"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Получено Редкое достижение «Давид и Голиаф 2». Вашу победу над столь сильным и неуязвимым противником иначе, как удачей не назовешь, поэтому в награду за достижение вам открывается Дополнительная Характеристика Удача. 
Подозреваю, в этот раз Выносливость мне добавилась не чисто за эту мою последнюю пробежку, я и не запыхался почти, а, так сказать, по совокупности. Впрочем, дареному коню зубы проверять, вроде как, не полагается.
— Дядя Саша, ты так долго не шел! — Зухра, по ее обыкновению, сразу обниматься ко мне кинулась, едва я в своем Карманном мирке нарисовался. Черт, подозреваю, огребу я еще проблем с ней от Полинки. Ну, если у нас с дочкой красного командарма, конечно, все нормально сложится. Она еще та штучка, властности ей не занимать, а я очень не люблю, когда женщины мной командовать начинают.
— Не так уж и долго меня не было, — проворчал я, освобождаясь от захвата на своей шее. — С утра еще к тебе заглядывал.
— Пять минут не считается. Я посоветоваться с тобой хотела.
— Советуйся. Только давай, за столом, есть хочу… как волк.
— Дядя Саша, ты говорил, что там, куда ты собираешься, может быть очень опасно. — Я мерно работал челюстями, молча взирая на девчонку. — А если я вместо бытовых амулетов попробую делать боевые? У тебя же есть вполне качественные заклинания, которые можно в них запихать?
— Хм. Как тебе сказать…, — я попытался подобрать подходящие слова, чтобы донести до Зухры те мысли, над которыми и сам очень много передумал. — Дело в том, что за боевые амулеты ты не выручишь у народа столько денег, сколько можешь получить за бытовые. Холодильник, он в каждом доме и каждый день нужен, как и светильники и варочная поверхность, а амулеты время от времени исчерпываются и нуждаются в замене. Боевые же, может, и купят про запас, на всякий пожарный, но в мирное время — это точно не предмет первой необходимости. И еще, производя боевые амулеты, ты очень быстро привлечешь внимание властей, и тебя попытаются закабалить или уничтожить.
— Так я же не навсегда, а только для твоих односельчан. — Зухра чуть не плакала, так ее обидело то, что я с прохладцей отнесся к ее идее.
— Мои односельчане выживут только в том случае, если, не вступая в бой, смогут убежать прочь из зоны разворачивающихся боевых действий. Самые лучшие амулеты для них в этом случае не боевые, а какие-нибудь отводящие взгляд и затирающие следы.
— А ты знаешь такие заклинания?
— В том-то и дело, что нет. И в библиотеке в Москве мне ничего подобного не дали. Так что, будем пытаться выбираться своими силами, без привлечения амулетов. А ты лучше продолжай делать бытовые амулеты. Если выберемся, у моих односельчан не останется ни ледников, ни печей для готовки. Хоть на первое время снабдим их необходимым для существования.
Ночь переночевал и поутру, едва светать начало, дальше по тракту рванул. И без того целую кучу времени потерял, надо поторапливаться. Благо практически до самой нашей деревни то, что носит название лесостепи, тянется. Узкие языки степного ландшафта с единичными деревьями и кустарниками перемежаются многочисленными рощицами, так что пользоваться Эльфийской тропой практически почти без ограничений мог.
Родители мое появление встретили с немалой долей удивления.
— Ты бы хоть письмо написал, что домой собираешься, — попеняла мне матушка. — Я бы пирогов напекла, с сурчатиной, как ты любишь. Отец только вечером добыл.
— Не до пирогов мне. — Я чуть ли не рычал. На юге такие тучи собираются, а они здесь ни ухом, ни рылом не ведут. — Вы что, не слыхали, что казахи от Советского Союза отделиться собрались и прямо сейчас большой набег затевают?
— Ой, да не пойдут они сюда. Помнишь тот лагерь военных неподалеку от деревни? Военные же там до сих пор стоят. — Похоже, матушка пыталась в эту минуту пересказывать мне сплетни их деревенских кумушек.
