Клуб трех демонов. Око

– А чем ты недоволен? – слегка обиженно сказал Фоэль, – ты призывал демона. А мы, как тебе известно, не занимаемся благими делами. Что можем – то можем. И давай не будем переходить на личности – наши семейные дела тебя не коснутся!
Демоны, сидящие на диване, дружно кивнули, соглашаясь со сказанным.
– Тем более, выбирать не приходится. С твоим ассортиментом услуг шансов на решение нашей проблемы у нас было не много. На безрыбье и рак рыба, или нет ангела, довольствуйся и демоном.
– Услуг! – воскликнул маг и хлопнул себя по лбу. – Услуг! У меня сегодня прием.
Он перевел взгляд на часы, стоящие в углу и беспристрастно отсчитывающие время, и являясь свидетелем всего того, что происходило в этой комнате, добавил:
– У меня сегодня посетители, прием начнется через час. Как я могу принимать людей в обществе, – он немного замялся и добавил, – таких одиозных личностей.
На что Фоэль издал какой-то странный чмокающий звук, и образы демонов стали исчезать. Через несколько секунд маг стоял один посреди кабинета.
– Что, вот так просто? А кто говорил, что не может уйти?
– Не могу! – раздался голос за спиной мага, заставив его вздрогнуть. А затем образ Фоэля появился во плоти. Не такой четкий, как раньше, но вполне видимый.
– Уйти не могу, а вот стать невидимым – сколько угодно.
– А твои родственники тоже не могут уйти?
– Почему? – удивился демон, становясь все более и более видимым, – они могут.
Демоны, сидящие на диване, тоже возвращали свой облик, наполняя собой пространство. И уже казалось, что без них было как-то пусто.
– Тогда сделаем так, – предложил маг, – вы идете погулять, до вечера. А ты, Фоэль, исчезаешь, ну или прячешься, и не мешаешь мне вести прием.
– А нам зачем уходить? – уточнил Пирин.
На что Фоэль сделал колкое предположение:
– Стесняется.
– Кого?
– Нас, – уточнил Фоэль и, подойдя поближе, произнес шепотом, – его магический арсенал слишком ограничен. Вот и переживает.
На этот раз пришла пора мага сверкать глазами. Увидев это, Фоэль замахал руками, как бы успокаивая собеседника.
– Молчу, молчу. А они, безусловно, уходят.
Когда демоны скрылись за дверью квартиры, маг начал вытирать остатки мела и отколупывать от пола восковые ошметки, в которые превратились свечи.
– А тебе не говорили, что все это нужно делать сразу по завершению ритуала? – раздался голос Фоэля со стороны дивана. Он сидел, подогнув ноги под себя, и тасовал колоду карт, которую взял со столика.
– Говорили, – проворчал маг, водя шваброй по полу.
– Это я к тому, вдруг ты чего не знаешь. Мы, демоны, учителя никакие, но недостатки замечаем хорошо – всегда рады подсказать!
– Только недостатки? – уточнил маг, не разгибая спины.
– И достоинства тоже, но только если они мешают работать с недостатками. Мы, знаешь ли, – с этими словами он начал выкладывать карты перед собой, формируя образ пасьянса, – больше специализируемся на пороках. По добродетелям работают другие. Вот смотри.
Он показал на три группы карт, которые лежали перед ним.
– Что на сердце, что под сердцем, и чем дело кончится.
Маг поднял голову и непонимающе посмотрел на демона.
– Ой, все! – махнул рукой демон и начал собирать карты, – шуток не понимаешь!
– Мне не до шуток! У меня сейчас проблемный клиент. И что с ним делать, я пока ума не приложу!
– Не печалься, добрый молодец, Фоэль поможет тебе! – заунывным голосом начал демон, видимо подражая былинным сказителям, а затем добавил уже нормальным тоном: – Серьезно! Я спрячусь рядом, а если что, шепну тебе на ухо пару советов. Может, на что и сгожусь.
Маг неуверенно кивнул головой, соглашаясь с предложенной помощью.
 
