Лопе де Вега "Собрание сочинений в шести томах" . Компиляция (СИ)

Граф
 
 
О вполне, будь это правдой!
 
 
Донья Мария
 
 
Кто была та дама в Ронде,
 
Что за честь отца отмстила?
 
Та, кого искали вы,
 
Чтобы ей вручить прощенье?
 
 
Граф
  
 
 
Благородная Мария,
 
Что достойна быть воспетой
 
И в поэмах и в сказаньях
 
О деяньях славных женщин.
 
 
Донья Мария
 
 
Вот — Мария перед вами.
 
Я скрывалась здесь под видом…
 
 
Дон Хуан
 
 
Милая! Ни слова больше!
 
А не то глупцы найдутся,
 
Что и в свадебную ночь,
 
Увлеченные рассказом,
 
До полночи засидятся.
 
Дай мне руку, дорогая,
 
Дай обнять тебя скорей!
 
 
Мартин
 
 
Леонора! Нас надули:
 
Дружки сами под венец!
 
 
Донья Анна
 
 
Что же, граф? Нам остается
 
Их последовать примеру.
 
 
Граф
 
 
Тут комедии конец!
 
Если недовольны вы,
 
Автор просит вас заметить:
 
Вместе с этой написал он
 
Тысячу пятьсот комедий [753]
 
И надеется, что этим
 
Снисхожденье заслужил.
 
 
  
ГЛУПАЯ ДЛЯ ДРУГИХ, УМНАЯ ДЛЯ СЕБЯ
 
Перевод М. ЛОЗИНСКОГО
  
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
 
Алехандро — брат герцога Флорентийского.
Дьего — знатный урбинец.
Камило — знатный урбинец.
Фабьо — слуга покойного герцога Урбинского.
Лисено — слуга Камило.
Марсело — знатный урбинец.
Рисело — крестьянин.
Диана — дочь покойного герцога Урбинского.
Теодора — племянница покойного герцога Урбинского.
Лáура — служанка.
Фениса — служанка.
Альбано — приближенный Алехандро.
Дворяне.
Слуги.
Солдаты.
Свита.
Народ.
Действие происходит в Урбино [754] и других местах.
  
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
 
ПОЛЕ БЛИЗ ДЕРЕВНИ
  
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
 
Диана одна, в крестьянском платье.
Диана
 
 
Так ты в меня влюбился страстно
 
Простецким сердцем мужика?
 
Ты стал бы утверждать напрасно,
 
Что за любовь ничья рука
 
Виновного карать не властна.
 
Я — не совсем без разуменья,
 
И, хоть всю жизнь мою жила
 
В глуши безвестного селенья,
 
Я знаю, что любовь была
 
Любимым первенцем творенья,
 
Она, я знаю, породила
 
Все то, что есть, и все, что было;
 
Но я не верю, чтоб она
 
Была ничтожному дана
 
И в сердце низменном царила.
 
Я рада плющ сорвать со скал
 
Не для того, чтоб он побеги,
 
Надменный, вверх не простирал,
 
А потому, что, полный неги,
 
Он к камню дикому припал;
 
И виноград сорвать зеленый,
 
Его листвы густой покров,
 
Его лозы узор плетеный,
 
Который задушить готов
 
В своих объятьях эти клены.
 
Когда, ревнуя, может быть,
 
Или тоскуя пред рассветом,
 
Начнет пичужка голосить,
 
Я бы хотела быть мушкетом
 
Иль силой глаз ее убить.
 
А ты поешь мне то и дело,
 
Чтобы я ласковей глядела,
 
Мужик несчастный, — мне, когда
 
Я соловьиного гнезда,
 
Рассвирепев, не пожалела!
 
Ничьих речей я не приму
 
И не отвечу никому.
 
Когда порою издалёка
 
Мне эхо вторит одиноко,
 
«Молчи!» — я говорю ему.
 
Меня не могут обмануть
 
Тем, что отец мой — пахарь темный:
 
Душа, палящая мне грудь
 
Какой-то жаждою огромной,
 
Не верит этому ничуть.
 
Так высоки мои мечты,
 
Что, если б им возможно было
 
Пронзать воздушные пласты,
 
Сквозь небо я бы воспарила,
 
Взнесясь до звездной высоты.
 
Нет, я не верю! Неужели
 
Я — бедное дитя ущелий,
 
И мой отец — простой пастух,
 
Раз небеса столь мощный дух
 
В моей груди запечатлели?
 
Он так величествен и смел,
 
И я такие дали вижу,
 
Что мне несносен мой удел.
 
Всех, кто вокруг, я ненавижу
 
И жажду знаменитых дел.
 
Вчера (конечно, произвол
 
Толкует сны, приукрашая)
 
Мне снилось, будто бы орел
 
Ко мне спустился и, венчая,
 
Чело мне лаврами оплел.
 
Гордыню в сердце затая,
 
Я верю, хоть судьба моя
 
Мне не сулит нигде исхода,
 
Что иль обмолвилась природа,
 
Иль я — не то, чем стала я.
 
Умчитесь, ветры! Тишиной
 
Оденьте землю! Не клоните
 
Траву, омытую зарей!
 
Ручьи, утихните, молчите,
 
Уймите резвый говор свой!
 
Смиритесь, угадав желанья,
 
Давно таимые в тиши!
 
Замрите, полные вниманья!
 
Ведь не Нарциссы ли души —
 
Те, кто влюблен в свои мечтанья? [755]
 
Когда б велел творец высот,
 
Чтобы мечта, что в нас живет,
 
В наглядный облик воплотилась,
 
Я бы в мечту свою влюбилась,
 
Узрев ее в кристалле вод.
 
 
  
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
   
Диана, Фабьо.
Фабьо
(в сторону)
 
 
По тем приметам, что мне дал
 
Крестьянин здешний, добавляя,
 
Чтоб я к лужайке путь держал,
 
Она и есть не кто иная.