Искаженное соглашение

— Ты ешь, а я сижу на диете из-за твоего платья. Мы с мамой соблюдаем пост. Это забавный способ заставить отсутствие денег на продукты казаться выбором.
 Мы скользнули в пустую кабинку, соседние уже были заполнены другими чирлидершами и футболистами.
— Что? Я думала, твоя мама получила работу в больнице.
— Да, получила. Но дела идут не очень хорошо. Сиси нужно ходить в специальную школу, а это недешево, сама знаешь.
  
 Младшая сестра Селены испытывала серьезные трудности с обучением и не могла посещать обычную школу. Она была счастлива в частной школе для детей с особыми потребностями, пока их отец не умер от внезапного сердечного приступа несколько лет назад, и их привычная жизнь не превратилась в хаос. Семья Селены была близка с моей, наши отцы даже были членами одной группы Invictus H.H., но все изменилось, когда ее отец умер. Селена, ее мать и сестра остались предоставлены сами себе, и это было нелегко. Факт, о котором Селена никому не позволяла знать, заключался в том, что она получала полную стипендию в УХХ, предоставленную трастовым фондом ее отца. Одна из последних вещей, которыми он смог обеспечить свою семью.
— Я поговорю с папой об этом. Invictus H.H. Group может спонсировать ее обучение... или это сделаю я, – предложила я.
 Она закатила на меня глаза.
— Сучка, здесь никому не нужны твои деньги. Забудь об этом. Но Invictus… да, возможно, это сработает. Вероятно, они могли бы списать это на благотворительность или что-то еще.
 Я решительно кивнула.
— Если нет, я уверена, что мама сможет найти какую-нибудь программу помощи в одной из сотен благотворительных организаций, которые она возглавляет.
 Селена вздохнула и кивнула, с тоской глядя на меню.
— Что-нибудь хочешь? Я угощаю.
 Она медленно покачала головой, не отрывая взгляда от блестящего ламинированного листа.
— У меня пост, не забывай.
— Точно, конечно.
 Я заказала вдвое больше еды, чем могла съесть, зная, что она, возможно, слишком гордая, чтобы позволить мне заплатить, но съест лишнее, если я скажу, что планирую выкинуть остатки.
— Итак, я думаю, что сегодня та самая ночь, – сказала она, протягивая руку и хватая газету с соседнего стола. Это был «Вестник Харбора», студенческое издание.
— Что за ночь?
— Ашера Мартино.
 Звук его имени на ее губах заставил меня вздрогнуть.
— А что с ним? – я старалась выглядеть беспечной, хотя мое сердцебиение участилось.
— Ну, он вернулся в «Геллионы», снова ходит с нами в университет, живет в общежитии… должно быть, он переполнен желанием наверстать упущенное и ищет плечо, на котором можно поплакаться.
 Она подняла газету и постучала пальцем по фотографии на первой странице. На ней был Ашер в джерси «Геллионов» времен старшей школы. Заголовок утверждал, что местные таланты не могут долго оставаться в стороне от Хэйд-Харбора. Там была целая статья о его хоккейных достижениях. Отлично, как раз то, что нужно высокомерному спортсмену.
 Я отодвинула газету в сторону.
— Не знаю, я бы не была так уверена. Мне он кажется достаточно самонадеянным. Не говоря уже о безумии.
 Селена усмехнулась.
— Как будто ты что-то знаешь о нем. Ты же не любительница хоккея.
— А ты?
— Ну, кое-что мне нравится в хоккее… если не Ашер, то Маркус - хороший план Б, хотя он не совсем мой фанат, – вздохнула Селена.
— А Ашер фанат?
 Селена покачала головой.
— Возможно, пришло время забыть о Ледяных Богах и обратить внимание на остальных членов команды, – хмыкнула она.
— Без разницы. После вчерашнего я отрекаюсь от мужчин.
 Я позвонила Селене по дороге домой, чтобы рассказать о Тренте Фитцджеральде. Поскольку покойный отец Селены тоже был членом Invictus H.H. Group, она знала эту семью.
— Если Трент заинтересовался тобой, считай, что тебе повезло. Этот парень однажды станет богатым, как Крез.
— В мужчине должно быть нечто большее, чем его банковский счет.
— Да, знаю, почему, по-твоему, мне нравятся Ледяные Боги? Не из-за их текущих счетов... но есть причина, по которой развлечения с подобными парнями приходятся на студенческие годы. Трент - из тех, за кого выходят замуж.
