"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
— Полагаю, политические игрища. Подробностей я не знаю, к сожалению.
— И ты не пытался связаться с родителями Кастеля? — не удержалась я.
— Смеешься? — хмыкнул Яксен. — Думаешь, что простой клон с Ненеи смог бы пробиться к министру одного из Старых миров?
— Думаю, что конкретно у тебя это вполне могло бы получиться, — отрезала я.
— Риск не стоил того, — пожал плечами парень. — Я же не знаю причины, из-за которой убрали мальчишку, и вовсе не уверен, что от меня не избавились бы вслед за ним, стоило только высунуться.
Это я понимаю. Сама не стремлюсь светиться и привлекать лишнее внимание. Вот только что-то не сходится:
— Постой, но как же так? Если этот сын министра пропал двенадцать лет назад, а тебе уже около шестнадцати, да к тому же ты сам сказал, что последний в череде экспериментов?.. Это ж за сколько времени успели вырастить такую дылду?
— За год, — спокойно пояснил клон. — Чтобы вырастить клона любого возраста, достаточно одного года. Утверждать не берусь, но скорее всего остальное время занимались исследовательской работой. И вполне вероятно, что в первые несколько лет сам Кастель был еще жив.
— Но это тела взрослые, а как же обучение? — не отставала я.
— Джен, — вздохнул Яксен, — а как ты сейчас учишься?
— Ну, в основном у виртала. А что?
— Вот и нам несколько базовых программ внедряют, и вперед, на аукционы!.. — отрезал парень.
Поняв, что тема разговора откровенно раздражает блондина, я заговорила о другом:
— Яксен, получается, что мы тебя невольно подставляем этим мнемом? Давай я еще поработаю над внешностью?
— Нет, — вмешался молчавший до этого Дарен. — В данной ситуации это как раз оптимальный вариант. Я бы даже добавил больше черт генетического родителя. И постарался, чтобы данный мнем попался на глаза министра финансов…
Яксен кивнул, соглашаясь с мнением космонавта. Видимо, считал, что сейчас риск будет оправдан. Ну, ему виднее…
Но, боги, что же за кашу я заварила?
Как ни странно, но схему происходящего я понимала неплохо. Дети, попавшие на Ненею, пропадали окончательно и бесповоротно, принося тем, кто покрывал это безобразие, невообразимые барыши. Даже дети из хороших семей. Особенно они. С другой стороны, далеко не каждому законопослушному родителю придет в голову, что его «потерявшегося» ребенка могут отвезти на задворки галактики, чтобы продать в клон-лабораторию. А тех, кто до этого додумается, сочтут помешавшимися от горя. Люди, знающие либо догадывающиеся о сложившейся ситуации, предпочитали молчать — по разным причинам: от банального страха до равнодушия и получения собственных бонусов с данного вида бизнеса. И сейчас я собиралась рвануть всю эту навозную кучу.
Ну… я же всегда мечтала сделать сенсационный репортаж. Кажется, у меня получилось!
— Что ж, думаю, подробности сделки вы обсудите без меня, — светло улыбнувшись, я развернулась и пошла к выходу, проигнорировав комментарий Яксена: «Маленькое чудовище!» И вообще от такого ядовитого гада это самый настоящий комплимент. В животе поселилась стая бабочек — победа! Я правда смогла это сделать! Несмотря на весь ужас, творящийся вокруг, я была счастлива. А еще нашла способ зарабатывать деньги — анонимно, много и для меня относительно легко. Надо будет обсудить с Пэйном.
Быстро поужинав, я разыскала Мариль и, выпросив прощение за долгое отсутствие, порадовала девочку сказкой про Конька-горбунка.
В эту ночь впервые за долгое время мне не снились кошмары.
