"Фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Пусть мы их и не ждали так рано, но все равно лучше поберечься.
На второй день я из любопытства решил посетить подземный ход, про который нам рассказал Борис Русланович. Вход оказался замаскирован под подвал одного из домов. Там даже хранили овощи и кое-какие продукты, которые мы не преминули забрать себе, но в одном из мест доски раздвигались и можно было протиснуться в небольшой ход. Там было сыро и темно, и я не стал лезть слишком глубоко, потому что опасался встретиться с кем-нибудь из орловских. Они, судя по всему, поняли, что мы знаем про подземелье, поэтому воспользоваться им не пытались. Тем более, что за ним денно и нощно следили мои люди.
Третий день я решил узнать, как дела обстоят у лекарей, которые шли в обозе. Их было трое, и это были крепкие мужики. Я как-то даже удивился сначала, потому что привык, что лекарскими делами в деревнях в основном ведают женщины. Правда, у меня уже был знакомый лекарь-аптекарь, которому мы продавали лекарства, когда стояли на Ямпольской заставе.
Как я успел понять, мужская и женская школы лечебного дела сильно отличались. И если лекарки больше уповали на травы, настои, мази и время, то лекари предпочитали воздействовать непосредственно на поврежденное место. Нет, конечно и мать могла составить сломанные кости или вскрыть пару гнойников, да и меня она этому успела научить, но лекари показали мне свои инструменты, и я впечатлился. Думаю, если бы со мной был кто-нибудь из них, то мы, возможно, смогли бы и спасти Игната. Хотя, не уверен, у него ведь легкое было порвано и полость в груди наполнялась кровью, сомневаюсь, что прижигания и прочее здесь сработали бы.
Они показали мне и запасы лекарств, которые брали с собой в обоз. Получалось солидно, и даже плесень, которая останавливает заражение ран, у них была. Но они все равно предпочитали прижигать их, что мне делать мама строго настрого запрещала, если речь, конечно, не шла о сильном кровотечении, которое угрожало жизни больного. Я ведь даже рану на лице у своего новика прижигать не стал, просто промыл, да зашил.
Обмен опытом прошел интересно, а к концу дня они, кажется, прониклись ко мне уважением. Думаю, с их точки зрения я выглядел занятно: вроде бы князь, воин, а при этом рассуждает о лечении ран, да еще и рассказывает, как его мать всему учила. Ну и теперь я был уверен, что все с моими ранеными воинами будет в порядке, если мы, конечно, успеем вывести их с поля боя и довести до лекарей. А это было самое главное.
А на четвертый день я заскучал. 
Утро я провел в молитве, снова просил у Бога даровать мне победу над врагами, просил простить мне совершенные грехи и уберечь моих людей и меня самого от злого умысла. Это давно стало для меня привычным ритуалом, заменив поклонение Красному Тельцу и духам. Удивительно, но каждый раз после длинной молитвы я чувствовал себя гораздо легче. Спокойнее мне было. Думаю, это потому, что я действительно верил в то, что Богу небезразлично то, что я делаю. А еще потому, что сейчас десятки монахов молились в своей обители за то же самое.
Помахал немного мечами вместе с бояричем Никитой, поел из общего котла, после чего вернулся в палатку. Странно это было, вроде бы и главный, и армию в бой ведёшь, а как-то не так. Нет, как ни крути, но управлять небольшой дружиной мне нравилось гораздо больше. И свободнее себя чувствовал, чем в окружении бояр, да и по-простому все было что ли, по-свойски. Заскучал я по тем временам.
Может быть, по окрестностям проехаться? Выехать из лагеря, да дать скакуну волю, и пусть несет меня, куда глаза глядят. Не без свиты, конечно, пару новиков для безопасности можно взять с собой, все-таки тут могли встретиться разбойники, да и далеко не все орловские бояре встали на мою сторону, так что и они могли попытаться напасть на нас.
Или к реке сходить, искупаться… Хотя куда там купаться, вода-то холодная, ведь не лето уже, осень. Но хотя бы посидеть там, посмотреть, как вода бежит… Она ведь начинается в этих землях, а течет далеко и вроде бы впадает в ту самую великую реку Волгу, которую татары называют Иделью. Интересно было бы взять ладью, малую дружину, да отправиться туда по реке. Посмотреть, как люди живут, все ведь стараются поблизости к рекам селиться.
