Любовница - от слова «любовь» (СИ)

В тот день в институте было только две пары, и она на такси отправилась знакомым маршрутом. Торин много раз предлагал Алле подарить машину, чтобы та могла водить сама, но девушка наотрез отказалась.
— Боюсь я, Лёва… — призналась Алла. — Веришь, просто сердце в пятки уходит, как подумаю, что нужно садиться за руль. Наверное, просто не моё…
— Ах ты воробушек… — ласково потрепал её по щеке Торин. — Ну, не хочешь — не надо… Всегда можно вызвать такси.
  
Помнится, школьный обидчик Денис тоже называл её «воробушком», но тогда это звучало грубовато, как обидное прозвище, а Торин говорил мягко, по-отечески, словно делал ей комплимент.
Через час Алла была уже на месте. Она не помнила, где именно оставила смартфон, и стала методично обходить жилые помещения. А распахнув одну из дверей, застыла от увиденного, будто её пригвоздили к месту.
Перед ней предстала картина маслом — совершенно обнажённый Торин стоял спиной и усердно работал ягодицами, а какая-то девица, нагнувшись и опираясь о спинку кресла, при каждом его ритмичном толчке, издавала протяжные стоны.
— Лёва… — только и могла выдохнуть Алла.
Торин прекратил свои скачки и замер, а потом обернулся.
— Ты зачем приехала? — задал он глупый вопрос, не зная, что ещё сказать.
Девица, ничуть не смущаясь, медленно распрямилась и в чём мать родила отошла к столу, чтобы глотнуть вина.
В первую минуту у потрясённой увиденным Аллы ноги будто приросли к полу. Но тут она заметила на кресле свой забытый смартфон. Молча взяла его и бросилась вон.
— Алла, подожди, я всё объясню! — крикнул ей вдогонку Торин.
«Объясню… объясню… объясню…» — словно колокол, ударял в виски его голос. Уже на улице она вдруг почувствовала внезапный приступ дурноты. Желудок взбунтовался, и ей пришлось отбежать в сторону. Алла побледнела, лоб покрылся испариной, и она долго не могла отдышаться. «Отравилась, наверное… — подумала девушка. — Этого мне ещё не хватало…»
Она не помнила, как добралась домой — слёзы застилали глаза. «Надо сейчас же собрать вещи и ехать обратно в общежитие, — пришло само собой решение. — Оставаться на квартире нет никакого смысла… И терпеть унижение больше не буду! Он мне всё о трудностях рассказывал, вешал лапшу на уши насчёт своего благородства, а сам преспокойно развлекался с девицами…»
Телефон разрывался от звонков — это Торин её атаковал, но Алла его просто отключила.
— Ты чего? — вытаращила глаза соседка по комнате Светлана, когда она с вещами заявилась обратно. — Выгнал тебя папик, что ли? Надоела ему?
— Ещё чего — выгнал! — обиженно повела плечом Алла. — Я сама от него ушла…
— А что так? — иронично изогнула бровь Светлана — явно ей не поверила.
— Да застукала его с другой девицей… — неохотно призналась Алла. — Ну и…
— Вот дурёха! — всплеснула руками соседка. — Подумаешь, с другой! Тебе-то что?
— Как это — что? — удивлённо уставилась на неё Алла. — Ни к чему мне грязь собирать…
— Скажите, пожалуйста, какая чистенькая выискалась… — усмехнулась Светлана. — Жила — как сыр в масле каталась, на всём готовом… Могла бы и закрыть глаза на шалости папика! Главное, что он тебя содержал, а остальное уже неважно…
— Не могу я так… — удручённо проговорила Алла. — Я-то его любила по-настоящему, думала, мы поженимся, а он…
— Глупая! — воскликнула Светлана. — Какая любовь? Не умеешь ты устраиваться в жизни…
  
