Шпеер (СИ)

К голому бедру Гарри прижался горячий и твердый член ожившего Зверя.
Зеленые глаза в зеркале затуманились и поглупели.
— Я думал, ты спать пойдешь, — Г. Дж. выгнулся в объятьях Северуса, хмелея от возбуждающих прикосновений. — Наркоман, вампир, колдун!
— Ты мой наркотик, — Северус сполз на колени, обнимая его ноги и целуя поясницу. — Мой экстази, героин, ЛСД, кокаин, метадон, опиум души моей! Я безнадежен, Liebling. Еще одна ломка, и я сойду с ума.
Гарри вцепился растопыренными пальцами в раковину, дрожа от поцелуев — одурманивающе-нежных, смешанных с теплым дыханием. Горячий дразнящий язык Зверя двинулся от поясницы к крестцу, оставляя влажную дорожку, добрался до копчика и принялся медленно и с чувством вылизывать маленькую косточку. Гарри хрипло взвыл от пронзившего все тело острого наслаждения.
— Шатци-о-о!
Зверь негромко, но хищно рыкнул. Не выдержав, Гарри оторвал пальцы от раковины и сжал свой измученный желанием член.
— Ну уж нет, — Северус схватил Г. Дж. поперек живота, подтолкнул к ванной и пристроил его руки на бортик. — Потерпите, мистер Экстази! Na warte!³
— Мистер Садист! — пискнул Гарри.
Чуткие пальцы Северуса заскользили по его бесстыдно раздвинутым бедрам. 
Мистер Экстази уставился мутным взглядом в невылитую воду с похожими на облака клочьями пены.
Мистер Садист касался губами его кожи, сводя с ума прерывистым дыханием, то трогая кончиком языка, то прихватывая зубами, с такой нежностью и с трудом сдерживаемой страстью, что у Гарри помутилось перед глазами.
— Умоляю! — выкрикнул он, не понимая, о чем просит.
Язык Северуса мучительно медленно проник в его анус, так же медленно вышел и погрузился вновь. По телу Г. Дж. хлынули обжигающие волны неутоленного желания, каждый нерв завибрировал от сладкого напряжения, отзываясь на ласку. Гарри застонал, извиваясь змеей в сжимающих его бедра руках.
Внезапно Северус перестал сладострастно терзать его языком, прижался щекой к его ягодицам и замер, дрожа всем телом.
— Я хотел, чтобы ты помнил обо мне, — неузнаваемым сдавленным голосом сказал он. — Но это неправильно.
Гарри застыл, хватая воздух открытым ртом, не способный понять смысл слов.
— Шатци, — всхлипнул он. — Не мучай меня!..
Вместо ответа Северус оторвал его от ванны, развернул к себе лицом и с хриплым стоном обхватил губами его член.
Восторженными хмельными глазами Гарри смотрел, как его пылающая плоть дюйм за дюймом скрывается во рту Большого Зверя, проникая в горячее стискивающее горло.
Через мгновение он понял, что Северус сошел с ума. Сдавив бедра Гарри, он толкал в себя разгоряченный ствол, отстраняясь и вновь набрасываясь с такой силой и жадностью, что черные волосы безумца хлестали по животу и ногам Гарри мокрыми плетями.
Ласкающий палец развратно скользнул в распаленное желанием отверстие ануса, прижавшись подушечкой к невыносимо чувствительной части внутри канала.
— Ша-а-а-тц!..
Тело Гарри прошили тонкие сладкие конвульсии, предваряющие взрыв. Захлебнувшись криком, он вцепился ногтями в голые плечи Безумного Зверя. Руки и ноги вдруг перестали повиноваться, перед глазами мелькнули пенно-небесные облака. Потеряв вес, Гарри поплыл среди гаснущих звездных пылинок, погружаясь в непроглядную тьму мягкого беспамятства.
* * *
— Du lieber Gott!..
Прохладная влажная ладонь коснулась его лба. По вискам и шее щекотно потекли холодные капли.
Гарри открыл глаза и непонимающе заморгал.
— Что это было? — с недоумением спросил он, обнаружив себя в объятьях Северуса. Шевелиться не хотелось. Наполненное приятной истомой тело по-прежнему не думало обретать вес. Куда делись кости, тоже было неясно.
В черных глазах застыл испуг.
— Кое-кто отключился, — Северус прижал его к себе так крепко, что Г. Дж. услышал быстрый стук его сердца. — Тебе плохо?
— Плохо? — поразился Гарри. — Мне так хорошо, будто я до сих пор летаю... Не знаю, кто из нас мистер Экстази.