Глава 3. Страждущий не обрящет
 
– Я вам не верю! – воскликнул посетитель с самого порога с таким видом, как будто находился на демонстрации, и наступила его пора прокричать воодушевляющий лозунг. – Не верю, так и знайте!
Но в то же самое время тот настрой, который он опубликовал перед входом в мастерскую, не помешал ему воспользоваться приглашением и разместить себя на кресле для посетителей, позволив собеседнику поточнее узнать, кому тот не верит, во что тот не верит. А самое главное – зачем или для чего нужно было декламировать все это ДО начала разговора.
 
Маг уселся напротив посетителя и всмотрелся в его тусклые, ничего не выражающие глаза. Казалось, что вся суть человека отразилась на его внешности, не оставив внутреннему миру ни капли смысла – именно поэтому его «зеркало души» было пустым и безжизненным.
Перед магом восседал плотный, можно сказать, толстоватый мужчина немного старше средних лет, неряшливо одетый, с пухлыми суетливыми пальцами, которые, как могло показаться со стороны, вязали невидимыми спицами какую-то невидимую пряжу.
– Позвольте представиться, меня зовут… – начал маг, но собеседник, быстро и как-то нервно подняв руку вверх, грубо остановил его.
– Мне не важно, как вас зовут и какие у вас звания и регалии, – произнес он фразу тоном, который он избрал с самого начала разговора – крикливым, недовольным и раздраженным. Казалось, что ему уже чем-то обязаны или что-то должны, и явно затянули с выплатами.
Странник откинулся на спинку стула, положил ногу на ногу и обхватил колени руками, сомкнутыми в замок. Он молчал, давая возможность собеседнику сформулировать все, с чем он пришел к магу. Спорить и пытаться перебивать бессмысленно. Нужно просто ждать и в определенный момент сделать правильный шаг, перенаправив этот поток бурного идейного хаоса в нужное русло.
Собеседник несколько минут пространно и неконкретно рассказывал о том, кому и почему он не верит, и почему он прав в своем неверии. И, казалось, смог донести свою мысль до оппонента. Но вдруг маг быстро встал и решительно направился к двери, чем ввел в некоторое замешательство гостя. Но еще большее замешательство вызвал жест мага – он открыл входную дверь и спокойным, скучающим тоном сказал:
– Приятно было познакомиться. Рад, что уделили мне время. А теперь – всего доброго!
Собеседник выпучил глаза, и на несколько секунд в комнате воцарила кромешная тишина, прерываемая только ходом часов, отмеряющих тягостные секунды ожидания. Если бы в ней была муха, то звук ее полета был бы оглушающим. Но мух не было – был только посетитель, который недовольно запыхтел и заерзал на стуле, как будто собрался пустить корни и остаться здесь до того момента, который был определен именно им.
– Вы неправильно меня поняли! – воскликнул посетитель, явно не собираясь никуда уходить. Но маг молчал, безмолвием и тишиной как бы заставляя собеседника вернуться в исходную точку разговора.
– Меня зовут Стефан Крайнц, – наконец сказал гость, видимо, вспомнив правила приличия или просто решив поменять схему общения.
На этой фразе маг молча, не проронив ни слова, вернулся и сел за стол, находящийся на некотором отдалении от места, где обычно шел прием, и внимательно посмотрел на гостя. И только когда тот начал ерзать на стуле, как бы выискивая нужное положение тела, или поняв, что корни пустить не получится, произнес:
– Меня зовут Странник. Чем я могу вам помочь?
– Видите ли, господин Странник, – начал свой рассказ господин Крайнц уже более спокойным и даже в некоторой степени заискивающим тоном, – я не верю в магию!
– Прекрасно, – улыбнулся маг, – тогда зачем вы пришли ко мне на прием? У вас есть лишние деньги и время, для того чтобы донести эту мысль напрямую?
Маг ухватил самую суть вопроса, поскольку собеседник неожиданно перестал ерзать и застыл как египетский сфинкс.
– Причем тут деньги? – удивился он, раздраженно передернув плечами.
– Прием стоит денег. Помогу я вам или нет – вы все равно заплатите за то время, которое я на вас потратил.
– Это нечестно! – взвизгнул господин Крайнц, но не двинулся с места, продолжая смотреть на мага.
– Почему? – удивился маг. – Вы же платите врачу за консультацию? Вы платите юристу за его советы? Я могу еще долго продолжать список профессий, представители которых ценят свое время. И посетители оплачивают именно время, а не тот результат, к которому они стремятся.