Мои эльфы. Бунтарь, недотрога и госпожа следователь (СИ)
Я не верила тому, что видела. Даже зажмурилась, но, когда снова открыла глаза, картина не изменилась. Зелье Сандарина прогнало из этой избушки призрак смерти, вдохнуло жизнь в увядающее тело.
— Мама! — девочка за моей спиной всхлипнула и, рыдая, бросилась матери на грудь.
Со слезами на глазах эльф принялся целовать руки спасителя. Галя напрягся и с брезгливым видом попытался увернуться от чужих благодарностей.
— Хватит, прошу вас, довольно, — скривился он, когда эльф опустился на колени.
— Спасибо, спасибо, спасибо. Я ваш раб! Буду служить вам до конца своих дней. Я отдам все. Все, что у меня есть. За вашу помощь.
— Не надо. Вы мне уже заплатили, — и Галя посмотрел на меня с загадочной полуулыбкой.
Счастливый отец семейства обнял своих любимых и, уткнувшись жене в плечо, тихо заплакал.
Боже мой! Что я сейчас увидела? Чудо! Истинное.
— Так чем, говоришь, больна твоя сестра? — шепнул Сандарин и вложил мне в руки стеклянный флакон. Не пустой. Полный. Видимо, взял с собой еще один.
Сердце замерло, а потом тяжело, оглушительно загрохотало. Я опустила взгляд на спасительную бутылочку в своих руках. Галя накрыл мои ладони своими и сжал, заставив обхватить флакон с драгоценным зельем крепче.
— Лекарство у тебя есть. Осталось только вернуться домой.
Глава 23. Мотивация
У Саши был рак молочной железы. Она вошла в ремиссию, но болезнь вернулась. Мы узнали об этом за неделю до событий, перевернувших мою жизнь.
В том числе поэтому я так стремилась домой. Саша всегда меня поддерживала, и в трудную минуту я хотела быть рядом с ней.
Как зачарованная, я смотрела на темную жидкость внутри стеклянного флакона. Я держала в руках жизнь своей сестры. В этой маленькой бутылочке было ее спасение. Несколько глотков – и никакой болезни. Полное исцеление. Ради такого не страшно пойти на сделку с дьяволом, а ведь именно это мне и предлагали. Сделку. С собственной совестью. Предательство в обмен на благополучие близкого человека.
Остроухий дьявол в фиолетовом камзоле дал мне аванс, и это оказалось убедительнее любых обещаний. Лекарство от рака уже было у меня в руках. Осталось только вернуться домой и напоить Сашу волшебным зельем, но именно в этом состояла загвоздка. Ключ без замка. Решение всех проблем без возможности им воспользоваться.
Хитрый лис все идеально просчитал: моя мотивация взлетела до небес.
Оставшись в тишине своей спальни, я закрыла глаза и прижалась губами к холодной поверхности флакона. Сама мысль о предательстве внушала отвращение. Но был ли у меня выбор? Разрушив репутацию принцев, я, возможно, сломаю им жизнь, но верну детям мать: у Саши двое прекрасных сыновей. Одному четырнадцать, а другому — как той бедной девочке, что рыдала у постели умирающей мамы.
Совершенно очевидно, какая чаша весов перевесит. Но почему так больно? И гадко, и муторно на душе. Невыносимо. Эти эльфы мне чужие, а я всегда считала себя циничной. Не подлой, но способной, если надо, идти по головам. Что сейчас изменилось? Откуда это мучительное чувство, будто я выдираю из груди собственное сердце? Неужели я успела привязаться к Марамиру, к обоим братьям? То, что начиналось как простая забава, пикантное курортное приключение незаметно переросло в…
Во что?
Я резко поднялась на ноги. Хватит! Прочь ненужные метания! Делай, что должен, и будь, что будет, — моя любимая поговорка.
Можно было попытаться переиграть Сандарина, но иногда каждая секунда на вес золота. Для маневров просто нет времени, поэтому я спляшу под дудку этого проклятого колдуна и получу свою награду.
* * *
Утром я решила действовать. Марамир был у меня на крючке, податливый, как воск, и согласный на все. Настала очередь его брата пасть к моим ногам взятым бастионом. Эта крепость оказалась более неприступной, но ее защита уже дала трещину.