— Папа, ну хоть ты ей скажи, — взмолился я к авторитету отца, — военных в том лагере хорошо, если человек шестьсот наберется. Магов у них — единицы, пушки, если и есть — тоже одна-две батареи, и то, не факт. А казахов, говорят, под пятьдесят тысяч собирается. Да плюс большой круг шаманов, да плюс целая толпа полноценных боевых магов, что из Москвы и Питера туда убежали, когда в столицах сторонников Троцкого убивать начали.
 
— Ты про намерения орды хорошо знаешь? — Уточнил у меня отец, как только прозвучали цифры противостоящих сторон.
— Я с дочкой самого Фрунзе в Москве познакомился. Его срочно в Барнаул отправляют.
— А в письмах про дочку Фрунзе ты ничего не писал. — Это мать единственное, что из моей речи услышала. И нет, она не глупая, просто тяжело ей вот так сходу принять, что нужно срочно хозяйство бросать, убегать прочь, вот и пропускает нежелательную информацию мимо себя.
— Сейчас по соседям пройдусь, — отец решительно хлопнул ладонью по столу. — Хорошо еще поля пока незасеянные стоят. Засеянную пашню бросать было бы куда тяжелее.
— Я тоже в сторону Усковых побегу. Буду всех на площадь перед домом старосты созывать.
— Староста сейчас Матвей Жуков, — проинформировал меня родитель, — перед его домом площади нет.
Ну, да, это я по старой памяти. Так-то в письме мне про личность нового старосты родители писали. Поправляюсь:
— Перед домом бывшего старосты. Не заблудятся, думаю, у нас в деревне одна единственная площадь, перепутать сложно.
Разбежались, чтобы собраться через полчаса. На площадь односельчане все равно не сразу заявятся, еще минимум полчаса потребуется, чтобы все отстающие подтянулись.
— Сашка, а мне ты ничего-ничего не привез? — Это Дашка наконец-то улучила минутку, когда я не занят решением важнейших, животрепещущих вопросов оказался.
— Почему же не привез? Привез, конечно. — Этот ночник, пускающий в разные стороны разноцветные лучики света, я, понятное дело, не конкретно для сестренки готовил. Просто расценил, что такое несложное маготехническое изделие должно изрядным спросом пользоваться. Кстати, это даже не амулет, а полноценный артефакт был, со съемным латунным накопителем, но в качестве артефакта я его при сдаче в магическую лавку даже не заявлял. И на одной единственной зарядке накопителя, если не гонять ночник днем и ночью, он по моим прикидкам должен, примерно, с год прослужить. М-да. Помаяться же пришлось с получением разноцветных источников света и с обеспечением их подвижности.
Светильник Дашке очень понравился. Она, поскольку солнце еще не закатилось на небосклоне, под печь его засунула и так, лежа на полу, любовалась плывущими по кирпичному своду огоньками.
Народ на деревенской площади собрался быстро. И то, у отца уважение здесь не слабое. Ну и, я думаю, про казахов и неспокойствие в степи многие уже наслышаны и без меня.
— Про Ивано-Осиповку все слышали? Про то, как там почти всех жителей похватали и к себе вывезли? — Задал вопрос родитель, оглядывая лица собравшихся. — У меня вот только что сын из Москвы приехал, говорит, казахи великую бучу затевают, чуть ли не воплощенного призвать к себе на помощь захотели. В Москве вон, командовать местными войсками Фрунзе отправили.
Почти наверняка, по отдельности эти новости — и не новости уже, только вот воедино их свести сельчанам не то, чтобы разум не позволяет, скорее жадность, свое же добро придется при бегстве бросать. Ну, и еще надежда на русский авось. Авось само рассосется, грозу мимо протянет, а они будут жить, как жили.
— Короче, вы как хотите, а я нынче же с семьей съезжаю.
— А куда мы пойдем, что есть там станем? — Послышались из толпы собравшихся нестройные выкрики.
— Если тут останетесь, о прокорме заботиться совсем не придется. У древних кочевников, говорят, имелись ритуалы, чтобы за счет принесенных в жертву жизней силу магических заклятий увеличивать. Потому и завоевали в свое время такие огромные территории. Короче, я все сказал. — И отец, развернувшись, пошел обратно к нашему дому.
Пока еще родители судили, да рядили, что им забирать с собой, а что можно и тут оставить, я еще улучил полчаса времени, сбегал, выкопал клад из амулетов. Тот, что на окраине деревни под старой ивой был закопан.