаживали пластиковую ручку.
«Дрянь мебель», — с неудовольствием подумал Гарри. Заказанные по интернету, кресла красиво выглядели на фото, но в реальности оказались неважными — маленькие и неудобные, они скреплялись по десятку в ряд, соединенные так плотно, что сидящие едва не задевали друг друга плечами. Нельзя было положить руку на тонкую ручку своего кресла, не прикоснувшись к руке соседа. Гарри попытался отодвинуться от редактора, скрестил руки на груди и изготовился слушать.
— Вы знаете, я страшный соня, — неожиданно заявил Дигори и улыбнулся так мило, что всем померещилось, будто в зале добавили свет. — Если бы не моя встреча с вами, я бы нежился в постели до обеда, — лектор бросил какой-то особенный взгляд на сидящего в первом ряду редактора.
Мистер Снейп не шевельнулся.
— Но я так мечтал увидеть прославленный «Хог» и его обитателей, что вскочил пораньше и помчался к вам со скоростью гонимого охотниками зайца.
За спиной Гарри возбужденно-радостно захихикала Джинни Уизли. Директор слегка повернул голову и заметил ее сияющие глаза, обращенные к сцене.
«Дура ты», — кисло подумал Гарри.
— Когда мы чего-то по-настоящему хотим, куда только деваются лень, сонливость и усталость? — казалось, Дигори обращается к одному только Снейпу.
Гарри вдруг померещилось, что у него поднимается температура.
— Они исчезают, развеиваются как дым, мы наполняемся энергией, радостью, желанием действовать, скажу больше, мы — горим!
Директор безусловно горел, ощущая правым боком близость тела Соседа Справа. Редактор застыл в кресле, неподвижно, как индеец.
«Седрик — хороший актер, — внезапно подумал Гарри, разглядывая непринужденно расхаживающего по сцене лектора. — Только... Ненастоящий он какой-то, что ли...»
Герой его фантазий, лучший лектор экономического университета Эдинбурга, чем-то неуловимо раздражал.