Олимпийский лёд: Обещание (СИ)
Саша встал за третьим местом пьедестала.
Дима практически вылетел на лёд, пихая Тимура и на ходу скидывая кофту и чехлы. Его лицо было влажным, явно после умывания. Тамара Львовна успела схватить кофту сына, придерживая её. Только сейчас она смогла увидеться со вторым сыном, так как не могла оставить Диму.
— Второе место: Дмитрий Панкратов, Российская Федерация!
— Поздравляю тебя, — Тамара Львовна одной рукой обняла Тимура, светящегося как наполированная кастрюля, — Золотой мальчик. Твоя медаль по праву.
Она… признала это?
Саша заглядывал на Диму, пытаясь посмотреть в его лицо. Успехи были не особо, поэтому он смирился, что не удастся.
— Спасибо, — Тимур улыбнулся матери, снимая кофту и чехлы, отдавая их Денису Руслановичу. Ну что, пора!
— Первое место: Тимур Панкратов, Российская Федерация!
Он сияет, прокатываясь по льду. Вокруг куча людей, все аплодируют. А он кланяется. Олимпийские игры… Он выиграл чертовы ОЛИМПИЙСКИЕ ИГРЫ!
Стоя внизу пьедестала, он думает о том, что пришлось пройти. Двадцать лет ради одной медали. Двадцать… И ведь не хочется плакать. Хочется улыбнуться и сказать всем, кто в него не верил: выкусите! Он Олимпийский Чемпион в личном турнире.
Когда на него будут надевать медаль, он почувствует себя самым счастливым человеком на планете. Сложно описать чувства, когда внутри тебя разгорается такой жаркий огонь, что ты не можешь сдержать эмоции и чувства, но в то же время ты не совсем осознаешь что сейчас случилось. Вроде прошло так мало времени, а на тебе висит золотая медаль.
Денис Русланович улыбается по-доброму, тепло. Смотрит на воспитанника. На того, кто стал как сын. Он верил в Тимура до последнего и теперь испытывал невероятную гордость.
Тимур будет улыбаться и держать свою медаль. И даже не увидит, что Дима метнул такой же взгляд на него, как сам Тимур четыре года назад на Артёма. Будет ли это что-то значить? Повторение истории? Неизвестно. Пока известно точно одно.
Тимур Панкратов — новый Олимпийский Чемпион.
Часть 13
— Выше! Выше прыгай, ты совсем ничего не можешь сделать!
Катя остановилась, упираясь руками в ноги и пытаясь отдышаться. Один конец скакалки выпал из обессиленных рук, чем произвел ещё больше криков со стороны матери.
Этот день как в тумане. Тяжело думать, тяжело осознавать, что момент икс настал. В глазах темнеет, силы оставляют тело. Но надо продолжать, нельзя остановиться. Останавливаться перед целью — непозволимая роскошь для спортсмена. И она это прекрасно знает, именно поэтому выпрямляется и продолжает прыгать на скакалке. Сегодня день короткой программы у девушек.
Жеребьевка девушек получилась смешной. Они выступали друг за другом, сначала Катя, потом Даша и потом Вероника. С одной стороны, удобно, они все сейчас тренируются в зале и не волнуются о чужих результатах. С другой — всё это волнение настигнет их подряд.
— Катя, в чем дело?
Она была в ярости. После серебра Димы Тамара Львовна словно озверела, желая забрать хотя бы одно золото своим ученикам. Она не показывала этого при Диме, ходившего словно в трансе, но полностью вымещала на Кате. В её голову усиленно вносили мысль, что Олимпийской Чемпионкой должна стать она и никто другой.
— Отдохни, если ты устала. Но помни, что пока ты отдыхаешь, соперники работают. И все, что не было доработано сегодня, ты уже не сможешь доработать для чистого Олимпийского проката, — Катя и так это все прекрасно понимала.
Именно поэтому не приняла предложение отдохнуть. Продолжила работать, стараясь не смотреть на Дашу и Веронику. Они не разговаривали сегодня, только тренировались и пребывали в своих мыслях. Это было понятно, девочки настраивались. Даша вообще смотрела на всех убийственным взглядом, растягиваясь. Кажется, после произвольной мужчин она стала ещё более собранной.
Увидела, что даже с невероятной программой можно оглушительно упасть на второе место.
