Сибирский Целитель 5 (СИ)
Следующий серый шар выбрал побольше диаметром. Получилось одновременно внедрить с двух сторон по нитке в прилипалу. Шар попытался только разок дёрнуться, как только начал забирать с него силу, но сразу замер, стоило энергии очага начать вливаться обратно. Ускоряю обмен, в этот раз хватило минуты, чтобы шар приобрёл красноватый оттенок. Эйфория опять накатила, но уже воспринял её спокойнее. Пришлось останавливать прокачку, жизненная сила в шарике смешалась с моей, и пошла уже своеобразная смесь из двух энергий.
Очередной подсчёт. Восстановил ещё 9 месяцев жизни при затрате всего лишь 120 единиц энергии. Помимо прочего немного прокачался и сам очаг, подросший на 360 в объёме. Отпускаю прилипалу и уже совсем другим взглядом окидываю местность с висящими шариками. Начинает разбирать веселье, и не удержавшись громко смеюсь. Немного успокоившись, произношу вслух:
— Блин. Получается вы моё стадо, а я ваша грёбанная доярка.
Подключил своеобразный конвейер, мотаясь от одного серого шарика до другого. Меньше минуты на одного, в зависимости от размера прилипалы. Когда оставалась половина «не доеных», попробовал вливать чуть больше энергии очага. Смог добиться того, что прилипала после воздействия увеличивался до десяти процентов первоначального объёма. Руки с каждым разом отодвигал всё дальше от очередной «коровы». Под конец вообще не поднимал их, замирал на расстоянии метра и выпускал из груди два зелёные нитки. Когда все шары из этого облака окрасились в красноватый оттенок, смог остановиться.
Сканирование и проекция себя. Очередной подсчёт показал, что я не только восстановил всю жизненную силу, но ещё и добрал сверху. Только эта «лишняя» жизнь не просто растеклась по телу. Теперь у меня появился новый очаг зелёного цвета, угнездившийся в груди. Сам ещё небольшой, размером с апельсин. От него протянулась тонкая нить, связавшая собой новый очаг и сердце. При более детальном осмотре заметил, как по этой нитке почти незаметно поступает зелёная энергия, а далее смешиваясь с кровью разносится по организму.
Настройка нового отображения информации. Теперь у меня появилась лишняя строка. Красный: 102.400, надо только заскочить и восстановить энергию, Зелёный: 14лет 3 месяца. В голове пронеслась дурацкая мысль: «Ещё жёлтый очаг для счастья, и буду звать себя светофором». Кстати, только сейчас сообразил, что могу не касаться рукой, чтобы лечить, при этом затраты энергии получались мизерные. Пусть пока метр, но это уже здорово.
Дальнейший «сбор урожая» с новых серых «коров» не стал делать. Во-первых, надо чтобы созданный зелёный очаг успел укрепиться во мне, во-вторых, время прошло уже нормально так. Думаю уже провёл больше двух часов в Хроносе, пора возвращаться. Правда жрать опять захотелось. Восстановление жизни не привело к восстановлению потерянного веса. Между прочим даже странно, когда делился с девочкой жизнью, то потерял одновременно много килограмм, а обратно никак.
Скорым шагом вернулся в покинутый палаточный лагерь. В командирской палатке всё также находились Люба с Гришей. Стало заметно чище и уютнее, к этому приложила руки женщина.
— Босс, может всё не так и плохо с твоим другом? — Гриша перехватил меня, удерживая за плечи, и смотря в глаза. — Мы тут подумали с Любой, пока тебя не было.
— Нормально всё. — улыбаюсь в ответ. — Сам уже додумался. Так что продолжаем жить.
— Ты стал выглядеть лучше. — удивлённо произнесла Люба.
— Да, тоже заметил. — Гриша отпустил меня и сделал шаг назад, рассматривая мою фигуру. — Только худой правда.
— Чувствую себя тоже отлично, — хлопаю по животу. — Только опять голодный.
— Ой, — всплеснула руками Люба, — Это надо что-то готовить, но здесь кроме еды длительного хранения и нет ничего.
— Времени тоже нет, — вздыхаю я, — Есть консервы?
— Да, сейчас достану. — она сразу начинает суетиться, переставляя здоровенные ящики с пола.
Глядя на это, мы вместе с Гришей устремляемся на помощь, отстраняя её в сторону. Правда схватившись одновременно за один ящик и наклонившись, мы с прапором звонко бьёмся лбами.
— Мля! — шипит прапор.