Через стражников, охраняющих дверь в покои принца, я передала Айнану записку с просьбой о встрече. В восемь вечера я ждала его на берегу дикого пляжа в тени старого корабля, севшего на мель. Мрачная махина, вросшая в песок, выглядела внушительно. В тишине за плеском волн было слышно, как скрипит и потрескивает дерево прогнившего корпуса. Ветер трепал обрывки грязных, но еще светлых парусов, и те казались призраками в ночном небе.
Не успела я заскучать, как в густых зарослях нарисовалась высокая фигура. Одетый во все белое, Айнан ярко выделялся на фоне темного леса. Наблюдая за его приближением, я чувствовала, как на грудь давит пудовая гиря из угрызений совести. Бедняга не подозревал, что ему готовят ловушку.
— Варна, что случилось? — в голосе принца смешались тревога и упрек. — Не пристало молодой незамужней деве встречаться с мужчиной. Оставаясь со мной наедине, ты рискуешь своей репутацией.
— Боюсь, моей репутации уже ничто не навредит, — с кокетливой улыбкой я взяла его под руку.
— Леда? — Айнан напрягся.
— Не нудите, Ваше Высочество. Взгляните, какой чудесный вечер. Самое время для прогулки.
И я двинулась вдоль берега, вынуждая принца идти рядом.
Вечер и правда был чудесный. Звезды подмигивали нам с неба. Волны подбирались к нашим ногам. Если бы еще мой спутник не казался деревянным истуканом.
— А давай так! — я скинула туфли и пошла дальше босиком, оставляя следы на мокром песке.
Айнан замер.
Через несколько метров я обернулась и закричала:
— Ну же, Высочество, присоединяйся! — Накатившая волна обдала меня брызгами пены. Юбка сразу стала тяжелой. — Или боишься замочить ноги?
Принц неуверенно огляделся, но все-таки разулся и, взяв туфли в руки, нагнал меня.
— Ты самая странная девушка, которую я знаю.
— Это комплимент? — я стрельнула глазами из-под опущенных ресниц.
— Наверное.
— Неужели никогда не ходил на свидания?
— Ходил. Отец подыскивает нам с Маром невест.
— О!
— Да. Мы гуляли с одобренными девами и их няньками по парку вдоль крепостной стены и обсуждали погоду.
— Наверное, очень увлекательно.
Айнан опустил голову, пряча улыбку. Его плечи расслабились. Он больше не выглядел зажатым.
— Еще пили чай в парадной гостиной. Тоже в присутствии нянек.
— И тоже беседовали о погоде?
— Все время о погоде, — он тихо рассмеялся. — Честно говоря, это было неловко и довольно мучительно. Леды всегда молчали, а я не знал, о чем с ними говорить. «Вчера шел дождь. Обещают солнечную неделю, но небо над морем затянуто тучами и, кажется, будет шторм. Вы любите мятный чай? Или больше классический, с нотками бергамота»?
Новая волна разбилась о наши ноги, я захихикала, а Айнан осмотрел свои штаны, мокрые до колен. Все его ступни были в песке. Подол моей юбки тоже.
— А со мной тебе интересно. — Я не спрашивала. — Весело.
Наши взгляды встретились, и скулы Айнана окрасил румянец.
— Не думаю, что весело — подходящее слово.
Его кадык дернулся. Румянец стал ярче. Похоже, принц вспоминал те минуты, которые провел, подглядывая за дверью.
— Если честно, я искал встречи с тобой. Хотел поблагодарить за… Ты спасла мне жизнь. Там, в роще.
— Поблагодари. Я знаю способ.
Айнан моргнул, приоткрыв рот.
— Способ?
— Ну, способ поблагодарить. Ты же не собирался ограничиться простым спасибо?
Принц смешался.
— Что бы ты хотела в качестве благодарности? — спросил он после небольшой заминки.
Я прильнула к нему мягкой грудью, не скованной бельем, и шепнула в губы:
— Поцелуй.
Я прильнула к нему мягкой грудью, не скованной бельем, и шепнула в губы:
— Поцелуй.
В небе крикнула птица. Пахло солью и мокрой древесиной.
Айнан шумно вздохнул, а потом, кажется, забыл, как дышать. Его взгляд метнулся к моим губам, и зрачки расширились, полностью затопив радужку.
— Ты ведь невеста Марамира.
Он напрягся, словно собираясь отстраниться от меня, но не сделал ни шага. Грудью я чувствовала дикие, неистовые толчки его сердца.