 
Да только вот не мне в этот путь отправляться. У князей времени для отдыха нет, их роль по жизни - это служение. И самому себе, и дружине, и боярам, и народу своему. Так что раньше нужно было отправляться в этот путь, теперь уже поздно.
Тем не менее, я решил отправиться к реке. Вышел из палатки на этот раз облачившись в доспех и навесив на пояс ножны с отцовским мечом, но почти тут же наткнулся на Ромку. Судя по его виду, меня-то он именно и ждал. А почему тогда не зашел? Не решился беспокоить князя?
Да, отдалились мы с ним, конечно, никуда не денешься. Теперь вокруг меня бояре одни, да сотни, а они как были рядовыми новиками, так и остались. Хотя по уму их, конечно, в полноправные ратники давно нужно принять, да как-то не до того. И ведь думал я взять Пашку и Ромку и в харчевню завалиться, посидеть, как в старые времена, да так и не собрался. А теперь стыдно за это. Но ведь не до такого было…
Может быть, позвать их в шатер, посидеть, пообщаться? Жаль выпить нечего, коробейников с войском не идет. Но можно самим собраться и съездить к тому же Тарасу Зуше. Все равно в лагере делать нечего, а мы за полдня туда и обратно успеем обернуться, да еще и посидеть нормально.
- Здорово, князь, - проговорил Роман и вдруг усмехнулся.
- Ты-то уж меня князем не называй, - ответил я. - Ты меня с детства знаешь, помнишь еще как мы яблоки в садах чужих воровали. Или как мы торговца в Брянске дерьмом лошадиным закидали. Зови просто по имени.
- Хорошо, - кивнул он. - Скучно, Олег, в осаде сидеть. Вот я и подумал, может быть поохотиться съездим? Леса здесь богатые, сам знаешь. Кабанчика загоним или пару оленей, заодно и мяса вкусного добудем. Не все же кашей из вяленого питаться.
На самом деле вяленым мясом мы питались по минимуму, оно не портится и его мы берегли. Все потому, что дружинники мои и так по очереди ездили на охоту, так еще и сети поставили в Оке, чтобы рыбу ловить, да есть. Войско большое, еды нужно много и каждый день. А если есть возможность сохранить харч, который мы с собой из Брянска взяли, то почему бы ей не воспользоваться.
Но идея поохотиться с друзьями мне понравилась. Все равно в лагере сидеть скучно, а так хоть по лесу пройдемся, зайцев постреляем, их-то в окрестностях много. А если повезет на кабана или оленя наткнуться, так вообще хорошо. Мысль о схватке с кабаном не пугала, как два года назад, достаточно взять хорошее копье, и дело будет сделано.
- Почему бы и нет, - кивнул я. -Давай, возьмем с собой Антона и Глеба, Пашку, да пойдем на охоту. Не все же нам в лагере сидеть, да мечами махать, можно и зверье побить, все польза будет, да и разомнемся.
- Не, - покачал головой Ромка. - Ну что ты со свитой пойдешь опять? Да и неинтересно будет, Антон и Глеб будут зверье бить, а мы будем стоять и смотреть. Давай одного Пашку возьмем и как в старые времена поохотимся. При Игнате. Сколько раз ведь от монастыря ходили втроем охотиться, вот и вспомним старые времена.
Мне снова стало совестно. И ведь действительно, он по-дружески предложил втроем сходить, а я снова свиту взять захотел. Неужели я действительно так изменился, что без свиты себя и не смыслю? А ведь в князьях меньше месяца хожу, а уже привык к власти.
- Ну, можно и втроем сходить, - я улыбнулся. - Пошли Пашку заберем, я его у тренировочной площадки видел чуть раньше. Пешком пойдем или верхами?
- Верхами, конечно, - ответил Роман. - Лошадей стреножим, на окраине леса оставим, никуда они не денутся.
- Давай хотя бы еще одного человека возьмем? - спросил я. - В лес с нами не пойдет, на окраине останется, будет лошадей охранять. Это же как бы не будет считаться, что я со свитой пошел. Жалко будет, если на лошадей волки нападут или их лихие люди уведут.