Город Порока

– По легенде – да! А по-настоящему – нет! Просто… выбери меня. Прошу… – состроила она жалобное выражение лица и тут же снова зашипела: – Идиот! Давай быстрее! К нам идут сразу двое. Алекс!
– Ладно… – тяжело вздохнул я, сел в позу лотоса, протянул руку и дёрнул Мишель на себя, усадив её сверху.
Мужчины, уверенно идущие в нашу сторону, недоумённо нахмурились, замерли на месте, разочаровано поморщились, повертели головами по сторонам в поисках новых партнёрш, и через пару секунд сменили курс.
  
– Фух! Пронесло… – облегчённо выдохнула юристка, положив мне руки на плечи и прижавшись своей обнажённой грудью к моей. – Руки убери! – тут же рыкнула она мне на ухо, ощутив мои ладони на своих голых ягодицах.
– Прости, не могу… На нас смотрят…
– Fuck!
– Вы же… брат и сестра, – услышал я знакомый голос над головой, задрал лицо и посмотрел на стоящих рядом с нами и с интересом наблюдающих за нашими действиями Отца и Мать.
– Да, – кивнул я. – Поэтому мы здесь.
Парочка основателей культа загадочно переглянулись между собой, и Уэллс произнёс повелительным тоном:
– Объясни!
– Мы… мы выросли вместе… Одна комната, одна постель… Мы всю жизнь были рядом друг с другом… Там, – кивком головы указал я в сторону выхода, на ходу корректируя и внося изменения в нашу с Мишель легенду, – в большом мире нам пришлось прятаться. Нам говорили, что это грех. Но здесь вы учите, что любовь не имеет границ. Мы пришли сюда, чтобы… больше не врать и не скрывать наши чувства…
– Хм… – задумчиво нахмурился Уэллс, снова бросив короткий взгляд в сторону своей партнёрши, получил от неё ободряющий кивок, улыбнулся, положил ладонь на мою голову и легонько потрепал мою пышную шевелюру. – Не бойтесь. Вам нечего стыдиться… Это нормально. Каин и Сиф, дети Адама и Евы, возлежали со своими сестрами, чтобы продолжить человеческий род. Это осуждают лишь тёмные люди… Ты прав – любовь не должна иметь границ…
– Спасибо, Отец, – поблагодарил я мужчину, проводил удаляющуюся от нас парочку взглядом и коротко шепнул в ухо блондинки: – Довольна?
– Была бы, – проворчала юристка, – если бы ты не упирался мне в промежность непонятно чем!
– Понятно чем… – вздохнул я.
– В смысле? – на миг отлипла от меня Мишель, удивлённо глянув мне в лицо своими расширившимися от ужаса глазами. – Этим?
– Этим, – подтвердил я.
– Я думала, это колено! Ты нормальный вообще?
– Ну прости, я немного возбудился. Сложно сдерживаться, когда об тебя трётся обнажённая девушка.
– А ты можешь не возбуждаться?
– Нет! Не могу! – теряя терпение, произнёс я. – Это так не работает.
– Ладно, – недовольно пробормотала блондинка. – Только осторожнее там. Не тыкай в меня своей штукой!
– Не переживай – если ты не возбудишься, ничего не будет.
– Не возбужусь! – фыркнула Мишель. – Ещё чего!
– Ну и славно. И хватит уже шептаться. Нас так точно спалят… Просто сиди молча, изображай страсть и бурную деятельность… И не дёргайся ты уже! Мишель! – возмутился я.
– Не буду я ничего изображать! – склонилась она над моим лицом, прикрывшись своими рассыпавшимися волосами и изобразив страстный поцелуй. – Чёрт! Если Энджи узнает, что у нас был секс, она тебя точно прибьёт! И меня заодно…
– Ну, во-первых, секса у нас не было… – произнёс я. – А, во-вторых, не думаю, что Энджи будет беспокоиться по этому поводу.
– Почему это? Она дала тебе карт-бланш на секс с другими девушками? – нервно усмехнулась блондинка.
– Можно и так сказать. Мы расстались. Она уехала в Нью-Йорк. Я думал, она тебе сказала – ты же её подруга.
– Про Нью-Йорк сказала… Но я думала, это временно… На месяц или два…
– Похоже, что не так уж и временно.
– Мне так жаль, Алекс… – виновато пробормотала Мишель, непроизвольно ещё крепче прижавшись своей обнажённой грудью ко мне.
– Это не твоя вина… Как ты себя чувствуешь сейчас, кстати? – стараясь сменить тему, поинтересовался я.
– Всё хорошо. Мне кажется, весь дурман выветрился из крови от страха. Я реально думала, меня сейчас кто-то их адептов лишит… ну. сам знаешь.
– Угу… Адреналин хорошо прочищает мозг.
– Вот-вот!
– И это… Алекс… – пробормотала Мишель мне на ухо.
– Да?
– Спасибо, за то, что вытащил девчонок…
– Девчонок?
– Моих племянниц.
– Почему ты решила, что это я? – удивлённо нахмурился я, всё ещё держа ладони на ягодицах своей начальницы.
– А то я не поняла, о ком они мне тарахтели весь вечер. Огромный, как Халк, симпатичный и со светлыми волосами. Мари обещала за тебя замуж выйти, когда подрастет…
– Хм… Забавный ты способ благодарности выбрала.
– Какой?
– Ну… Вот этот – тереться о меня голой грудью и не только…
– Идиот! – недовольно бросила мне девушка. – Весь момент испортил! Вот ты когда-нибудь держишь свой язык за зубами?!
– Не-а…
– Идиот!
– Хватит уже ругаться. Давай переходи к кульминации, – вздохнул я, вслушиваясь в нарастающие со всех сторон и доносящиеся до нас женские крики.
– К кульминации? – недоуменно нахмурилась блондинка.
– Симулируй оргазм.
– Я… Я не умею…
– Просто начинай громко и тяжело стонать. И постарайся сильно не дёргаться, а то я ещё проткну тебя случайно…
– Fuck! Какой же ты идиот, Стоун! И пошляк! Я уже сто раз пожалела, что взяла тебя на работу…
– Ты стонать собираешься, или так и будешь мне лекции читать весь вечер?
– А! А! А-а-а! – начала она, и я почувствовал, как её ногти впились мне в спину до крови, а на лице блондинки проскользнула мстительная ухмылка…
 
