Лопе де Вега "Собрание сочинений в шести томах" . Компиляция (СИ)

  
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
 
Периваньес и Касильда — новобрачные; Инес — посаженая мать; священник, Костанса, певцы, музыканты, крестьяне и крестьянки.
Инес
 
 
Живите в счастье много лет!
 
 
Костанса
 
 
А я вам столько их желаю,
 
Что с ними вам и смерти нет!
 
 
Касильда
  
 
 
Своей приязнью к вам, я знаю,
 
Я заслужила ваш привет.
 
 
Священник
 
 
Хоть речи эти и уместны,
 
Но я скажу без лишних слов:
 
На свадьбе — это вам известно —
 
Всего важнее часослов.
 
Благословил, как пастырь честный,
 
Я вас. Слуга ваш искони,
 
Как друг и на правах родни,
 
Я вам молитв прочел немало…
 
 
Инес
 
 
Я что ж… я только пожелала,
 
Чтоб были счастливы они.
 
 
Священник
 
 
Им бог поможет: справедливы,
 
Честны, добры, к тому ж умна
 
Моя племянница на диво.
 
 
Периваньес
 
 
Да, в тяжбе победит она,
 
Не нужно только быть ревнивой.
 
 
Касильда
 
 
Смотри, не подавай предлог,
 
А мне, — мне ревности не надо.
 
 
Периваньес
 
 
Излишним станет твой упрек.
 
 
Инес
 
 
Что ревность! В ней небес награда,
 
Она любви дана в залог.
 
 
Священник
 
 
Возвеселите ж день… Друг к другу
 
Садитесь ближе… Ныне плоть
 
Одна вы стали…
 
 
Периваньес
 
 
За подругу
 
Благодарю тебя, господь!
 
Уж как я рад!
 
 
Священник
 
 
Ты за супругу
 
Хвалу творцу теперь воздай:
 
Где сыщешь ты красу такую?
 
Весь обойди Толедский край.
 
 
Касильда
 
 
Супруг! Когда воздать смогу я
 
Любовью за любовь, то знай:
 
Ты не расплатишься с долгами —
 
Такую ты любовь найдешь.
 
 
Периваньес
 
 
Касильда, знай: пока делами
 
Меня в любви не превзойдешь,
 
Не победишь меня словами.
 
Когда б я мог, к ногам твоим
 
Я положил бы всю Оканью,
 
Весь край, где Тахо [110], став чужим,
 
Став Португальским, вновь в Испанью
 
Течет к морям ему родным.
 
Пригнутый долу урожаем,
 
Не так мне мил масличный сад,
 
Ни луг в цвету, разубран маем,
 
Зарею утренней примят,
 
Еще никем не навещаем.
 
Какое яблочко с тобой
 
Румянцем гладких щек сравнится?
 
В каком бочонке сок живой
 
Оливок лучше золотится,
 
Чтоб усладить меня собой?
 
Вино простому люду то же,
 
Что роза для дворян, и все же…
 
Сыщу ль где белое вино,—
 
Хоть сорок лет хранись оно,—
 
Я слаще губ твоих пригожих?
 
Ни сушь на лозах в октябре,
 
Ни майский дождь, ни ток душистый
 
Моих давилен в декабре,
 
Ни то зерно, что август мглистый
 
Мне в горы веет на дворе,—
 
Ничто, клянусь, не стоит клада,
 
Что дом теперь вмещает мой:
 
Он знойным летом даст прохладу,
 
Согреет сердце мне зимой.
 
Ему недаром сердце радо.
 
Касильда! Мне с тобой дано,
 
О чем душа мечтать лишь смела,
 
И сердцу я твержу одно:
 
«Ты заслужить ее сумело,
 
В тебе ей царство суждено».
 
Живи же в нем! Коль пахарь честный
 
Душой не ниже короля,—
 
Ты королева, всем известно,
 
В том божий суд, и вся земля
 
Считает власть твою уместной.
 
Цари! Пусть небеса светло
 
Венчают милое чело,
 
Пусть все твердят, молве на диво:
 
«К Касильде той, что так красива,
 
Дурнушки счастье перешло!»
 
 
Касильда
 
 
Найду ль слова себе в подмогу?
 
Черта малейшая твоя
 
Сулит душе моей так много!
 
И музыки не знаю я,
 
Что так влекла бы к танцам ногу,
 
Как голос твой. Мне ни один
 
Не мил так звонкий тамбурин,
 
Хоть рассыпайся он трещоткой,
 
Хоть выводи рулады глоткой
 
Его бродячий господин.
 
В Иванов день благоуханье
 
Вербен и миртов на заре
 
Не так влечет меня, ни ржанье
 
Коня на утренней поре,
 
Как речь твоя, твое дыханье.
 
Что перед ними, пред тобой
 
Псалтырь и бубен расписной,
 
Будь это бубен мавританский?
 
С твоею шляпой кордуанской [111]
 
Хоругвь сравнится ль бахромой?
 
Твоя любовь ноги дороже,
 
Обутой в новый башмачок.
 
В толпе других парней ты то же,
 
Что в дни пасхальные пирог
 
Румяный, пышный и пригожий.
 
Ты для меня, что свежий луг,
 
Могучий бык, вбежавший в круг,
 
Обнова ты на дне корзины
 
Позолоченной, — в ней жасмины
 
Везде разложены вокруг.
 
Свечи пасхальной ты стройнее,
 
С крестильным пряником ты схож,
 
Церковной ризы ты светлее,
 
Ты — это ты, и так хорош,
 
Что в мире нет тебя милее!