Зов чужих богов 2 (СИ)

А между мной и Домицианом пробежала кошка. Я и в самом деле бросил ему несколько вызовов, в ответ на его неприличное поведение. Он же ограничил контакты со мной. Оказывается, выловили ещё одного одарённого из галлов, и один из трибунов получил вторую Сферу. Угадайте, к кому они обратились за помощью?
Аппий Катон, тот самый капсарий, который помогал мне ранее, получил приказ легата и провёл операцию по моей методике. Анна тоже участвовала, но только как поддержка. Целителя не привлекали, к нему ещё пока присматриваются, не понимают, опасен ли. Не доверил ему трибун своё тело и душу.
Я об этом узнал только на очередном собрании командного состава с подведением итогов усмирения бунтовщиков. Этот трибун сиял не только счастливым лицом, но и двумя Сферами.
Самое любопытное, что именно он в о время сражения понёс самые большие потери. Домициан объяснил это тем, что ему способностей не хватило. Не как тактику и командующему, а как одарённому. Мол, вторая Сфера ему нужнее всех, именно потому, что текущие его способности не слишком годятся для сражений, потому его результаты хуже, чем у остальных.
А то, что у него номен Помпей, и отец его был консулом, противостоящим Муциану на выборах, - не имеет значения.
Ага, речь про того самого Марка Помпея Камилла, которому наша когорта пришла на помощь.
На том же совещании был доложен план: мы здесь проведём месяц, подъедая городские запасы. Число едоков изрядно уменьшилось, так что теперь недостатка в провианте нет. Всё как и хотели бунтовщики.
За этот месяц колонна с добычей дойдёт до Рима, за две недели наберёт добровольцев и пойдёт за нами вдогонку. В принципе, я верю, что набор состоится, тут Домициан прав. Увидят трофеи и жадность привлечёт рекрутов. Правда, качество их вряд ли будет высоким. Новички не обкатанные, да ещё и нацеленные на грабёж.
Но опять же со мной не советовались. Я больше не вхож в кружок пьянствующих мажоров, где принимаются все важнейшие решения. Здесь, на совете, только ставят перед фактом да кивают, когда что-то предлагают.
На Домициана совершенно не держу зла. Я с самого первого момента нашего знакомства чего-то такого ожидал, ведь такова природа власти. Там, в Риме, задвинутый на задворки придворной жизни сын императора мог только мечтать о таком положении. И вот теперь, вкусив абсолютной власти, обнажил свои стремления.
Тут дело вовсе не в интеллекте, каком-то особом складе ума или характера. Это вопрос целеполагания. Когда у него было мало ресурсов, его ходы не так явно отдавали капризной диктатурой, он прислушивался к советам. А вот теперь, когда мажоры из командного состава ловят каждое его слово, он может позволить себе больше вольностей. Наверное, с точки зрения управляемости легиона как системы, это хорошо. Никто не посмеет саботировать его приказы, какими бы нелепыми они ни были.
Только есть в его гениальной схеме один изъян. Это я.
Меня боятся. Настолько, что обходят стороной, когда своевременно заметят, идущим навстречу. Не только высшие офицеры, но и простые легионеры. Разве что мессиане относятся ко мне с благоговением.
Помните, я не хотел демонстрировать способность убивать одним желанием (слово «Умри» оказалось ненужным, но полезным)? Кто-то видел это в городе и поделился историей с товарищами. Я Сервия подозреваю, хоть он и не «колется». Спурий, вроде менее болтливый. Но, возможно, и от городских узнали - трудно сказать, где раньше болтать начали, в легионе или в городе.
Пожалуй, если я скажу кому-то «умри», тот и умрёт просто от страха, а не от способности. Все и раньше догадывались, что в состоянии контроля я мог приказать сделать что-то самоубийственное. Но то, что случилось в городе слишком уж прямолинейно.
Хотя, как по мне, такая смерть более гуманна, чем, например, от огня одарённого или быть выпитым и разорванным лозами, вылезшими из земли. Разница-то только во внешнем проявлении.
