Шпеер (СИ)
— У меня нет привычки лгать, мадам, — сказал Гарри, с трудом выдерживая острый взгляд советницы.
— Вот и чудесно, — всплеснула руками Амбридж. — Тогда мы вас внимательно слушаем. Объясните, почему новая книга господина Шпеера до сих пор не лежит у меня на прикроватной тумбочке.
Гарри заморгал, как виноватый мальчик, которому нечего сказать в оправдание.
— Дело в том, что главный редактор начал меня в чем-то подозревать, — забыв о советах психолога, молодой человек закинул ногу за ногу и нервно сцепил пальцы рук. — Он уже спрашивал, почему меня интересует ТОЛЬКО Шпеер, и предлагал почитать других авторов. Я взял пару книг для вида, но мистер Снейп мне не поверил, я это почувствовал. В его кабинете ничего раздобыть нельзя. Профессор блокирует компьютер, даже если выходит покурить. Третья книга находится у корректора, но когда я обратился к тому с просьбой переслать мне файл, получил категорический отказ. Видите ли, без письменного разрешения главреда он этого сделать не может, — Гарри негодующе сверкнул глазами. — Бред какой-то! У них там круговая порука, не иначе. За разрешением я пока не пошел, решил немного подождать, — хмуро прибавил он.
— Кто вас просит гнать лошадей? — вкрадчиво спросила советница и перевела взгляд на господина Муди. — Аластор, вы всегда были человеком осторожным. К чему нам такая спешка?
— Есть указание — выяснить как можно быстрее, какую еще пакость нам готовит Шпеер, и по возможности задушить зло в зачатке. Мы не успеем оглянуться, как прилавки магазинов затопит лавина вредоносных изданий, — мрачно сказал советник.
— Поспешишь — людей насмешишь, — поджала губы мадам Амбридж. — Мистер Поттер слишком рьяно взялся за дело, — она разгладила маленькой пухлой ручкой складки бледно-розовой юбки и вновь вперила в директора острый внимательный взгляд.
— Вы знаете, — начал Гарри, обращаясь больше к Муди: одноглазый Полифем казался куда приятней опасной розовой кошки. — Я прочел первую книгу Шпеера. Конечно, это политическая сатира, но трудно утверждать, что книга оскорбляет именно мистера Риддла. Поверьте, «Хог» печатает массу действительно вредоносных книг, есть писатели, по сравнению с которыми Шпеер — просто ангел! Я могу перечислить авторов, которые...
— Гарри, — перебил советник. — Я получил ваше вчерашнее письмо. Вы пытаетесь обелить человека, которому мы объявили войну. Это письмо послужило поводом для серьезного разговора, ради которого мы пригласили вас сюда. Госпожа Амбридж хочет сказать вам... м-м... нечто важное.
Гарри внутренне подобрался, всем своим видом изобразив почтительное внимание.
— Мистер Поттер, — с доброй улыбкой начала советница. — Думаю, вы понимаете, что литература есть разновидность информативного человеческого общения.
Директор понимающе кивнул.
— Информация может быть многоуровневая, — продолжила мадам. — Рассчитанная на определенную аудиторию. А также явная и... скрытая.
Гарри вновь кивнул, уже недоумевая — слова Амбридж Америку пока не открывали.
— Например, ребенок, прочитав басни Эзопа, решит, что это сказки про зверей, в то время как взрослый увидит поучительную притчу и мудрые мысли философа. Надеюсь, вы слышали, что такое «эзопов язык», мистер Поттер? — советница прищурила и без того маленькие глазки. — Я привожу вам этот пример, чтобы вы понимали — существуют способы передачи информации для определенного круга людей. Путем иносказаний, аллегорий, символов... — она замолчала, все так же внимательно разглядывая Гарри. Тот кивнул в знак понимания.
— Мы избрали вас, мистер Поттер, — сладким голосом продолжила советница, — как человека во всех отношениях достойного, способного и неглупого. Того, кто заслужил продвижения по невидимой лестнице к вершинам, подняться на которые дано далеко не всем.
Гарри покраснел от удовольствия и волнения. После унижений в «Хоге» слова госпожи Амбридж легли исцеляющим бальзамом на истерзанную директорскую душу. «Розовая кошка» показалась молодому человеку почти симпатичной.
