Искаженное соглашение

 Он неодобрительно посмотрел на меня и прекратил валять дурака.
— Давай начистоту, Мартино, если ты позволил какому-то парню затащить твою девушку в эту адскую дыру, то, вероятно, никогда больше ее не увидишь - во всяком случае, целой и невредимой.
 Его слова выбили воздух из моей груди.
— Позволил - это сильно сказано, – выдавил я из себя. — Я впервые слышу об этом месте.
  
 Коул пожал плечами.
— Вопрос в том, что ты собираешься там делать? Ты не можешь вбежать туда с клюшками наготове и решить проблему. Это серьезная прибыльная организация, и они вооружены до зубов. У нас с ними было большое напряжение некоторое время назад, когда я решил, что все это слишком угнетающе, чтобы участвовать в их делах. Дункану Фитцджеральду это не понравилось.
— Тогда поехали с нами, – предложил Маркус. — Пусть это станет братской прогулкой.
 Коул усмехнулся.
— Я не вмешиваюсь в проблемы других людей. – Он поскреб щетину и задумался. — Хотя время от времени они лезут в наши дела и привлекают к нам дополнительное внимание. Избавиться от них было бы полезно.
— Ты сказал, что там удерживают женщин против их воли. Разве одного этого факта не достаточно, чтобы заставить тебя помочь? – прорычал я.
 Темные глаза Коула сверкнули предостережением.
— Я не гребаный коп, Мартино. Я не крестоносец в плаще. Я не могу спасти никого, кроме себя.
— Значит, ты даже не попробуешь? – надавил я, понимая, что ступаю на опасную почву, но не в силах остановиться.
 Он долго смотрел на меня, в его убийственном взгляде горел огонь. Наконец он наклонил голову в сторону и кивнул.
— У твоего друга есть мужество, Маркус. Он мне нравится. Прекрасно. Сегодня мне нечем заняться, кроме как пойти и затеять гребаную драку. Неделя выдалась скучной. – Коул встал и потянулся. Затем он обратился через плечо к одному из байкеров, притаившихся в кабинке позади него. — Зови парней. Поехали, повеселимся.
 45.Уинтер
 
