Эта ложь убьет тебя
Его брови взлетели вверх. Они были черные и выразительные, и Руби хотелось провести по ним пальцами, ощутить, как он прижмется к ее пальцам, прикасающимся к нему.
– Она была права? – спросил он.
Руби пожала плечами, она вдруг осознала, что вокруг них собираются люди.
– Посмотрим, – ответила она и исчезла в толпе.
* * *K началу четвертой перемены на ланч все говорили об этой беседе в коридоре младших классов. Руби понимала, что совершила ошибку. Когда Паркер нашел ее на школьном дворе, он сел рядом с ней так резко, что скамейка задрожала под его тяжестью. А он посмотрел на нее своим испепеляющим взглядом, который, казалось, говорил: «Ты можешь что-то сказать в свое оправдание?»
Руби не могла. Так действовала мельница школьных слухов, и, если бы она не поддалась давлению взгляда Паркера, он бы никогда не узнал правду. Не узнал бы наверняка. И все же, позднее, она подумала: «Может быть, больше ничего бы и не понадобилось». Один танец в коридоре, и Паркер начал готовить свою месть. В конце концов, Руби была его девушкой, и все в Фоллен Оукс это знали.
А Шейну Феррику очень скоро предстояло это узнать.
13
Бесстрастное лицо
– Он идет за нами, – произнесла Руби, пятясь от лестницы. Прочь от Гэвина и от ужасных красных слов, написанных на его коже. – Нам надо уходить сейчас же.
Паркер поспешно подошел к ней. Он не мог позволить ей покинуть этот дом. Если она уйдет, он никогда уже не сможет снова завоевать ее. И поэтому он обнял ее рукой за талию, повел прямо к двери в патио… и остановился.
– Парк? – спросила она. – В чем дело?
Паркер помолчал, резко втянул воздух. Прищурив глаза, он пристально смотрел на патио и на искрящийся бассейн за ним.
– Пустяки, – пробормотал он, протягивая руку к двери.
Как он и предвидел, Руби его остановила.
– Скажи мне, – потребовала она, заглядывая ему в глаза.
– Шейн не может прийти за нами. Ты же понимаешь, что не может.
– Я понимаю, – тихо ответила Руби. Потом, еще тише, прибавила: – Я понимаю и не понимаю.
– Послушай, я знаю, что ты думаешь. Мы все об этом думаем: записи дантиста могли подменить. Что, если в прошлом году он организовал какую-то грандиозную иллюзию и теперь возвращается, чтобы…
– Меня даже не было на той вечеринке, – перебила Руби.
– Я знаю. – Паркер вздохнул, отводя красные волосы с ее лица. – И ты этого не заслуживаешь. Ты не заслуживаешь, чтобы тебе устраивали пакости. Но нам действительно кто-то устраивает пакости, Руби. Какой-то подлец слишком много видел на той прошлогодней вечеринке и хочет задурить нам головы. Шейн Феррик находится там, где мы его видели в последний раз. На кладбище в Фоллен Оукс…
– Прошу тебя. – Она вырвалась из его рук. – Я не могу о нем говорить. Я просто хочу уйти домой.
– Мы уйдем. – Паркер опять помолчал, глядя в темноту снаружи. – Но ты вспомни ту ночь, Руби. Вспомни, как она закончилась. Если кто-то не играет с нами… Если они действительно пытаются причинить нам вред, то, что случилось с Гэвином, – это только начало. Первое нападение в длинной череде нападений. И все это закончится…
– В машине, – прошептала Руби, прижимая пальцы в перчатке к стеклу. Брет и Джунипер последовали за ними в столовую, тело Гэвина висело на руках у Брета.
– Послушай, вероятно, это какой-то осел пытается нас разыграть, – сказал Паркер, уводя Руби прочь от двери.
– А если нет? – спросила она. – Если этот человек старается нам навредить?
Паркер поймал ее взгляд и удержал его.
– Тогда самое опасное сейчас – это забраться в машину.
Руби втянула воздух. Она выглядела маленькой и беспомощной, смотрела на Паркера своими большими голубыми глазами. Ему хотелось обнять ее. Вместо этого он вывел ее из столовой. Теперь он стал лидером, защитником, он собирался возглавить эту компанию детишек и спасти их.
Он взмахом руки велел им идти в коридор.