Спустя шесть дней с момента своего появления в «Убежище» Дарен решил, что можно начинать тестировать антитоксин, однако применять экспериментальный препарат на Ларионе отказался — у мальчишки был еще день в запасе. Понятно, что в этом случае нужен кто-то другой, кто согласится рискнуть жизнью за шанс избавиться от ошейника. В общем, утром Дарен в компании Яксена отправился подыскивать смертника, уже пережившего один-два приступа и готового испытать судьбу и принять противоядие. Рассмотрев различные варианты, мой приемный отец пришел к выводу, что бессмысленно просто снимать контроллеры — надо действовать хитрее. Клоны погибают практически постоянно, так что некоторое повышение смертности не вызовет сильных подозрений. То есть необходимо разработать антидот от той дряни, что находится в ошейниках. Ведь после введения смертельной дозы лаборатория перестает контролировать клона — трупы мало кого интересуют. При этом механизм контроллера самоуничтожается, и его можно спокойно снять. Прелесть идеи в том, что клон будет считаться мертвым. В общем — совершенно чистая биография. Иди куда хочешь. Только знаком лаборатории на плече не свети…
— Пэйн? Ну, Пэ-э-эйн! Ты сейчас сильно занят? — Я сидела на своей любимой полянке, плела венок и ныла. Не терпелось обсудить пришедшую ночью идею.
— Ну, чего тебе? — раздался из-за спины недовольный голос виртала. — Я занимаюсь расчетом доз антидота.
— Для кого? — не удержалась я.
— Для всех, — фыркнул Пэйн. Если бы точно не знала, что этот растрепанный пацан является мощнейшим ИИ, то в жизни бы не догадалась.
— А это как?
— В зависимости от возраста, пола, количества вещества, времени, прошедшего с момента отравления…
— Ладно, ладно, я поняла, успокойся! Просто хотела уточнить, как он действует, вот и все…
— О, ну так бы и сказала, — поразительно покладисто отозвался виртал. — Сначала антидот блокирует м-холинорецепторы, делая их нечувствительными к токсину, образующемуся в области окончаний постганглионарных парасимпатических нервов…
— Ась? — умно уточнила я.
— Я говорю…
— Не надо говорить! И вообще, прекращай надо мною издеваться! — возмутилась я.
— Ты чего хотела-то? — смилостивился Пэйн.
— Да так. — Теперь была уже моя очередь вредничать. — Придумала, как нам заработать много денег, но раз ты так занят…
— Ну вообще-то у меня всего тридцать процентов мощностей заняты, — пошел на попятную Пэйн. Похоже, что мои нетрадиционные способы сшибать деньгу он уже оценил и был явно не против услышать что-то новенькое.
— А остальное?
— Отслеживаю доставку мнемов, — признался ИИ.
— Ага… и сколько ты планируешь на этом заработать? — заинтересовалась я.
— На самом деле немного — только чтобы покрыть наши расходы. Ты же сама настояла на хорошем качестве и максимально доступной цене.
— А сколько вообще стоит мнем?
— По-разному, — пожал плечами виртал. — Такого качества, как наш — может и под сотню кредитов стоить. Зависит от того, насколько он редкий.
— В смысле — редкий? Их же можно в любом количестве нашлепать!
— Это да, но решает такие вещи только правовладелец. О количестве «нашлепанных» копий.
— То есть сторонние организации мнемы копировать не могут?
— Ну, могут попробовать. Правда, это является преступлением, за которое можно заплатить очень нехилый штраф, а в некоторых мирах потерять статус в деловом мире и даже сесть в тюрьму.
— А если не найдут?
— Такие преступления почти всегда расследуют с помощью виртала, так как крадут у успешных корпораций. Никто не станет рисковать из-за мелочей…
— Угу, общий принцип я поняла. Пэйн, а ты можешь анонимно зарегистрировать наш знак?
— Какой знак? Твою песчаную крысу, что ли? Ну, в принципе, могу. А зачем?
— Да есть у меня одна идея. Садись, будем думать вместе. Я говорю, а ты соображаешь — возможно это у вас или нет.
Хмыкнув, мальчишка плюхнулся рядом со мной. Я, воспользовавшись ситуацией, тут же нахлобучила на него законченный венок и начала развивать свою идею:
— Смотри, а что, если нам организовать компанию, которая будет иметь все права на созданные мнемы?
— Во множественном числе? У тебя что, так много идей? — прервал меня Пэйн.
— Ты не забывай, что у меня за спиной опыт довольно развитой цивилизации. Которая хоть и не летает по всей галактике, но свою систему уже начала обживать. — Ну, это было небольшим преувеличением, но в данном случае я сочла, что лучше добавить в бочку дегтя лишнюю ложку меда. — Потом покопаемся в моей памяти — посмотришь, что из имеющегося мы сможем использовать здесь.