Глава 3. Клеймо
 
Понедельник – день тяжелый. Ранний подъём, на час раньше обычного, утренняя молитва, медитация, завтрак и в бой.
Если выходные были больше похожи на жизнь в коммуне хиппи, то понедельник резко превращал всё это в стройбат. Кто-то из старших «братьев» поделил мужскую часть общины на группы по пять-шесть человек и раздал распоряжения: выкопать ров за стеной, поменять фильтры в водопроводе, убрать навоз в конюшне, выкопать новую яму для отходов…
Я примкнул к группе из пяти человек, отправленной на копку ямы, мы взяли инструмент и пошли выполнять свою работу. Двое мужчин из нашей маленькой группы поглядывали на меня с плохо скрываемой ревностью и недружелюбием после вчерашнего, а ещё один с лёгкой завистью. Кто говорил, что они тут все любят друг друга и поддерживают? Ничего подобного!
С Мишель после вчерашней групповой мессы мы ещё не виделись и пока даже не успели обсудить произошедшее. Да и что обсуждать? Ничего не было. Если не считать конечно того, что я держал обнажённое тельце своей начальницы в руках и тискал его во всех приличных и неприличных местах. От потери девичьей невинности и измены её бойфренду мы вчера были всего в паре сантиментов. Да уж…
Я вот не могу понять одного – её ко мне тянет, или мне кажется? Хотя, может и кажется, конечно. Не думаю, что она готова променять золотого мальчика Джефа на какого-то голодранца, работающего у неё в помощниках. Да, может мои физические данные и впечатляют местных дамочек, но будем честны – тут этого добра хватает. Загорелым, атлетичным телом в Голливуде мало кого удивишь – стоит выйти на пляж или зайти в один из многочисленных баров…
Ладно, проехали. Между нами ничего не было, так что и нечего забивать себе голову всякой ерундой…
Работа над ямой затянулась до самого полудня. Час ушёл на сам обед и ещё час на «круг откровений» в саду. К работе мы вернулись после двух часов дня и лишь к семи часам вечера, словно по команде, вся кипучая деятельность в общине начала постепенно сворачиваться.
Мы вернули инструменты на место, наведались в душ, переоделись и двинулись в столовую. Понедельник пролетел, словно один миг…
  
Я поужинал в гордом одиночестве, поглядывая на Мишель в компании других девушек в дальнем конце столовой, сдал миску и вышел на улицу, вдохнув слегка остывший от дневной жары вечерний воздух полной грудью. Присмотрел небольшое деревце с пышной кроной, неторопливым шагом пересёк разделяющее нас расстояние, опустился на землю у его корней, опёрся спиной о шершавый ствол, сунул сорванную травинку в рот и принялся лениво наблюдать за жизнью коммуны со стороны…