– Подожди! Куда ты собрался? – спросила Джунипер резко, оглядываясь назад, туда, откуда они пришли. Паркеру было жаль ее больше всех остальных. Наказание Гэвина было довольно мягким. А вот Джунипер… Паркер до сих пор не понимал, почему она так набросилась тогда на Шейна Феррика. Даже если это была отчаянная попытка залезть к Руби в трусики, он этого не понимал. Джунипер была по натуре человеком, который спасает мир или погибает, пытаясь это сделать.
Такие девушки не пытаются утопить человека.
– В гостиную, – крикнул Паркер, не оборачиваясь, и повел группу мимо лестницы. Он почувствовал, что напряжение Руби растет по мере того, как они удаляются от выхода. Наклонившись к ней, он прошептал: – Нам нужно держать Джунипер подальше от бассейна.
Она кивнула, прижимаясь к нему.
Они подошли к двойным дверям, таким темным, что они казались почти черными, и Паркер толчком распахнул их, абсолютно бесстрашно. Внутри стояли черные бархатные диваны, раскинувшиеся, как ленивые пантеры. Кто-то развел огонь в камине. Остальных это встревожило, они ощущали присутствие своего мучителя за каждой закрытой дверью, но Паркера тепло обрадовало. Благодаря этим мягким диванам и мерцающему свету камина Руби очень быстро окажется в его объятиях. Но сначала – расследование. При любом расследовании тайны есть детектив, возглавляющий шоу, и Паркер был рад сыграть эту роль. Когда Брет уложил Гэвина на диван, Паркер попросил его помочь ему заблокировать двери. Замков в дверях не было, но стеклянный кофейный столик был достаточно прочным, чтобы помешать войти в комнату незаметно, и при этом достаточно легким, чтобы отбросить его в сторону, если им потребуется бежать.
Он указал рукой на двери.
– Я хочу, чтобы вы все были настороже. Пока мы не знаем, с чем имеем дело, лучше предполагать самое худшее.
– По-моему, ты сказал, что нас пытается разыграть какой-то подлец, – сказала Руби, садясь на краешек дивана. Никто не чувствовал себя комфортно, несмотря на теплую комнату.
– Сказал, – ответил ей Паркер и отошел от нее. Теперь, когда он привел ее сюда, он не собирался подходить к ней слишком близко. – Но до тех пор, пока у нас не будет доказательств, ты лучше поверь: я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя от опасности.
Глаза Руби потеплели, и Паркер возликовал в душе. Внешне он оставался совершенно серьезным, его рот был сжат в твердую линию.
– Нет, мне это не нравится. – Джунипер стояла у двери. – Мы не можем прятаться здесь всю ночь.
– Почему бы и нет? – Руби достала из сумочки щипчики вместе с ключами. – Утром мы обыщем свои машины, нет ли в них чего-нибудь подозрительного. Но в данный момент снаружи темно, хоть глаз выколи. И во дворе полно живых изгородей, подстриженных в виде чудовищ. Там десятки мест, где можно спрятаться, и если этот человек опасен…
– Этот человек опасен! Он вырубил Гэвина! Мы можем понести его на руках…
– А если на нас нападут? Мы не сможем защищаться, если будем нести человека, а если положим его, то оставим без защиты его. – Руби мрачно посмотрела на Гэвина. – Мне очень жаль, Джунбаг, но это правильный выбор.
Гордость наполнила грудь Паркера. Вот что ему нравилось больше всего в Руби Валентайн. Она – королева. И пока она в своем замке, Джунипер останется с ней и будет ее защищать.
– Видите, поэтому вы – моя группа защиты, – сказал он девочкам. – Вы всегда придумываете способы защитить нас.
– Группа защиты? – Руби нахмурила брови. – А ты тогда кем становишься? Нападающим?
– Да. – Паркер взял кочергу со стойки возле камина. – Я считаю, что двойной подход самый лучший. Мы с Бретом выследим этого негодяя, а вы, девочки, останетесь здесь и будете охранять Гэвина. – Он улыбнулся, будто чертовски гордится, глядя на Руби, которая сидела и сжимала свои щипчики, словно оружие. – Честно, не позавидую тому идиоту, который попытается бросить вам вызов.
Руби сглотнула, прикусив губу, и Паркер с трудом удержался, чтобы не прижать ее к стене. Поднять на руки и почувствовать, как она обнимает его ногами. Наверху, прямо над ними, находится спальня, на двери которой стоит ее имя, фантастический дворец с атласными простынями и кроватью под балдахином. Но Паркер приказал себе ждать. Когда третья жертва попадет под удар, Руби будет умолять его запереть ее в этой комнате.