Катя тяжело вздохнула. Кажется, эта Олимпиада окончательно убила возможность на воссоединение семьи. Она не раз ловила пересечение взглядов Димы и Тимура за эти дни, и ни в одном не было взаимопонимания. Тимур пытался успокоить его, пытался поговорить, дать понять, что он сам знает как это. Но Дима не мог терпеть жалость и слушать это не хотел. Пока что они все еще оставались в Олимпийской деревне, жили в одном номере… Даже представить сложно, какое напряжение было в нем.
Не хотелось даже думать о том, что между девочками может быть такое же напряжение. Понятное дело, что у парней долгая история соперничества, но у Кати каждый раз сердце разрывалось, когда она смотрела на братьев. Интересно, а мать что-нибудь чувствует?
Она украдкой взглянула на маму. По её лицу в принципе было сложно что-то понять, а когда она полностью сосредоточена — тем более. Остаётся только настраиваться и разминаться.
Денис Русланович в зале с самого утра. Следит за Дашей и Вероникой, но, понятно, что больше за Дашей. Ей дают наставления и помогают эффективнее размяться. Вероника с Варварой Михайловной, но они практически не разговаривают, отдаваясь тишине.
У них осталось не так много времени на разминку. Их разминка, последняя, через сорок минут. Скоро переодеваться, а Даша уже в своем платье.
— Черт… — Катя выдыхает это из последних сил, останавливаясь. Она не может сконцентрироваться на том, что ей нужно будет кататься уже меньше, чем через час.
Тимур и Дима пожелали ей удачи ещё утром. Так по-теплому, и словно они всё ещё семья. Та семья, которая живет в одной квартире и просыпается к завтраку, поддерживает друг друга. Увы, это в прошлом. И это пожелание удачи только больше выбило из колеи.
— Кать, пойдем переоденемся, — Тамара Львовна поманила её рукой.
Даша повернула голову на Катю. Именно её она считала своей главной соперницей. Непонятно почему, ведь они занимали пьедестал втроем, меняясь в зависимости от чистоты проката. Но для Даши не может человек с фамилией Панкратова быть слабым. Они все великолепны в физической подготовке и по конституции своей идеальны для фигурного катания.
— Готова? — Роман подошел к ней, слегка касаясь рукой предплечья.
— Всю жизнь готовилась.
Веронике было слишком спокойно на душе. Словно это типичная тренировка, обычный вечерний прокат. Она была уверена в том, что сделает свой максимум, а кто победит уже решат судьи. Будет гораздо обиднее упасть в шаге от пьедестала, чем сделать всё и не взойти.
— Вероник, — Даша позвала её совсем неожиданно. Девушка вздрогнула, поворачиваясь на подругу. Тренеры тоже вопросительно посмотрели на них, — Пообещай мне, что как бы ни получилось, мы останемся друзьями.
— Ну конечно, — Ширяева улыбнулась, мол, само собой разумеется.
***
— На лёд выходит последняя разминка, наконец-то! Мы посмотрим на всех наших спортсменок, да ещё и подряд. Под последним стартовым номером мы будем наблюдать также нашу спортсменку, Веронику Ширяеву. Все наши девушки покажут в коротких программах тройной аксель, прыжок ультра-си.
— Удачи, — Ева прошептала это, смотря на лёд. Внутри были смутные ощущения. Олимпийский лёд, перед ней катаются девочки, которые претендуют на пьедестал. Девочки, которые ещё всем покажут. А четыре года назад всем показывала она. Её даже одолела печаль.
— Все в порядке? — Тимур коснулся её руки, легко, невесомо.
— Скучаю по льду. Не обращай внимания, — Ева покачала головой, стараясь сконцентрироваться на девочках и их разминке.
Тимур занял позицию с Евой и Артёмом, миновав сидение на трибунах. Саша и Дима сидели на них, весело разговаривая и шутя. Напряжения пока не было.
Девочки раскатывались, Даша уверенно выполняла все прыжки из программы, Вероника прокатывала дорожки. А Катя… Катя не могла сконцентрироваться даже на том, чтобы не чувствовать холода.
— Соберись, соберись, соберись… — Катя шептала это сама себе, пытаясь в экстренные сроки прийти в себя. Ну черт возьми, она на Олимпиаде, почему мозг отказывается это понимать?!