"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
- Ладно, Владуц, пойдем мы. Нам еще в крепость возвращаться, а парома нет. Придется на хуторе вашем просить, чтобы перевезли.
- Они перевезут, - кивнул глава молдавского рода. - После того, как ты с костеглотами разобрался, перевезут и даже оплаты не попросят. Я над твоими словами подумаю Олег. Доброго тебе здоровья.
- И тебе тоже всего хорошего, - попрощался и я.
Мы с Никитой вышли на улицу, где оставались мои воины. При нашем появлении они сразу же поднялись, оставив выпивку и закуски. Пара мгновений, и они все были готовы отправлять в путь туда, куда я их поведу. Верные люди, никакой не отряд наемников, а дружина.
- Я рад, что ты помнишь о своей клятве, - проговорил боярич Никита.
- Я помню, - ответил я и добавил. - Всегда буду помнить.
- Потому что, если не верить слову благородного человека, то чему вообще можно верить? - повторил он мои слова, сказанные Аурелу, и рассмеялся.
И все вместе мы отправились в обратный путь в крепость, которая еще полгода будет нашим общим домом.
Княжий сын. Отцовский трон
Глава 1
Союз Торговых Городов. Киев. Середина лета 2225-го года от Рождества Христова.
В кабинете Киевского мэра за год, что мы провели на молдавской заставе, ничего не изменилось. Пожалуй, дела в Молдавии за этот год поменялись гораздо круче, ведь сначала мы перебили костеглотов, которые несли смерть каждому, кому хватило смелость или глупость оказаться ночью вне надежного укрытия вроде крепостной стены. А потом схлестнулись с молдавским княжичем Аурелом, которому подумалось, что он может вернуть Молдавии былое величие, начав с Союзом Торговых Городов новую войну.
Впрочем, тогда все закончилось благополучно для нас: Аурел положил под стенами Ямпольской заставы все свое воинство, после чего бежал, попытавшись укрыться в ближайшем молдавском селении - Рубленице. К счастью, у нас с ее жителями были хорошие отношения, молдаване выдали нам укрытие Аурела, а потом он бесславно сложил голову в поединке со мной.
Честно говоря, последние полгода нашей службы прошли вполне спокойно. Никто нас больше не атаковал, с разбойниками мы встречались всего дважды и оба раза вышли из этих стычек без серьезных потерь. Раненые были, но благодаря мастерству моей матери, которая постаралась передать его мне в полном объеме, мы справились и с этой проблемой.
Сожженный Аурелом при отступлении паром тоже скоро восстановили, так что скоро на нем снова стали переправляться через Днестр купцы и группы разведчиков. Я ожидал, что по возвращении в Киев меня как минимум похвалят за все, что я сделал, а, возможно, получится выбить из Григория какую-нибудь премию.
Потом, ближе к концу весны, мы снова принялись собирать травы, а я готовил из них лекарства. Не только для собственных запасов, купец Данила из Винницы решил возобновить наше сотрудничество и скоро явился с деловым визитом.
Я всерьез думал о том, чтобы послать в Киев весточку и остаться на заставе еще на годик, однако мои ближайшие соратники и советники - бояре Лука и Ян - отговорили меня от этой затеи. По их мнению, мы, конечно, заработали бы еще денег, но потеряли бы бесценное время. К тому же у нас была большая и главная цель: завоевать престол Пяти Княжеств, когда-то принадлежавший моему отцу.
Впрочем, даже эти полгода мы провели с пользой и на сотрудничестве с Данилой заработали еще пятьсот гривен. По слухам, которые донесли до меня купеческий приказчик Трифон и хозяин построенной на заставе харчевни Артем, сам Данила заработал на этом в шесть, а то и семь раз больше. Но это меня не особо волновало, потому что в казне моей было больше одиннадцати сотен гривен, если считать с добычей, которую мы взяли с Аурела.
А это, надо сказать, очень значительная сумма. Пожалуй, по наличному капиталу я сравнялся с каким-нибудь купцом средней руки. Хотя большинство из них предпочитали не держать деньги при себе, а пускать их в дело, постоянно приумножая свои капиталы.
Вложил, получил больше, ну или потерял, смотря как повезет. Ничего не поделаешь, такая уж у купцов жизнь, и она сильно отличается от нашей, воинской. Хотя у нас можно потерять не только деньги, но и жизнь.