Гриша отпускает ящик, хватаясь рукой за лоб, а я продолжаю поднимать его с пола, сразу подлечив небольшое повреждение. Деревянный короб наклоняется под 45 градусов и соскакивает у меня с рук. Заторможено наблюдаю, как ящик углом падает прапору на ноги.
— Ай, мля! — орёт раненным бегемотом Гриша, откидывая руками в сторону ящик и начиная приплясывать на месте. — Только жизнь наладилась, на ноги встал, а ты опять хочешь меня их лишить? Вы, мля, убить меня хотите?!
— Может есть бог на свете? — с трудом сдерживаю приступ смеха. — Вот и прилетела тебе кара за то, что женщин своих динамишь со свадьбой. Казанова доморощенный.
— Вы ещё подеритесь. — Люба прикрыла рот ладонью, скрывая улыбку.
— Злые вы, уйду я от вас. — Гриша наклонился к пострадавшим ногам.
Одной рукой держась за лоб, второй пытается растереть через берцы ступни. Получается не очень, он теряет равновесие и втыкается головой в тот же ящик. В этот раз достаётся ладошке, прикрывающей лоб.
— Да ну нахер, — уже обречённо произносит он, отваливаясь в сторону и не пытаясь встать, — Говорила мне твоя мама, что я старый развратник, и что так жить нельзя. Вот нежданчик и пришёл. Эх... Сглазили меня. Стопудово Шаман наколдовал, скотина такая.
— Карма, ёптить. — начинаю ржать как конь, держась за живот, и сам не удержавшись падаю на пол. Не совсем на пол, прокладкой между мной и полом выступает... Гриша.
— Мля! — глухо возмущается прапор, придавленный мною. — Замуровали, демоны.
— Ма... Ма... Мальчики. — трясётся от смеха Люба. — У меня сейчас будет сердечный приступ.
— А у меня пердечный, мля! — пытается стряхнуть с себя мою тушку Гриша. — Слазь, изверг! Обгажусь, убирать не буду.
Люба в судорогах стекает на пол, трясясь от смеха. Я сам с трудом начинаю подниматься, продолжая истерично ржать, одновременно посылая исцеление прапору.
— Ну вы пиндец. — прапор хрюкает пару раз, сдерживая подступивший смех. — И больно, и смешно, мля.
Через пять минут я вовсю орудую вилкой, доставая кусочки холодной тушёнки из банки. Греть не стал, и так всё очень вкусно с голодухи. Гриша глядя на меня, тоже решил отведать, открыв банку своим горлорезом. Люба пристроилась рядом, подложив руку под подбородок и умильно наблюдая за нами. Прапор пожертвовал свой ремень, пробив дополнительные дырочки. Теперь я сижу в брюках.
Даже хорошо что мы отсмеялись, выпустив накопившуюся негативную энергию. Доев четвёртую банку, произношу:
— Ладно, нам пора возвращаться. Гриша, ты там узнай где наши бойцы. По идее должны давно быть в Челябинске.
— Угу. — прапор закинул в рот мясо на кончике ножа. — Всё сделаю.
— Люба, готова? — смотрю на неё.
— Да, пойдём. — вздыхает она. — Мы успеем на пляж? Так хочется позагорать.
— Нда... — подхватываю её за руку, направляясь к порталу. — Не уверен. Нам ещё на машине из областной добираться, пока то да сё, считай ближе к шести будет. А в шесть в Кристальном наступает тропическая ночь. Хотя вода всё равно тёплая.
— Так тоже будет хорошо. — прижимается ко мне она и целует в щёку. — Только если ты присмотришь за мной, пока буду плавать. Вдруг какой хищник схватит меня под водой.
— Присмотрю. Обязательно присмотрю. Ты меня в форпосте подожди пару минут, мне нужно отлучиться ненадолго.
— Хорошо. — согласно кивнула она, даже не спрашивая, куда я хочу уйти. Золото, а не девушка.
Оставив Любу в посёлке, сразу перенёсся в тоннель к красному кристаллу. Добегаю до пещеры с Кристаллом и... натыкаюсь на висящий полог, перекрывающий собой вход. Я не могу войти. Меня накрывает приступ злости и паники одновременно. Это что, всё? Кино не будет, электричество кончилось?
— Да твою мать! — стучу по мерцающей завесе. — Какого хрена?!
В воздухе загорелась красная надпись: «МНОГО ЧУЖОЙ ЖИЗНЕННОЙ ЭНЕРГИИ. ОПАСНОСТЬ. ДОСТУП ЗАКРЫТ»