Глава 17
 
Матвей
Несколько дней Матвей ходил как в воду опущенный. Даже мать, несмотря на её всегдашнюю занятость, почувствовала, что с ним творится что-то не то.
— У тебя всё в порядке? — озабоченно спросила Валерия Андреевна. — Ты какой-то не такой…
— Всё нормально, мам… — через силу улыбнулся парень, хотя на душе скребли кошки.
Не рассказывать же ей, что он влюбился в женщину, с которой переспал, а та его отвергла! Мать этого просто не поймёт, ведь для неё он мальчик-школьник — ему надлежит хорошо учиться и, вообще, заниматься своими подростковыми делами, а не прыгать по постелям взрослых тёток. Ещё, чего доброго, привлечёт Катерину к ответственности за совращение несовершеннолетнего! А она-то не виновата, ведь не знала, что Матвей ещё учится в школе. К тому же, он заявился к ней сам. Несмотря на горечь обиды, парень вовсе не желал Катерине неприятностей. Наоборот, в его сердце поселилась отчаянная надежда на то, что скоро она разочаруется в своём Николае, который казался Матвею стариком, поймёт, что Матвей, лучше, и вернётся к нему.
Но время шло, и ему становилось всё яснее, что Катя не вернётся. Несколько раз он тайком, стараясь оставаться незамеченным, пробирался к её дому. Звонить в дверь не решался, а расспросил вездесущих старушек, вечно сидевших у подъезда. Из их рассказов узнал, что Катерина, действительно, вышла замуж за Николая, и живут они вроде бы хорошо.
— Повезло Катьке… — поджала губы одна из бабулек, словно удачное Катино замужество было чем-то предосудительным. — Николай — мужик обстоятельный, а у этой, прости господи, ни кожи ни рожи…
— А ты, Ивановна, никак сама за Николая собиралась? — задребезжала мелким смехом другая старушка. — Чего губёнками-то шмякаешь? Не по нутру тебе, что Катька такого мужика отхватила?
«Что хорошего в этом Николае? — с неприязнью подумал Матвей. — Вот этим бабушкам он больше подходит, а Катя ещё совсем молодая…»
Однажды даже увидел Катерину с Николаем, выходивших из подъезда. Хорошо, что был далеко — тут же спрятался за дом, и они его не заметили. Хотя Матвей успел разглядеть, как Катя смотрела на своего новоиспечённого мужа — явно с любовью, во всяком случае, уж точно с симпатией. Он окончательно удостоверился, что тут ему ловить больше нечего. Конечно, опять расстроился и побрёл домой.
Но на фоне всех этих переживаний Матвей не забывал о своих тренировках. Они хоть как-то помогали отвлечься и обрести душевное равновесие. Однажды в фитнес-центре к нему подошёл парень, который уже давно качался в тренажёрном зале. До этого Матвей перебросился с ним парой фраз, но не более. Только знал, что зовут его Руслан.
— Слушай, тебе деньги нужны? — вполголоса спросил тот. — Заработать хочешь?
— Кто же не хочет… — усмехнулся Матвей. — А что нужно?
Ему, действительно, нужны были деньги. Мать, конечно, давала на карманные расходы, но этого было мало, а просить более крупные суммы язык не поворачивался. Получается, что мать вкалывала, а он, уже взрослый парень, сидел у неё на шее.
— Приходи сегодня в десять вечера на автобусную остановку, — вместо ответа предложил Руслан.
— На остановку? — удивился Матвей. — Зачем?
— Там, на месте всё поймёшь… — туманно заявил Руслан. — Ну как, придёшь?
Матвей неопределённо пожал плечами — мол, подумаю. Смутно чувствовал, что здесь что-то не то, но, с другой стороны, теперь, когда его бросила Катя, и он остался совершенно один, терять ему было нечего. Не понравится — уйдёт. Любопытство взяло верх, и вечером Матвей направился к условленному месту.
Уже издали заметил небольшую группу парней, среди которых был и Руслан.
— Это наш новенький, — представил тот Матвея остальным ребятам.
— Не подкачает, если что? — с сомнением проговорил один из них.
— Нет, он надёжный и крепкий… — стал убеждать парней Руслан. — Здорово дерётся, я сам видел… С тренером занимается…
— Ну, если с тренером… — усмехнулся первый — видимо, старший в группе. — Егор.
И протянул Матвею руку.
— Матвей, — ответил ему тот коротким пожатием.
Другие парни тоже по очереди представились.
— Нам как раз нужен человечек… — сказал Егор. — Серёга приболел…
  
— Не понял, — мотнул головой Матвей. — А что надо делать?
— Да ничего особенного… — осклабился Егор. — Десять минут работы — и приличные бабки в кармане. На всех хватит… Но учти — если где-то рот раскроешь, то потом пожалеешь…
Матвею такое объяснение показалось весьма странным, и интуитивно он почувствовал, что его собираются втянуть в какую-то мутную историю.