Башни Анисана (СИ)

– Когда он вернётся, ты сможешь ему рассказать, – осторожно заметил Гиб Аянфаль, но Гиеджи вдруг поморщилась, категорически не принимая такого ответа.
– Нет. Не будет этого! – с горечью воскликнула она, – Никто ничего не понимает, Яфи! Все только и обещают вернуть исчезнувших. Кто-нибудь, может, и вернётся, этот странник, например. Но не аба Альтас! Говорят, это невозможно, понимаешь?! Это дорога в одну сторону!
Гиеджи смолкла, сгибаясь и подпирая лицо руками. Её взгляд, остановившийся на цветах, точно остекленел.
Гиб Аянфаль, в корне не согласный с такими предчувствиями, положил руку на её плечо. Он не знал, что сказать, и мог утешить её только своим присутствием. Гиеджи зажмурилась, болезненно вздрогнув, и из её левого глаза, разъедая нежную пурную кожу, скользнула крошечная пылевая слезинка тёмно-синего цвета.
Гиб Аянфаль тихо убрал руку, и, тоже глядя на цветы, произнёс:
– А я ведь ходил к консулу Гейст. Хотел спросить о тебе, и о… сама знаешь.
Гиеджи выпрямилась, потирая рукой обожжённый след, оставленный слезой.
– Ты говорил с ней? – с некоторым потрясением спросила она.
– Ну, немного. Она велела мне следовать за собой. Это было как испытание. К сожалению, я сбился с пути, и потом меня забрали в свою обитель техники волн. Не очень-то толковая вышла встреча.
– Всё равно! Яфи, она высоко оценила бы твой поступок. Так же, как ценю его и я.
Гиеджи в миг просияла, глядя на старшего родича с нескрываемой гордостью и довольством. Гиб Аянфаль хотел подробней поведать ей о том, как его направляли техники, но сестра только покачала головой, предугадав его намерения. Он оглянулся – рыжий Эньши уже не спал, и во все глаза наблюдал за ними.
  
Глава 16. В поисках правды
 
Новый день труда неожиданно ознаменовался для Гиб Аянфаля взволновавшим его событием – к назначенному времени под сень растущей башни не пришёл Хиба. Строители уже были в сборе, даже заняли свои позиции, но Гиб Аянфаль не спешил направлять их, ожидая, что Багровый Ветер вот-вот появится. Его поведение не укрылось от Эйдэ, который с самого раннего утра восседал на своём обычном месте как монументальная скала.
– Почему ты не начинаешь трудиться? – прозвучал его раскатистый голос, когда Гиб Аянфаль в очередной раз прислушался к волнам.
– Ещё не все собрались, – живо ответил строитель, оборачиваясь к глубинному, – одного участника команды не хватает!
– Что ж, это не повод, чтобы остальные ждали. Придёт позднее – присоединится.
– Но мне нужно спросить у Голоса, что с ним случилось!
Эйдэ нахмурился.
– Тут тебе и я отвечу, – сурово проговорил он, – строители не приходят на труд, либо имея на то какую-то вескую причину, либо попросту теряя интерес к тому, что строят. А выяснять, где конкретно сегодня Хиба, ты будешь после труда. Иди, тебя уже ждут!
– Но…
Эйдэ не дал ему закончить, хлопнув себя рукой по колену. В этом жесте было столько угрожающей мощи, что Гиб Аянфаль предпочёл послушаться и не раздражать глубинного нарушением порядка. Он обернулся лицом к башне, привычно беря строителей под управление, и принялся за труд.
Хиба пришёл во время перерыва, но присоединяться к команде явно не собирался. Он вызвал Гиб Аянфаля за ограду и только тут сообщил, что трудиться не сможет.
– Но, Хиба! Случилось что-то? – с тревогой спросил Гиб Аянфаль.
Хиба с чуждым ему беспокойством опустил взгляд.
– Самое плохое, что только вообще могло произойти. Бэли пропал, – негромко проговорил он.
– Исчез?!
– Нет. Он здесь, на Пятой твердыне. Но вот где – я не знаю. Волны молчат. Вчера весь день я искал его. И это плохо. Лучше бы он исчез, чем так. Ох, Янфо, дурные у меня предвидения… – он смолк, не договорив, и взглянул на Гиб Аянфаля, – В Рутте стало неспокойно ещё в начале оборота, а вчера всё это достигло своего пика. У вас-то в обители всё в порядке? Слышал, что рядом было совершено нападение. Одно из нескольких.
– Да, уже всё хорошо, – ответил Гиб Аянфаль, – меня немного задело тучей, но Ае уже вылечил.
 
