"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Оп-па! Значит, кто-то попался? — спросил я.
— Угу. И вырвался. Жаль, капкан не медвежий. Скорее всего, Кузьмич его тут просто забыл, а тот взял, да и сработал.
Мне в голову пришла иная мысль.
— Так может, потому зверь и вертелся здесь, что уйти не мог? А сбитый с толку егерь боялся выйти наружу, потому что думал, что его стерегут?
— Хм, возможно и так. Получается, что это не Кузьмича не выпускали из дома, а он сам не желал выходить, не понимая, что происходит снаружи… Цепь довольно длинная, повсюду разрытые следы… Зверь метался и пытался вырваться, а Кузьмич воспринял это по-своему.
— Ну да. Кто бы это ни был, он понимал, что внутри человек, но не факт, что действительно пытался проникнуть внутрь.
— Ага, по ней понятно, что не пытался, — хмыкнул я, кивнув на дверь. — Нет, что-то тут не то.
— Не знаю… — задумчиво произнес Монгол, подбирая подходящие слова. — Смахивает, как будто бы зверь не просто хотел вырваться, он намеревался попасть внутрь. Что это, месть? Слепая ярость? Он не сразу отыскал дверь. Сначала начал со стен, потом дошел до окон и только после этого взялся за дверь. Следов полно.
— Тогда это точно не человек, — почесал затылок Монгол. — Человек не станет ломиться в окно, через которое не сможет пролезть. Зверь, сильный и коварный…
— Медведь?
— Может и медведь, — кивнул охотник. — Только какой-то он слишком умный получается!
Повисла напряженная пауза. Каждый думал о своем, перебирая варианты.
— А может йети? — невесело усмехнулся я.
— Чего?
— Ну, йети. Снежный человек, слышал про таких?
— Слышал, конечно. Я же целый год в Челябинске жил. В библиотеку ходил. Глупости все это. Не бывает в природе таких животных, — качнул головой Монгол. — В газете читал, там какой-то умный человек из Москвы целую научную статью написал. Вот в Европе или Америке да, там может быть и есть. А у нас ему откуда взяться-то?
Я мысленно усмехнулся — охотник наивно полагает, что если человек из Москвы, то он непременно должен быть умным? Впрочем, может какой-нибудь столичный профессор и впрямь написал нечто подобное, а потом статья как-то до этих краев и добралась.
Версия с браконьерами незаметно отошла на задний план. Слишком много моментов шли вразрез с этой версией. Безусловно, было бы очень удобно спихнуть всю вину на этих отбросов охотничьего общества. Типа решили оторваться на всю катушку и начали бесчинствовать. Да только пока никаких следов их пребывания в этом районе мы не увидели. И все же, не стоило их сбрасывать со счетов.
Честно говоря, в какой-то момент, я действительно подумал о существовании снежного человека. Ну, серьезно, пусть вокруг и не глухая тайга, но дебрей предостаточно. Мало ли что может обитать там, где не ступала нога человека? Даже если просто чисто теоретически допустить — вполне подходит под описание. Разодрать кабана и лося, вырвать целый окорок — нужна внушительная сила, причем не малая. Мы замечали следы, немногим крупнее человеческих, пусть и очень нечеткие. И теперь вот ситуация с зимовьем. Попавшийся в капкан снежный человек мог не знать, как попасть внутрь, а потому и ломился со всех сторон. Если дело было в темноте, то Кузьмич, палил во все стороны, а затем не выдержал и помер. Ну, чем не рабочая версия?
А тем, что даже в моем времени было доказано — йети не существует. Ну или его все еще просто еще не нашли.
И все же, почему старик несколько дней сидел в избе, опасаясь выходить наружу? У него было ружье, должны были быть патроны с картечью. Да одного выстрела вполне хватило бы для того, чтобы пристрелить этого самого йети. А между тем, он этого не сделал. Да и снаружи кровь была только на капкане…
Еще у меня была «кривая» версия, что кто-то просто упорно пытается нагнать жути и зачем-то творит странные вещи. Если отталкиваться от этого, то какой смысл исполнять подобное? Для чего? Получить острые ощущения, потешить самомнение? Припугнуть местных жителей? Или же и впрямь нечистая сила объявилась? Мистика…
Тьфу, кажется, я вообще не в том направлении выдвинулся.
