"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
— Николай Егорович, а может отправим ее как гонца? — предложил я.
— Куда? Вы о чем?
Тьфу! Получалась какая-то бестолковая карусель. Разговор был сумбурным, приходилось скакать с пятого не десятое. Попробуй-ка разберись — неудивительно, что девушка была сбита с толку.
— Нет! Она не будет во всем этом участвовать! — решительно заявил председатель. — Еще не хватало ввязывать ее во все это дело!
— Да объясните вы уже, наконец, о чем речь? — возмутилась девушка.
— Нужно, чтобы кто-то отправился в милицию в Кыштым и привел помощь. Чем скорее, тем лучше. Проблема в том, что идти нужно около семидесяти километров, а в Прокофьевке только старики, быстро такой путь пройти далеко не каждому под силу. Молодых тут раз-два и обчелся…
— Это верно, — кивнула та, задумчиво закусив губу. — Ну, я могу попробовать!
— Оля! Ты же даже не знаешь, в какой стороне Кыштым! — воскликнул председатель. — Так, давайте-ка, вот что сделаем… Вернемся в мою приемную и обсудим все!
Вдруг, из леса, в стороне от дома раздался громкий крик Иваныча. Я и забыл совсем, что он остался один.
— Эй, идите сюда! Скорее!
Я тут же рванул на голос — если тот зовет, значит, на это есть веская причина…
Глава 10
Новые доказательства
— Женька, взгляни-ка туда! — Матвей Иванович указал на кучу веток и сухих листьев. Оттуда торчала человеческая нога в грязном кирзовом сапоге.
— Оп-па! — пробормотал я, подходя ближе. — Мертвец?
— Однозначно, причем совсем недавно. Нож в сердце торчит.
Я присвистнул.
— Интересно, кто ж его так?
Тут подоспел запыхавшийся Николай Егорович, а за ним и увязавшаяся Ольга. Девушка совершенно не вписывалась в эту мрачную атмосферу, но вряд ли бы удалось ее остановить.
Сейчас мы находились в лесочке, в небольшой низине. До поселка рукой подать. Прямо над нами нависали кроны старых деревьев, отчего было стойкое ощущение некой мрачности. И было здесь как-то не по себе.
— Коля, может быть, ты опознаешь, кто это такой? — поинтересовался егерь.
Тот в нерешительности остановился на краю, с ужасом глядя на кучу веток. Было ясно, что увиденное ошарашило человека. Скорее всего, на войне Егорович не был и людских смертей ранее не видал.
Он неуверенно подошел к веткам, наклонился и раздвинув листья, тяжко охнул.
— Ну что?
— Это Андрей. Снегирев, — председатель с побледневшим лицом отошел в сторону, зажимая ладонью рот.
— Да ладно! Серьезно?
Председатель кивнул. Его вот-вот стошнит.
— Неожиданный поворот, однако… — заметил я, тоже склонившись над телом. Часть веток убрал егерь, чтобы видно было лучше. — Ну и что здесь произошло?
— Хороший вопрос. Даже не знаю.
— А как ты его нашел? — поинтересовался я, скосив глаза на старика.
— Да прямо так и наткнулся. Смотрю, трава примята, я пошел проверить. Отошел от дома метров на пятьдесят, заметил вещевой мешок, а потом и ружье брошенное. А когда прошел еще дальше в рощицу, увидел капли крови на листьях. Ну а тут куча веток эта… И нога торчит!
— Да-а… Лежит недавно, несколько часов, — заметил я. — Конечно, я не криминалист, но тут много ума и не нужно. Нож в сердце, это, конечно, сильно… Скорее всего, удар ему нанесли всего один, причем, когда тот того совсем не ожидал. Значит, Андрей его знал. Тот самый гость, с которым они тушенку ели?
— Похоже на то. Неужели это дело рук Митьки? — подал голос Николай Егорович, присев на бревно. — Не мог он! Ну не мог и все.
— Выходит, плохо вы его знали! — вздохнул я. — Ну да ладно, Снегирев нам теперь ничего не расскажет. Стало быть, версия про браконьеров зашла в тупик. А ведь все было более-менее объяснимо, до этого момента.
— Погоди, Женька! — нахмурился егерь, подходя ближе. — Не торопись. Меня сейчас другое волнует! Если Снегирев старший действительно здесь, представляешь, что он устроит, узнав, что его сына убили?
