Неженка и космодесант (СИ)

Слышу гулкий стук сердца. Не моего, но в том же оглушающе-бешенном ритме.
Единственное, что я вижу довольно четко — это широкие плечи и подбородок Рэя. который несет меня на руках. Рядом, примеряясь к его шагу, не отстает Шэор.
Я с трудом могу представить скорость, с которой они двигаются: пространство вокруг смазывается до размытых цветных полос. Мои волосы совершенно растрепались, развиваются сзади, словно подхваченные мощным порывом ветра.
  
Оба военных коротко вдыхают и синхронно шумно выдыхают, пока мы движемся по коридорам космического корабля.
Прикрываю глаза, ощущая, что от запредельной скорости меня начинает мутить, и уже через несколько мгновений чувствую, как мужчины замедляются, слышу, как Шэор глухо произносит:
— Поставь ее на ноги, Рэй. Ей ничего не угрожает. Она теперь может идти сама.
— Я отнесу ее в медицинский отсек, — стоит на своем Рэй, не отпуская меня.
— Не думаю, что капсула — это хорошая идея, учитывая как она отреагировала на комбез, — в голосе Шэора звучит сомнение.
— Ты же сам сказал, что это была программа самоуничтожения, — упорствует светловолосый. — бартийцы хотели расправиться с ней!
— Да, похоже на то, — произносит Шэор задумчиво, — Ладно, убедил! Давай в медкапсулу ее, сначала проведем диагностику.
По окружающей обстановке я могу понять, что мы, вероятно, покинули корабль моих похитителей и сейчас находится на другом.
Пока мы двигаемся по его широким серо-голубым коридорам, Рэйнэн убежденно заявляет:
— По сути, реакция этой землянки на комбинезон, выдала замыслы бартийцев уничтожить все. Скорей всего, ты прав, и их корабль также заминирован.
— Думаю да, — признает Шэор, — у ребят есть три четверти минимального оборота, чтобы разминировать все и выйти из теневой зоны.
Недолгий обмен репликами прекращается, когда мы заходим в небольшой отсек, посреди которого я замечаю горизонтальную стеклянную капсулу с откинутой крышкой. Она намного больше тех, которые были в трюме у работорговцев.
Рэй аккуратно опускает меня в капсулу, и я немедленно погружаюсь в приступ паники, стоит ему закрывает меня сверху куполом стеклянной крышки.
Мечусь в ней, как ошпаренная. Сердце, кажется, сейчас выскочит из груди и пробьет прозрачные стены, окружающие меня со всех сторон.
Страшно! Мне очень страшно! Перед глазами встают похищенные землянки, обнаженные, с распахнутыми пустыми глазами, словно куклы, погруженные в неизвестную и опасную жидкость, которая может их модифицировать по прихоти работорговцев и их заказчиков.
Пугающая мысль обжигает сознание.
Может быть, те, кого я приняла за спасителей, совсем ими не являются?
Сейчас закроют меня в капсуле и обездвижат, зальют каким-то раствором.
Слишком все напоминает мне то, что происходило со мной и другими похищенными девушками на космическом корабле работорговцев.
С чего я только взяла, что Шэор и Рэй — другие? Зачем им меня спасать?
Глухое отчаяние разъедает мозг, словно кислотой.
Они ведь точно так же со мной поступают, как и те, что украли нас с Земли: Раздели догола, утащили куда-то, не спрашивая моего мнения, засунули в стеклянную капсулу и захлопнули крышку!
Рэй обеспокоенно смотрит, как я кричу внутри и отчаянно тарабаню по крышке кулаками. От боли и бессилия что-либо изменить из глаз катятся крупные слезы.
Десантник в ту же секунду распахивает крышку:
— Лиля! Лиля! — несколько раз окликает он меня по имени, — тише, тише! Не бойся! Я рядом, все хорошо! — Произносит он мягко.
Я опешив от нежности в его голосе, которая никак не вяжется у меня в голове с его мрачным выражением лица и сведенными на переносице бровями, замолкаю.
При желании он может меня раздавить как букашку, а с его скоростью — я даже пикнуть не успею, как все будет закончено, и от меня останется мокрое место.
Не успеваю додумать свою мысль про исходящую от Рэя опасность, как в то же мгновенье чувствую, что ложе подо мной слегка прогибается под его коленом.
Он аккуратно сдвигает меня своими лапищами немного в сторону, освобождая место для себя. Ложится рядом, на бок, вжимаясь спиной в прозрачные стены.
Мельком бросаю взгляд на стоящего рядом Шэора, как он закатывает глаза на поступок Рэя, и через несколько секунд укрывает меня невесомой тонкой простыней, старательно отводя взгляд. После чего опускает крышку капсулы вниз, отрезая нас с Рэем от всего мира.
Странно, но я больше не оущущаю страха, одно лишь легкое волнение и удушливый стыд от того, что Рэй так близко, вжимается в меня, ограниченный пространством капсулы.
Он часто глубоко дышит, не контролируя свое дыхание. Его грудь высоко вздымается, и я то и дело скашиваю глаза на это зрелище, хоть изо всех сил и стараюсь смотреть только в потолок.
Распахнув глаза, резко ощущаю, как в мое обнаженное бедро упирается что-то твердое. Изо всех сил стараюсь убедить себя, что это бластер, которым он целился в меня. По крайней мере, это “что-то” такое же огромное, твердое и пугающее.
У меня перехватывает дыхание.
Рэй громко выдыхает сквозь зубы. Мягко успокаивая меня, произносит:
— Лиля! Тш — ш-ш! Все хорошо! Постарайся не шевелиться! Я рядом, не бойся! Тебе нечего боятся. Это просто медицинская капсула.
Но его голос срывается и хрипит, и это производит на меня совсем не успокаивающйи эффект, а наоборот! Кровь закипает, несется по венам бурлящим потоком, пульс ускоряется.
Я стараюсь отодвинуться от него, но эти делаю только хуже для себя. Он крепко фиксирует меня рукой и закидывает на мои ноги сверху свою. Теперь мне не пошевелиться, а что-то твердое упирается в мое бедро еще отчетливей.
Я покорно замираю рядом с ним. От него пышет жаром. Мы еле умещаемся в этой капсуле, лишь на первый взгляд показавшейся мне просторной.
В голове мечутся вспышками обрывки мыслей: что он собирается сделать со мной? И зачем полез в медицинскую капсулу с бластером?
  