 
 После нескольких часов ожидания, дверь наконец распахнулась. На пороге стоял Трент. Он был одет в костюм и выглядел так, словно у него была долгая ночь. От него пахло спиртным и потом. На бледно-голубой рубашке остались засохшие круги.
 Его взгляд пробежался по нам с Селеной, и он удовлетворенно ухмыльнулся.
— Уинтер, хорошо проводишь время?
— Зачем это всё? Я делала то, что ты сказал. Я порвала с Ашером...
— И сбежала на тайное свидание в лесу. Ты даже не представляешь, в каком свете это выставляет меня, будто я не могу контролировать свою будущую жену.
— Я не сбегала.
— Мне все равно. Не утомляй меня подробностями. Факт в том, что ты опозорила меня, и ты за это заплатишь. – Его внимание переключилось на Селену. — Или твоя подруга, выбор за тобой.
 Селена дрожала рядом со мной. Я убрала руку с ее плеч, не обращая внимания на то, как она вцепилась в меня, и встала.
— Это касается только нас с тобой.
 Трент поднял бровь.
— Посмотри, какая ты смелая. Жаль портить товар до свадьбы, но я рад тебе услужить. Лучше сломать этот несгибаемый дух сейчас.
— Ты должен гарантировать, что Селена вернется домой нетронутой и что с Ашером ничего не случится.
 Что-то темное и жестокое промелькнуло в глазах Трента, прежде чем он усмехнулся мне.
— Скажи, что же сделал Мартино, чтобы вызвать у тебя такую непоколебимую преданность?
  Он любил меня, когда никто другой не любил. Он хотел заботиться обо мне, как никто и никогда раньше. 
— Разве теперь это имеет значение? – я уклонилась от ответа. Даже разговоры о том, что было между мной и Ашером, - бальзам на мою одинокую душу - казались грязными. Я не хотела, чтобы влияние Трента запятнало ту чистую и яркую любовь, которую я питала к Ашеру.
— Полагаю, что нет. В конце концов, я выиграл. – Трент толкнул дверь. — Тогда пошли.
— Нет! – заплакала Селена, цепляясь за меня, когда я отступила.
 Я покачала головой и мягко шикнула на нее.
— Все в порядке. Все будет хорошо, помнишь?
 Брэн О'Коннор и его кровожадная месть были уже в пути. Нам просто нужно было продержаться. Оставалось надеяться, что Селена помнит о плане. Она казалась такой испуганной и подавленной, но кто мог ее винить?
 Я последовала за Трентом по коридору, спускаясь все ниже и ниже. У этого здания вообще был конец? Или подвал был буквально Адом?
 Мы зашли в небольшую комнату со стенами, обитыми черной кожей. Я бы предположила, что это тату-салон, если бы не попала в эпизод «Сумеречной зоны». Центральное место в комнате занимало кресло с ограничителями на руках. В воздухе витал запах гари. Как барбекю с добавлением жженых волос. Меня сразу же затошнило.
— Заходи, Уинтер. Не волнуйся. У меня достаточно опыта, чтобы поставить свое клеймо там, где его не будет видно. Посмотрим, как твой парень отнесется к тебе, когда увидит мою метку.
 Это было неправильно. Я не могла просто войти сюда с верой в то, что Брэн О'Коннор справится. Я должна была бежать. Я должна была сделать что-то.
 Трент, похоже, предвидел изменение моего мнения. Он схватил меня за волосы, втащил в комнату и захлопнул за нами дверь.
 После этого потянул меня к креслу с ограничителями, пока я сопротивлялась на каждом шагу. Он зарычал от досады и ударил меня головой о ближайшую стену, выбив из меня дух борьбы.
 Я обмякла, голова кружилась, пока Трент привязывал меня к креслу. Затем он перешел к столу сзади, и запах гари усилился. Я пошевелила запястьями в ремнях. Они были свободнее, чем я ожидала. Я почти могла вытащить руки, если бы повернула их как следует. Трент был чертовски плох в завязывании узлов. Я уставилась на ремни, крутя запястьем, чтобы ослабить любительский узел.
— Надо только нагреть штамп, – весело бросил он через плечо.
 Меня бы вырвало, если бы я что-нибудь ела.
— Я поставлю клеймо где-нибудь только для наших глаз. Звучит неплохо? Это может стать нашей внутренней шуткой.
 Я моргнула, глядя на камеру в углу, где непрерывно мигала красная лампочка. Они снимали все это?
 Трент развернулся и поднял что-то металлическое, длиной примерно с нож. Конец светился красным.
 Страх сковал мои внутренности льдом. Я не могла дышать, не могла думать. Я могла только смотреть.
 Трент начал двигаться вперед, как вдруг свет в комнате погас, и мы погрузились в темноту.
— Какого черта? – прорычал он куда-то в темноту.
Я все еще видела раскаленное клеймо, поэтому знала, что он не двигался с места. Я подергала запястьями взад-вперед, ослабив узлы настолько, что смогла освободить одну руку. Затем принялась за другую, а Трент неуверенно зашевелился. Через несколько секунд, которые показались мне вечностью, моя вторая рука освободилась. Я медленно сползла с кресла.
 Трент запер дверь ключом, висевшим у него на поясе. Без него мне было не выбраться. Я направилась к ублюдку так тихо, как только могла. Стояла кромешная тьма. Если бы он не держал в руках мерцающее оранжевее клеймо, я бы ни за что не смогла определить, где он. Я направилась к нему, обходя сзади. Мне нужно было найти что-нибудь, чем можно было бы ударить его, но я боялась поднять шум и дать ему понять, что я свободна.
 Без предупреждения замигала какая-то аварийная лампочка, и над нами заработали разбрызгиватели. Холодная вода впиталась в мою одежду, вызвав дрожь. Трент раздраженно посмотрел на разбрызгиватели, затем перевел взгляд на кресло. Теперь уже пустое.
 Он обернулся одновременно с тем, как я прыгнула вперед. У меня в руках не было ничего, чем можно было бы нанести хоть какой-то ущерб.
  
 Но у него было.
 Я бросилась на него и резко дернула его руку, державшую клеймо, вверх. Раскаленный штамп попал ему в шею, и я надавила что есть сил.
 Комнату заполнил запах горелой плоти, такой отвратительный и вязкий, что у меня перехватило дыхание.
 Трент дернулся, его лицо побелело от боли. Он реагировал медленно, возможно, из-за шока. Он опустил руку и оторвал от себя клеймо. Эта штука впилась ему в кожу и продержалась еще несколько секунд, прежде чем упасть на пол.