Он страшный человек. Со связями. Конечно, учитывая тот факт, что из-под него выбили седло и теперь он вынужден скитаться по лесам, говорит о многом. Но своей власти он не потерял, и хватки тоже. Отчаявшись, может решиться на крайние и совершенно необдуманные действия, которые могут привести к самым непредсказуемым последствиям. А значит, прольется кровь…
— И ты думаешь, что он о себе заявит?
— Да. Как только узнает.
Предположение было справедливым. И верно, на что способен коварный и властный человек, слетевший с катушек, если у него забрать самое дорогое?
Я же думал о том, кто мог это сделать. Митька?
Молодой, придурковатый. Но вместе с тем, коварный и расчетливый. Актер, как он нас вокруг пальца обвел?! Скорее всего, он и действует не один. Федька, «подглядыватель»? Ну, нет. Как-то это даже несерьезно. А может, он только косит? Может на самом деле там такой же хитрый мародер, как и сам Митька? Нет, скорее всего, есть еще один сообщник. А может и не один.
— Я не пойму, если убийство совершил Митя, какой у него мотив? — вдруг спросила Ольга. — Для чего ему это делать?
— Это тоже хороший вопрос, — заявил я. — Вот ради этого мне и нужно осмотреть Гнилушу и найти мельницу.
— Я знаю, где это, — заявила Оля, бросив укоризненный взгляд на дядю. — Могу показать.
— Нет, не можешь! — заявил бледный Николай Егорович. — Я несу за тебя ответственность и…
— Это не так! Я сама несу за себя ответственность. Поэтому, бросайте эти попытки выгородить меня из всего этого. Я решила помочь, значит помогу!
Толстяк лишь вздохнул. Он понял, что спорить бесполезно.
— Отлично, это все упрощает, — кивнул я. — Но тогда кто отправится за помощью в Кыштым?
Повисла напряженная пауза. Жителей-то в поселке много, вот только молодежи и впрямь, человек пять если и наберется, то никого не отправишь.
— Я сам пойду, — вдруг заявил Николай Егорович.
— Вы? — искренне удивился я. — Но простите, с вашими физическими данными в гонцы поздновато записываться.
— Много ты понимаешь, — улыбнулся он. — Машин тут нет, коней тоже. А вот мотоцикл у меня имеется и весьма хороший.
— Да ладно! — фыркнул я. — Серьезно?
Тот только усмехнулся. — Если знать куда ехать, можно добраться за несколько часов.
Мы отправились обратно в поселок. Там председатель раздал соответствующие указания — не бросать же тело Снегирева в лесу?
Сначала Иваныч, намеревался отправиться со мной, но я отговорил его. Он устал, выглядел плохо. А мне нужны свежие силы… Вместо него, со мной отправилась Ольга. И хотя председатель был против, та заявила, что уже взрослая девочка и сама способна решать, куда ей идти и что делать.
Честно говоря, такая решительность от советской девушки меня поразила — не думал я, что в пятидесятые годы так разговаривали, а поди ж ты.
Вообще, многое из наших представлений о тех временах не соответствует действительности. Помню, как-то в начале девяностых годов разговаривал с ветеранами Великой отечественной, причем не только с нашей стороны, но и с немецкой. Так вот бывший фашист заявил, что никогда не слышал, чтобы русские солдаты во время наступлений, кричали про «кузькину мать» и «ура-а». Слова были совсем другие, очень похожие на современный мат. Не знаю, правда, это или нет, но немец говорил именно так.
Да и вообще, в какую сферу деятельности ни загляни, везде были свои казусы. Вот и сейчас, девушка, несмотря на то, что ее дядя был председателем поселка и отвечал за ее безопасность, сама решила как и что ей делать.
Такая компания мне нравилась. Нет, вовсе не потому, что старый и ворчливый Матвей Иванович мне надоел. Вру, это тоже. Иногда старик был просто невыносим, к счастью меньшую часть времени. Как проводник она может и не очень, но как стрелок… Конечно, чемпионка по спортивной стрельбе это хорошо, да только сможет ли она стрелять по человеку? Скорее всего, нет. Впрочем, кто знает? Пока еще я совершенно не понял, что она за человек.
Вернувшись в Прокофьевку, я принялся собираться. Захватил свой вещевой мешок, взял маскхалат и двустволку. Вообще, по-хорошему тут не ружье нужно, а винтовка. Все-таки враг теперь не четвероногий…