Глава 11
 
Стекло медицинской капсулы идет сетью огней, мелькающих, меняющих цвет, бегущих странными узорами и рваными линиями.
Мы молча лежим рядом, пока крышка капсулы не отщелкивается. Только тогда я поворачиваю голову к Рэйнэну, и натыкаюсь на его внимательный взгляд потемневших глаз, тону в их непроглядной черноте с золотыми всполохами-точками.
Рэй прикрывает веки на мгновенье, словно хочет спрятать от меня свою темноту, и тут же первым молниеносно выбирается наружу. Подает мне руку, тянет вверх, помогая сесть внутри капсулы.
Однако останавливает меня, когда я тоже хочу выбраться из нее:
— Погоди! Не торопись! Уже отчет о твоем состоянии здоровья печатается.
В ту же минуту оборачивается в экране, по которому бегут строчки отчета, вчитывается в них и хмурится:
— Ты падала? Два ребра сломаны. Тебе очень больно?
Тянет ко мне руки, словно хочет пощупать все ли ребра у меня в порядке. но словно спохватывается, замирает на половине пути.
— Меня Гвайз пнул, скорее всего от этого, — еле слышно сознаюсь я, растерявшись от его порыва.
— Ты знаешь их имена? — включается в разговор Шэор.
— Только троих. Они звали друг друга по именам. — перевожу на него взгляд.
Рэй кивает Шэору, чтобы тот тоже глянул появившиеся результаты отчета. Но Шэор не двигается с места, так и стоит, где стоял все это время, и сверлит меня глазами, словно внутри него есть сканер помощней и чувствительней, чем в медицинской капсуле.
Я стараюсь натянуть простыню повыше на груди, обнимаю себя руками.
Рэй еще больше хмурится, видя, как я морщусь от боли в ребрах, когда двигаюсь.
  
— Я сейчас настрою медкапсулу под твои параметры, оставайся внутри, полечим тебя. Скоро станет полегче, Ли-ля! — он словно перекатывает мое имя на языке, а потом говорит, мягко улыбаясь: — Я обещаю!
И снова подмигивает мне своими невероятными глазами, меняющими цвет.
Укладывает меня обратно, и опускает крышку со словами: