Ревизор: возвращение в СССР 15 (СИ)

– А насчёт стройотряда? – уточнил у меня Леха, тоже, видимо, решив, что особенности скорой женитьбы Брагина совсем не его дело. А на свою ему деньги нужны, и без стройотряда у него их не будет. 
– А, договорился. Едем сегодня.
– Да, дела, – задумчиво сказал Леха, глядя на Костяна.
Потом меня выловила Эмма Эдуардовна. Курчатовский институт проснулся, приглашают с лекцией.
– Представляешь, – рассказывала Эмма Эдуардовна, – так и сказали: в удобное для него время. Чтобы не в ущерб учебному процессу.
– Тут неделя до начала зачётов осталась, – задумался я. – Хорошо бы на этой неделе отстреляться, чтобы уже потом не отвлекаться.
– Ну, давай, в среду после занятий. Успеешь подготовиться?
– А какую они хотят тему?
– Сказали – целиком на твоё усмотрение, – удивленно поджала губы замдекана. – Поразительно, как они тебе выбор темы доверяют! Это же такой важный научный институт! 
– Пообщались с ними очень хорошо в прошлый раз, вот и доверяют! – рассмеялся я. – Ну, хорошо. Давайте, сразу после пар, только не в среду, а в пятницу. В среду мы едем на производство, договариваться насчёт студенческого стройотряда на лето. В четверг меня уже наш славный Константин Сергеевич на целый день в ссылку отправляет в Подмосковье. Он, кстати, говорил вам, что меня на занятиях в четверг не будет? Обещал меня у вас отпросить…
– Я уточню у него, забыл, наверное. Хорошо, Павел. Значит, на пятницу договариваюсь, – подвела итог Эмма Эдуардовна. – И за тобой опять приедут, – улыбнулась она и попрощалась.
Ну, и хорошо, что приедут. Быстрее отстреляюсь, быстрее освобожусь.
Во время большого перерыва помчался звонить маме на работу.
– Ой, сынок, хорошо, что ты сам позвонил, – воскликнула возбуждённая мама. – Мы с Ахмадом решили, что он пойдёт в отпуск, как и планировали, с двадцать девятого мая, а я ещё неделю за свой счёт возьму. Он привезёт нас в эту субботу, двадцатого числа, с Аришкой в Москву.
– Инна уже позвонила? – догадался я.
– Да, уже «обрадовала». Но я, если честно, даже рада, что так решили. Зато ребёночек здоровый будет. Сразу спокойнее на душе стало, а то, знаешь, как переживала. А швы зарастут… Сынок, мы с Аришкой, пока, у тебя остановимся, ладно?
– Ну, конечно, мамуль.
– А потом уже переедем к бабушкам, когда Инну с малышом выпишут.
– Хорошо, хорошо, мамуль, всё нормально будет.
Нужно срочно диван купить в большую комнату, – озадачился я, возвращаясь в университет, – а то где мама с ребёнком спать будут?
После пар поехали с Лёхой на Останкинский молочный комбинат. Там нас встретил шустрый невысокий мужичок с хитрым внимательным прищуром.
– Иван Михайлович Рязанов, – представился он. – Я главный инженер этой богадельни.
– Почему богадельни? – хохотнул я, не ожидая такой самоиронии.
– Да потому, – озабоченно ответил он. – Куда не сунься, везде что-то надо ремонтировать, не оборудование, так помещения.
– С помещениями мы вам поможем, – заверил я его. – Для этого мы и пришли.
– Ну пойдёмте, посмотрим, что я могу вам предложить. Я так понимаю, профессиональных строителей среди вас нет?
Мне не понравилось, каким тоном он это сказал, типа, мы должны чуть не за похлёбку работать.
– Зато мы молоды и полны сил, – возразил я. – И готовы работать сверхурочно ради хороших денег.
– А что вы можете? Плитку класть можете? – скептически спросил он.
– Нам бы такую работу, – ответил я, – которую профессионалы не любят потому, что она тяжелая. А делать надо. Вот, мы бы и взялись за неё. В прошлый раз, мы полы бетонировали на складе хлебозавода.
– И большая площадь склада была? – всё так же скептически смотрел на нас главный инженер.
– Большая. Но руководство завода хорошо заплатило, чтобы мы уложились в срок, пока завод на мойку был остановлен.
– И сколько же вам заплатили?
– По тысяче на человека, – приврал я.