 
— Ну? Что вы там нашли? — на пороге показался бледный Матвей Иванович. Кажется, его немного отпустило.
— Да ничего особенного, — отозвался я. — Отпечатки. Кто бы это ни был, он попался в капкан, но сумел вырваться из него. Есть кровь. Значит, Матвей Иванович, никакая это не нечистая сила. У чертей, наверное и крови нет. К тому же, вон следы от когтей на ставнях. В общем, мы считаем, что это зверь, может быть медведь. Ну сам подумай, зачем кому-то бродить по лесу и пугать старых лесников и рвать на части диких животных?
— Э-э… — проворчал старик и отмахнулся.
— Ну и что будем делать дальше?
— Хм… Может быть, стоит хорошенько осмотреть здесь все? — предложил Монгол, присев на корточки. — Пройтись по ближайшим окрестностям.
— Идея может и неплохая, но вряд ли мы что-то найдем. Тут повсюду сплошные сухие листья и трава, с утра дует ветер. Если что-то и могло быть, мы этого попросту не увидим, все листьями занесло. Да и где искать? Здесь огромное пространство…
— И все же, давайте осмотримся?
— Вы идите, а я начну могилку копать! — после небольшой паузы, заявил Иваныч. — Нужно похоронить Кузьмича. У него ведь и нет никого. Да и тащить его до поселка глупо.
Мы переглянулись. Действительно, со всеми этими расследованиями, забыли про самое главное. Старому егерю наверняка хотелось бы, чтобы его похоронили в лесу, к чему ему кладбище?
На том и решили. Иваныч пошел в избу искать землеройный инструмент, а мы с Монголом разбрелись в разные стороны. Порыскав минут двадцать, нашли только потерянный сапог Кузьмича.
— До избы метров семьдесят… — нахмурился охотник, навскидку определяя расстояние от кромки леса до зимовья.
Я невольно подумал, что, несмотря на солидный возраст, по своему состоянию здоровья старый егерь вполне мог перейти на бег. Даже с одним сапогом. Уж на небольшие дистанции, да под воздействием страха и адреналина — вполне себе возможный ход событий.
— С северо-запада, вроде. Оттуда! — я примерно прикинул, откуда мог выбежать на открытое место погибший егерь Прокофьевки. Честно говоря, наиболее вероятных направлений было всего два.
Либо вдоль кустов терновника, через заросли молодых деревьев, либо левее, из-за скопления поваленных стволов и росших там елей. Далеко за ними, располагался холм, с выходами скальных пород. С другой стороны этого холма, в километре находилась та самая лощина, где мы с Матвеем Ивановичем обнаружили лосиху.
Сначала выдвинулись к зарослям терновника, но пройдя около двухсот метров, не обнаружили никаких следов. По итогу мы вернулись обратно и двинулись по другому маршруту.
— Монгол, а имя-то у тебя есть? — между делом поинтересовался я.
— Есть. Но оно слишком длинное. Да и я привык уже, все так и кличут. А почему ты решил место Иваныча занять?
— Это не я решил. Это он сам подсуетился. Со здоровьем хуже стало, да и возраст уже… Вот он мою кандидатуру председателю и предложил. Ну а поскольку я успел в одном хорошем деле засветиться, то меня сразу же и утвердили.
— А что за дело?
Пока я вкратце рассказывал ему о той истории с медведицей и отношениях с браконьерской шайкой Снегирева, случайно наткнулись на примятую траву и брошенную шапку.
Я поднял ее, повертел в руках. Вопросительно взглянул на охотника.
— Узнаешь?
— Это Кузьмича! — уверенно заявил Монгол. — Он ее сам сшил прошлой зимой.
— Значит, мы на верном пути.
Примятая сухая трава выглядела так, как будто на ней кто-то лежал. Например, при падении. Это как бы еще ни о чем не говорило, но наводило на некоторые мысли. Мы тут вообще не детективы, да только и разбираться-то тут больше и некому.
Пройдя вперед еще несколько шагов, увидели сломанные ветки, а под ними варежку.
Тропинки как таковой здесь не было, можно было только представить ее мысленно. Еще через несколько минут мы наткнулись на тушу молодого кабана, с теми же признаками, что и раньше. Лежал он тут давно, уже успел стухнуть. Характерный запах чувствовался издалека.