— Небось, не ел ничего? — хмуро сказал Северус. — Черт, я хуже, чем эгоист!
Завернув улыбающуюся жертву секса в полотенце, он обнял Г. Дж. за плечи, довел до спальни и усадил на постель.
 
— Полежи, Liebes, я тебе принесу что-нибудь.
Гарри, неожиданно наполнившись силами, схватил Северуса за шею и повалил на себя.
— Я тебя никому не отдам, — пробормотал он, исцеловывая растерянное бледное лицо. — Я просто не смогу это сделать. Никогда. Никогда-никогда-никогда!
* * *
Гарри блаженно потянулся на теплых простынях, разлепил ресницы и тут же встретился взглядом с задумчивыми темными глазами. Северус, опершись на локоть, лежал рядом, рассматривая его встрепанную персону с хмурым и озабоченным видом. Пробившийся из-за штор тонкий луч утреннего солнца робко скользил по иссиня-черным волосам.
— Морген, Шатц, — пробормотал Гарри, не в силах не улыбаться. — Вас ист дас?
— Das ist total Scheiße, ⁴ — буркнул Северус. — Morgen, meine Liebe.
— Что такое? — встревожился Гарри. — Тебе плохо?
Северус покачал головой, взъерошил вихры Г. Дж. и мягко провел ладонью по его щеке.
— Гарри, — непривычно серьезно начал он. — Я думаю... Тебе лучше уехать. Возьми отпуск до Рождества. Если у тебя нет каких-то планов попутешествовать, хочешь, отвезу тебя в Сассекс? В тот самый домик. Конечно, там много лет никто не жил, но за пару дней можно всё обустроить. Единственная проблема — твоя подписка о невыезде, но я могу поговорить с некоторыми влиятельными людьми и...
Гарри подскочил, как мячик для пинг-понга.
— С ума сошел? Уехать? Всё оставить? Бросить тебя, когда ты на волоске от ареста? — он вдруг побледнел. — Хочешь от меня избавиться?
Северус повалил его на постель, налег сверху, вдавив в матрас, и сердито уставился в глаза.
— Что за чепуха, Liebes? Ты думаешь, я не знаю, почему ты в клинику попал? У меня копия твоего диагноза имеется, ты уж извини! Тебе ни к чему лишний стресс, врач рекомендовал отпуск, не я! Ты вчера сознание потерял на пустом месте!
— На пустом месте?.. — оторопел Гарри. — Да я раньше никогда... У меня никогда... Черт, я не знаю, что ты со мной сделал, — он не без удовольствия заерзал под тяжелым навалившимся Зверем. — Мне было так хорошо, что... Короче говоря, я не терял сознание, это было что-то другое! — возмущенно прибавил он.
Он обнял Большого Зверя за шею, жадно вдыхая запах теплого со сна тела.
— Я никуда не еду, Шатц!
Северус с минуту молчал, глядя в глубину его глаз.
— Тогда сделаем так, — сказал он. В его голосе зазвенел металл. — Ты будешь делать только то, что я скажу. Ни шага в сторону. До Рождества. Нарушишь договор — уйду я.
— Ничего себе, — пробормотал Гарри. — А если я случайно...
— НЕТ, черт возьми! — рявкнул Северус. — Никаких «случайно» не будет! Поклянись!
— Клянусь, — быстро сказал Г. Дж., испуганный неожиданным напором. — Не наезжай на меня!
— Я не наезжаю, — Большой Зверь стиснул его в объятьях, горячо целуя лицо. — Это ради тебя самого, Liebling. Нет, не так! Ради нас с тобой.
* * *
— Выходит, мы оба без колес, — кисло сказал Северус. — Как насчет машины Блэка? Черт с ними, с наклейками на борту.
Гарри вспыхнул от злости.
— Никогда и ни за что! Не нужен мне ни Сириус, ни его машина, вообще ничего от него не надо!
Брови Северуса удивленно выгнулись.
— Что так?
— Ничего, — буркнул Гарри. Прибавлять историю с фотографиями в архив недружелюбных отношений между Снейпом и Блэком не хотелось. — Мы поссорились.
— Блэк дольше пяти минут ссориться не умеет, — редактор поправил шарф на шее Г. Дж. с видом озабоченного отца. — Тогда такси. Моя машина до вторника у Кэрроу.
Гарри просунул руку Северусу под локоть и ускорил шаг, приноравливаясь к стремительной походке.
— Ты что, не заметил контейнер?
— Заметил, — фыркнул Северус. — И еще три вдоль по улице. В Литтл-Уингинге плохо с аттракционами. Негде душу отвести.