– Ну! – удивился он. – И сколько вас было?
– Шестеро.
– А, ну это ещё ничего, а то мне сказали, что вас двадцать человек.
– Иван Михайлович, давайте объект посмотрим, – попросил я. – Мы же можем и несколько объектов взять, разбиться на несколько бригад. Любой каприз за ваши деньги.
 
Он усмехнулся на последней моей фразе.
– Ну, пошли. Ты как про заливку полов сказал, так у меня идея появилась.
– А до этого вы какую работу хотели нам предложить?
– Старую линию надо разобрать, вынести из помещения, металл рассортировать, сталь отдельно, алюминий отдельно. И, раз уж заговорили об этом, полы залить во всём цеху. На всё про всё месяц, – привёл нас главный инженер в просторное помещение, где ещё вовсю шла работа на старом оборудовании.
– Сколько заплатите?
– Пять тысяч.
– Ну, несерьёзно, Иван Михайлович. Разобрать всё это, вынести и рассортировать по видам металла, это уже три тысячи. И полы: старую плитку же надо будет сбить? – он кивнул. – И каким слоем заливать будем?
– Сантиметра три стяжки достаточно под новую плитку, – хмуро ответил главный инженер.
– Значит раствор без щебня, с одним песком. Так? – спросил я, тот кивнул в ответ. – Ну, допустим, мешки с цементом ещё можно на поддонах сюда затащить, – оценил я широкие ворота в цех. – А как песок сюда попадёт? Ребята тачечками должны будут его возить с улицы? Тяжелая работа. Бетономешалки, кстати, есть? На такую площадь нужно будет три штуки, не меньше.
Он молча смотрел на меня, задумчиво изучая.
– Три тысячи за оборудование и восемь за полы, – объявил я свою цену. – И с вас бетономешалки, тачки, лопаты, бочки под воду, вёдра, электроудлинители и шланг до ближайшего крана с водой, – специально перечислил я, чтобы он понял, что я знаю эту работу.
Мы стояли и сверлили друг друга взглядом. Он был откровенно разочарован, даже злился. Халява обломилась, заработать на глупых студентах не получается. Хотя, металл он, наверняка, сдаст. Иначе зачем его сортировать? А с родного комбината ещё и деньги за вывоз мусора стрясёт.
– Вам что важнее, дело для комбината вовремя и хорошо сделать или ещё что-то? – спросил я, демонстрируя, что прекрасно его понимаю.
– Мне надо с начальством посоветоваться, – наконец, ответил он. Отмазался просто, небось, хочет подешевле кого-то поискать.
– Конечно, – ответил я. – Запишите, пожалуйста, мой домашний телефон, на случай, если, всё-таки, решите нас пригласить. Со своей стороны хочу добавить, что в нашем лице вы приобретёте заинтересованных, непьющих, дисциплинированных работников, гарантирующих сроки и качество работ.
– Ещё бы вы денег поменьше брали.
– А мы по-всякому можем, – решил подколоть его я.– Можем быстро и качественно, но дорого. Можем медленно и качественно, но подешевле. А можем медленно и некачественно, зато дёшево.
– Я понял, – усмехнулся он.
Он проводил нас до вахты, мы вполне доброжелательно попрощались. Показалось мне, что к концу нашей беседы настроение его изменилось. Уважение появилось, которое напрочь отсутствовало вначале. Чувствую, позвонит он мне ещё.
– Ну, ты даёшь! – выдохнул Лёха, который всё время переговоров стоял рядом, затаив дыхание. – Ну, вообще! Как ты торговался! Одиннадцать тысяч!
– Ты, просто, ещё не представляешь, какая это тяжёлая работа, – спокойно ответил я. – Если он вас, всё же, позовёт, разделишь весь зал на три участка. На них будет работать три бригады и будете устраивать соревнования, так легче работать будет, если азарта добавить.
– Ты подскажешь, что и как делать? – с мольбой в голосе спросил Лёха.
– Конечно, – улыбнулся я. – Куда я денусь?
Мы дошли до электрички, вместе доехали до метро и разъехались в разные стороны.
Дома уже ждала жена. После ужина пошёл на поклон к Анне Аркадьевне. Взял для разговора одну из книг из тех, что Сатчан регулярно подвозит. Уже одно отделение антресолей ими заставил в шкафу в спальне. На дверцу с обратной стороны приклеил лист бумаги и стал записывать, кому и что уже дарил, чтобы не повторяться.