— Но всему свое время, — расхолодила его советница. — Насколько вы сможете помочь НАМ, настолько и мы посодействуем вам. Итак, вернемся к литературе. Повторяю, существуют некие методы передачи информации, доступные только определенным кругам. Поскольку вы пока — подчеркиваю, ПОКА, лицо непосвященное, я не вправе разъяснять вам подробности. Скажу одно: человек, не входящий в элитарные круги, обладающие властью и знанием, подобен ребенку, видящему в Эзопе сказочника. Шпеер — не кто иной, как шпион. Своей первой книгой он дал нам знать, что у него есть ключ от тайны — он понимает язык символов, которым мы пользуемся. Каким образом ему стали известны вещи, которые он знать не обязан, пока неясно. Поначалу мы решили, что таким образом нас пытаются шантажировать, — она недобро усмехнулась. Одноглазый презрительно фыркнул, давая понять, что шантаж членов Ассамблеи — дело заведомо безнадежное.
— Но Шпеер никаких требований не предъявлял, — продолжила советница. Похоже, этот безумец решил с нами поиграть. «Приключения Фиддла» оказались цветочками. Показав нам, что знает больше, чем положено, господин шпион выпустил книгу, в которой осмелился раскрыть информацию, не предназначенную для широкого круга обывателей. Шпеер — политический преступник, мистер Поттер. Как иначе вы назовете человека, который способен выложить государственную тайну на первой полосе бульварной газеты?
— Я не думал об этом в таком ключе, — разволновался Гарри. — Я не знал, что его книги настолько опасны. Вы говорили о безнравственности и о том, что он написал вещи, порочащие мистера Риддла. Вторую книгу я еще не читал, правда, но...
— Мистер Поттер, мы не стали открывать сразу все карты, — перебил его Муди. — Не стали говорить вам то, что нам известно, чтобы вы посмотрели на всё непредвзятым свежим взглядом. К примеру, мы знаем, за счет чего разбогател «Дом «Хог», но предоставили вам самому во всем разобраться и составить свое мнение.
— Я пытаюсь разобраться, — хмуро сказал Гарри. — Всюду ложь. Например, я обнаружил, что главный редактор меня обманул. Когда мы говорили о том, как «Хог» стал крупным издательством, мистер Снейп заявил, что Дамблдор не хотел издавать Кроули. А вчера я случайно узнал, что все было с точностью наоборот — Снейп чуть не перегрыз горло директору Дамблдору, поскольку был против Кроули с самого начала. Впрочем, прошло много лет...
— Вы вошли в доверие к профессору Снейпу? — взялся за свое неугомонный Полифем.
— Э-э... Я над этим работаю, — сказал Гарри и слегка покраснел, вспомнив, как вновь испортил начавшиеся было налаживаться отношения, не далее как сегодня утром оштрафовав редактора на десять фунтов за курение на лестнице. Все бы ничего, но злодей вынул из портмоне сто фунтов и попытался впихнуть директору в карман рубашки, шепча на ухо, что для дорогого шефа ему ничего не жалко. От воспоминания о пальцах разбойника, прикасающихся к груди, Гарри опять бросило в жар.
— Я принес электронный адрес Шпеера, — поспешно сказал он, стараясь отвлечь внимание господ советников от Снейпа. Он протянул Муди листок. — Вы наверняка можете найти его, если...
— Уже пытались, — Муди нехотя взял адрес. — Он не сидит, поджидая нас. Мы три раза оперативно вычисляли его местонахождение, но к моменту прибытия наших людей на место... Шпеера и духу не было. Мы заставили владельцев интернет-кафе установить видеонаблюдение, но это ничего не дало. Этот человек осторожен и недоверчив. Это уже другой адрес, кстати, — кисло сказал он, веря в пальцах бумажку.
— Мистер Муди, — нежной голубкой проворковала советница. — Пусть наш милый молодой человек попробует завязать с ним дружеские отношения. Это важнее, чем втираться в доверие к главному редактору. Оставьте в покое этого вашего Снейпа, я с ним общалась, он совершенно невозможен, — вздохнула она. — От него нам нужен только текст третьей книги. А вот Шпеер... Мистер Поттер, напишите ему как читатель. Вам понравились его книги, вы в восторге и тому подобное. Писатели падки на лесть.