Так вот, мессиане - единственные, кто не испугался. Власть над жизнью и смертью будоражит их рассудок и я только повысил авторитет в их глазах. Потому что «во власти Господа Вседержителя врата смерти» (exp.: Псалом 67:21). Понимаете, какими путями их мысль пошла? То есть человек такого «трюка» не может по своей воле исполнить. А все до последнего знают, что я приказал умереть далеко не самым праведным, так что пресёк зло от имени Самого...
  
Я уже сказал, что живу в храме Ангиции. Хотите любопытный факт? Ни один римлянин-язычник не может его найти, а мессиане находят меня запросто. Любопытно да, насколько буквально воспринимается запрет на возможность войти в храм? Мессианам в свои храмы входить даже нужно, чем они удивляют римлян-язычников. Видимо потому на них запрет-маскировка не действует.
Почему я предпочёл это место для проживания? Надеялся тоже приобрести дар целителя. Но так и не пошла богиня мне на встречу.
Но я всё-таки не скажу, что провёл этот месяц бесполезно. Естественно, днём я занимался делами в легионе, в храме я как бы на постое был, так что будет большим преувеличением сказать, что «божественным делам» я выделил месяц. В некоторые дни мне вообще было не до чего, падал как куль и отправлялся в царство моего покровителя Сомнуса.
Тем не менее, несколько открытий я всё-таки сделал.
Начну с самого странного, но, если подумать, довольно-таки ожидаемого: мессиане своей молитвой способны уничтожать канал связи с богами. Не знаю, что там с Юпитером или ещё кем-то из старших, но вот богиня колдовства боится их заунывных речитативов.
Второе открытие скорее из разряда курьёзов, чем какое-то важное знание. Помните, я говорил, что статуя Эпоны - это женщина и две лошади по бокам? Так вот, эти копытные - не часть декора, они излучают божественность. Не наравне с основным изваянием, но всё-таки далеко не просты, их сила имеет индивидуальность, они не просто часть композиции.
Нет, всё-таки я неверно объясняю. Эпона - это центр равновесия между двумя этими коняшками. Не понимал я этого, пока не начал пытаться достучаться до самой богини. А она-то как раз тут совсем не главная, вторичная, производная. Хотя, с другой стороны, можно рассматривать этих лошадей как проявление её полярной силы. То есть нельзя разделять эту «композицию» на составляющие.
Я ведь сначала подумал, что у одной из статуй лошадей лапа отломана. А когда начал пытаться найти резонанс с богиней и почувствовал силу этих коней, то не сразу, но вспомнил про Хельхест. Не уверен, один и тот же это персонаж или разные, но функционально очень похоже. Как понятно из названия, это лошадь Хель. Знаю, не кельтская, не галльская, но я и не утверждаю, что именно она изображена. Делаю акцент на слове "похожа". Она даще не костлявая и не ужасающая, как скандинавский образец. Обычная, только ноги одной не хватает.
История о ней тесно связано с тем, как северяне кладбища обустраивают (или будут обустраивать? Вот тут я не имею сведений). Прежде чем хоронить людей, они сначала коня или лошадь закапывали в землю живьём. Думаю, что в самых древних, первобытных формах, её дух должен был стать перевозчиком для душ в ином мире.
Только от такой сугубо практичной функции очень быстро остались лишь следы. Хельхест - это предвестник всего самого плохого, разносчик чумы, разного мора и дурных предзнаменований.
А вот второй конь - это уже в том же смысле, в котором поклоняются Эпоне - воплощение здоровья и эротизма. Ну, сами понимаете, верховая езда не может не сродниться с этим символизмом. Ну, и уже через этот символ выходим на плодородие, что сильнее проявляется в образах британских коллег Эпоны - Махи и Рианон. Кстати, эти две вроде бы ассоциируются и с властью, чего в Эпоне я не вижу.
Это и есть объяснение, как работает механизм исцеления в этом храме. Просто перераспределение, пропускание силы через себя. Богиня - это центр этакого божественного диполя, способного повернуть его к почитателям той или иной стороной.
Ну и третье «открытие» - это уже нюанс, выясненный во время многих бесед с пока ещё жрицей: Эпона для Сайлы, вовсе не видится такой же, как для меня. Возможно, в этом и есть причина, почему я не могу получить (или, точнее, принять) её даров.