Уезжать с Ямпольской заставы было жаль. Уж очень спокойно нам там жилось, и слишком хороший доход приносило наше предприятие с лекарственными травами. Перегонный куб, который мы годом ранее заказали в Виннице, я разобрал и забрал с собой. Не знаю, где я смогу его поставить, потому что дома у нас нет, но не оставлять же его наемникам, которые приедут нам на смену. Что они будут с ним делать, брагу перегонять, чтобы пить еще больше, чем обычно? Да и не разберутся они с такой сложной вещью, взорвут, а то еще и пожар устроят.
Но дождавшись, когда на заставу прибудет смена, мы отправились обратно в Киев. Ехали большим отрядом, никого не боясь, и как я надеялся, никого особо не пугая. Скоро добрались до главного из торговых городов, и поселились на том же самом постоялом дворе, что и в прошлом году.
К сожалению, Николая сейчас не было в городе, он ушел куда-то со своим караваном, так что нам с боярами пришлось остановиться вместе со всеми. Нам, конечно, выделили лучшие комнаты, правда и заплатить за это пришлось порядочно. Но, самое главное, на постоялом дворе не было такой услужливой прислуги, как на подворье у Николая.
А вот сказать, что в самом Киеве все было спокойно, я не мог. Конечно с первого взгляда все было как всегда: купцы и приказчики решали свои дела, а обычные горожане работали, чтобы оплатить свой кусок хлеба с маслом. Но с Полудня доносились тревожные слухи и естественно, что это не могло не отразиться на настроении местных жителей.
Григорий тоже был не в настроении. Более того, в какой-то момент мне показалось, что он зол на меня.
- Ну ты и человек, Олег, - покачал головой киевский мэр, когда я в его кабинет явился за оплатой наших услуг в качестве наемников. - Отправили тебя на спокойную заставу. Год за стенами отсидеться, не отсвечивать особо. Ну а ты что устроил? Ну что тебе эти костеглоты сделали? Чем они тебе мешали?
- Ну да, очень милые твари, - фыркнул я в ответ. - То-то вокруг крепости ни одной деревни не было. Да там вообще в округе никто не жил. Теперь-то хоть небольшой поселок вокруг заставы вырос. Что в этом плохого-то?
- Плохого в этом то, что мы на эту заставу отправляли тех, кому скрыться надо, - ответил Григорий. - А теперь… Ты скажи мне, ты зачем с молдаванами-то связался? Нет, я тебе, конечно, говорил, что с ними торговать можно, и это даже хорошо. Но зачем ты взялся их караваны-то водить?
- Помочь им хотел, - ответил я. - Им ведь там плохо живется, товар вроде бы есть, а продать его некому. Уверен, они и пьют столько именно потому что у них никто вина не покупает. Они ведь делают его много, а что с ним делать, в погребах его просто так держать?
- Ну вот и пусть пили бы! - взорвался Григорий. - Пусть хоть все перепились бы, нам-то что с того? Нет, конечно винницкие купцы узнали, что у людей с той стороны реки уже накопился жирок под кожей, и там тоже можно торговать… Но… Понимаешь, Союз Торговых Городов - очень хрупкая структура. Это же республика, здесь нет князя, который представлял бы собой и власть, и закон… Ладно, не бери в голову, это уже не твои проблемы. Расскажи мне лучше, что случилось, когда вас осадили в середине зимы. Трифон отписывал что-то в Винницу, но слухи, которые до меня дошли, оказались самыми невероятными.
- Да что там рассказывать, - пожал я плечами. - Пришел молдавский княжич Аурел, сын князя Драгоша. При нем было полторы сотни войска. Десятка три он сразу положил, когда попытался на приступ пойти, их мы кого порубили, кого кипятком и смолой горящей полили. А потом ночью спустились со стен, вошли тихонечко в лагерь, убрали часовых, и принялись резать всех, кого встретили. Успели на тот свет еще полсотни примерно отправить, до того, как поднялась тревога. Подожгли шатры и палатки, стали рубить всех, кто из них выскакивал. Аурел ушел на пароме, сжег его за собой. Те, кого он оставил прикрывать свой отход, тоже полегли.