— Я бы предпочла умереть, – коротко ответила я.
— Не драматизируй. Ты так говоришь, потому что твой отец еще жив. Поверь мне, когда его не станет, и ресурсы начнут иссякать, ты будешь молиться, чтобы появился такой парень, как Трент. – Селена вздохнула. — Там Джесси из команды, помнишь ее?
 Я повернулась, чтобы проследить за ее взглядом, и увидела девушку, о которой шла речь. Она присоединилась к команде поддержки, когда я была в выпускном классе. Джесси была болезненно застенчивой и робкой. Похоже, пребывание в группе поддержки ничуть не изменило ее.
 Она пробиралась мимо столов футболистов ХХХ, ее нервное напряжение было ощутимо. Идиоты сидели в двух разных кабинках и перебрасывали мяч туда-сюда через проход между ними.
— Все такая же тихая, как мышь, – фыркнула Селена. — Я бы не позволила этим придуркам швырять мяч так близко от моего лица.
— Нет, но ты бы позволила хоккейной команде делать это, – съязвила я.
 Селена толкнула меня локтем в бок. В этот момент мяч пролетел мимо и попал в Джесси, прежде чем она успела покинуть опасную зону. Ее рюкзак упал, и его содержимое рассыпалось по полу.
— Ауч, как неловко, – пробормотала Селена.
 Мобильник Джесси остановился у моей ноги. Я схватила его и поднялась со своего места, после чего нагнулась, чтобы подобрать другие упавшие предметы по пути.
 Я присела рядом с ней.
— Ничего не сломалось?
 Сквозь гул мужских голосов в проходе донеслось хихиканье.
— Похоже, у Джесси месячные.
 Я закатила глаза, хватая прокладки, выпавшие из ее сумки, и запихивая их обратно, но глаза Джесси наполнились слезами. Ее щеки чертовски покраснели, и она зашмыгала носом.
— Что это за бабушкины прокладки? Может, ее киска слишком рыхлая, чтобы удержать тампон.
 Я проигнорировала невежественные комментарии и сосредоточилась на девушке, которая выглядела так, словно хотела умереть.
 Она была смущена. Казалось бы, мелочь, но Джесси была застенчива и, вероятно, считала, что большинство тупых болванов, наблюдающих за нами в данный момент, сексуальны, из-за чего не хотела признавать себя функционирующей человеческой женщиной перед ними.
 Я схватила прокладки и встала.
 Скрестив руки на груди, я смерила одного из игроков, склонившихся над нами, холодным взглядом.
— Они мои. Есть что сказать по этому поводу?
 Наступила тишина. Четыре пары глаз смотрели на меня, не осмеливаясь отвести взгляд. Я уставилась на главаря, Эвана, сверху вниз. Он был квотербеком в ХХХ и считал, что это делало его даром Божьим. Он был невыносим.
— Это была просто шутка, Уинтер, – пробормотал Эван.
— Правда? – Я подошла к нему ближе. — Расскажи еще одну шутку о моей вагине. Вперед.
 Тишина была оглушительной. Честно говоря, я злоупотребляла тем фактом, что игроки, все без исключения, знали, что мой отец - самый крупный спонсор команды, поэтому они не могли позволить себе расстраивать меня.
— Да ладно, кому какое дело? – сказал через мгновение Эван, сдаваясь. — Прости, Джесси. Виноват.
— Ох, и к вашему сведению – не бывает больших вагин, только маленькие члены... понятно? – крикнула я ему и его друзьям-идиотам, не сводя с него глаз, пока он не вернулся в свою кабинку и не закрыл свой тупой рот.
— Спасибо, – пробормотала Джесси, вставая рядом со мной и надевая свой рюкзак.
— Без проблем. Нельзя позволять им добраться до тебя, – сказала я ей.
  
 Она кивнула, легкая улыбка заиграла на ее губах.
— Я понимаю, что нельзя, но это не значит, что это легко.
— Да, знаю. Какой-нибудь придурок всегда может залезть тебе под кожу. Главное - не давай увидеть, что ему это удалось... скрывай эмоции, это лучший способ, – я сжала ее руку, испытывая к ней странное материнское чувство. Я прекрасно знала, что из себя представляет футбольная команда, и мне была ненавистна мысль о том, что они продолжают терроризировать впечатлительных чирлидерш после того, как мы с Селеной закончили ХХХ. Селене всегда удавалось поставить их на место, когда она была капитаном.