– Ладно, смотри только, впредь будь осторожнее. И трудитесь без меня. Если всё будет благополучно, я вернусь.
– Если будет благополучно? – переспросил Гиб Аянфаль, – а если нет?
– Тогда не знаю.
– Так может я чем-то помогу тебе? Я бы прямо сейчас пошёл!
Хиба усмехнулся со столь привычной для него насмешливостью.
– Да твой Ае сожжёт меня как пылевая туча, если я втяну тебя в такие дела! Нет, дитя, туда, куда я сейчас пойду, тебе ещё рано.
– Но может потом?
– Посмотрим. Однако, хоть меня и нет – трудись тут лучше. А то Эйдэ что-то недоволен тобой. Ладно, пора мне. Но ты прислушивайся к волнам на всякий случай. Могу и позвать.
После этих слов Хиба развернулся и, мгновенно скакнув сквозь пространство, исчез. Немало подавленный печальными новостями Гиб Аянфаль вернулся к башне. Он надеялся, что другу удастся решить всё достаточно быстро, и Бэли найдётся. Ведь если в общих мыслетоках не звучит никакой тревоги, то значит, с ним не могло случиться ничего страшного. Когда с кем-то происходила беда, Голос сразу сообщал об этом всем заинтересованным, а просто любопытным стоило только прислушаться. Сегодня он звучит исключительно мирно, показывая, как течёт обычный асайский труд.
Гиб Аянфаль в задумчивости остановился, и вдруг почувствовал дискомфорт от чьего-то пристального внимания. Он обернулся и наткнулся на требовательный взгляд Эйдэ, который смотрел на него, повернув голову. Лицо его сохраняло неприступно-жёсткое выражение, но у Гиб Аянфаля сложилось впечатление, что от глубинного не ускользнуло то, о чём он только что говорил с Хибой.
* * *
Выйдя из замка Сэле после окончания труда, Гиб Аянфаль поначалу не знал, куда идти – его терзала тревога за Хибу и Бэли, потому просто отправиться домой к родичам он не мог. Он сел на траву в саду консульской обители и попытался погрузиться в волны настолько глубоко, насколько мог, чтобы найти хоть какое-нибудь нехорошее веяние, которое дало бы информацию для размышлений. Никогда прежде он не искал дурных новостей с такой настойчивостью. Но волны звучали спокойно, день оказался очередным этапом бытия, прошедшим в благодатном труде и отмеченным некоторыми выдающимися успехами. Гиб Аянфаль невольно осознал, что он со своими метаниями – единственный нарушитель спокойствия во всей округе. Крайне недовольный, он вынырнул и, не предаваясь долгим интуитивным измышлениям, направился в единственное известное ему лично место, которое могло приоткрыть иные грани бытия, – в Замок Зимнего Сумрака, где находилась Обитель Учеников клана Фарах. То, как там отнеслись к нему во время прошлого визита, он счёл проявлением благосклонности и надеялся, что и сейчас найдётся кто-нибудь, кто поможет ему тем или иным образом.
Обитель встретила его таким же спокойствием, что и в вечер, когда он пришёл сюда ради встречи с синим консулом. Только вот площадь перед воротами несколько изменилась – на месте проулка, ведущего к Красной башне, высилась глухая стена из серых стеблей, достигавшая верхних ярусов замка. Её появление порядком удивило Гиб Аянфаля – как строитель он не видел в ней необходимости, и подивился тому, кто и зачем возвёл её, да ещё и в сравнительно короткий срок. Хорошо бы встретить тех техников, которые ему уже более-менее знакомы, а лучше – сразу пойти к самому мастеру Кутте. Аба Альтас учил, что если хочешь получить помощь у общины замка, то следует сразу обращаться её главе.
Гиб Аянфаль миновал пустовавший, как и в прошлый раз, зал пасоки, коридоры спален и, выйдя в общий зал с колоннами, остановился поражённый – вокруг никого не было. Белые ступени, спускавшиеся вниз, давно остыли, и неяркий свет, излучаемый стенами, забрезжил, только когда сам строитель вошёл внутрь. Гиб Аянфаль прислушался к течению пыли в разбуженных стенах – похоже до его визита замок был покинут уже как минимум целые сутки. От столь необычного поведения целой общины ему стало не по себе.