Амина-кислота

– И как успехи? – спросила Маша.
– Честно говоря, не очень, – улыбнулся я, – я просто пытаюсь сориентироваться, куда нам нужно стремиться, чтобы найти выход отсюда. Ведь наша основная цель, убраться с этого острова… и «Мечты» и вообще.
– Но для этого нужно вылезти из-под земли, – с пониманием кивнула Маша.
– И желательно не как в прошлый раз, посреди их города. Оттуда выбраться будет сложно, – сказал я, – но я уверен, что какие-то неучтённые и неконтролируемые дырки должны остаться. Ну не может их не быть.
  
– Проблема только их найти! – сказала Маша.
– В точку! – кивнул я, – но, поскольку мы не знаем, как это сделать, то эта задача отходит на второй план.
– А что же на первом? – удивилась Маша.
– На первом нам нужно так же, как в прошлый раз, найти укромное место и восстановить запас Маны. Если они нас потеряли, на что я очень рассчитываю, то после острой фазы поисков, они пойдут на спад. И я очень надеюсь, что мы найдём такое место, где эту самую острую фазу сможем пересидеть.
– А потом? – спросила Маша.
– А потом, при полном потенциале и заряженные маной до макушки, начнём аккуратно искать выход, стараясь не заявлять о своём присутствии. Было бы идеально, если бы они думали, что мы сгорели в том пожаре, но они не такие дураки, чтобы в это поверить. Да и останки должны быть, а их они не найдут. Если не получится напасть на наш след, через некоторое время им не останется ничего, кроме как думать, что мы сбежали. Может телепортировались, мало ли? Вдруг был у нас такой дар в загашнике? – сказал я, – ну не смогут они бесконечно нас искать, тратя на это всё время и все силы.
– Но этот план сработает, только если мы найдём такое место, верно? – спросила Маша.
– Да, и эти заброшенные коммуникации вселяют в меня надежду, что такой шанс есть. Я уверен, что они знают про все эти места. Но не будут же они патрулировать их круглосуточно всем городом. Так что, всё упирается в укромное место. И пока у нас ещё есть небольшая фора, нужно посвятить её поиску такого места, – сказал я.
– Так чего же мы ждём? – спросила Маша, – время-то идёт!
– Мы думаем, рассуждаем, планируем, – сказал я, – у меня тоже нет готовых ответов на всё. Сейчас, разговаривая с тобой, я и для себя тоже многое понял. Только сейчас у меня картинка в голове более-менее сложилась, и стало понятно, что делать. Но ты права, стоять на месте смысла нет. Нужно двигаться.
Из зала было много выходов. У нас не было никаких предпочтений, куда именно идти. Поэтому мы начали обходить эти проходы справа налево, думая, что может быть, они сами подскажут нам куда лучше идти. В общем, мы хотели увидеть какой-нибудь знак или подсказку.
Меня заинтересовал пятый по счёту проход.
– Что в нём хорошего? – спросила Маша.
– Ничего, – сказал я, – именно этим он меня и привлёк.
– Поясни мне свою мысль, а то я что-то не понимаю… – потрясла головой Маша.
– Тут, конечно, всё заброшенное и запущенное, но именно этот проход выглядит самым невостребованным, – сказал я, – какие-никакие, а следы пребывания людей везде встречаются, пусть и очень старые. А этот выглядит так, как будто сюда вообще никто и никогда не ходил… во, смотри, даже тенёта поперёк входа висит. Так и манит меня этот коридор, так и манит.
– Я не против пойти туда, – сказала Маша, – у меня своих предпочтений никаких нет!
После нашего побега и освобождения от ошейников я заметил, что Маша стала мне больше доверять и не пытается вопреки моим предложениям продавить свои. Наверное, эти несколько успешно организованных мной манёвров, добавили мне авторитета в её глазах, и она теперь во всём стала полагаться на меня. Это было неплохо, не придётся лишний раз спорить по пустякам.
– Только давай очень осторожно, – сказал я, – нужно постараться, чтобы на полу не осталось отпечатков нашей обуви, и тенёту желательно не повредить. Пусть всё будет нетронутым, если икать нас будет кто-то дотошный и внимательный.
– А если невнимательный, то это не сыграет роли, верно? – улыбнулась Маша.
– Верно, но мы всё равно об этом позаботимся! – сказал я.
Этот коридор, как и зал, носил много следов на своих стенах. Отверстий от крепежей было просто море. Но все они зияли пустотой.Мы прошли через пустой дверной проём как могли аккуратно и двинулись дальше.
Постепенно в коридоре появился заметный уклон вниз, и влажность, которая и так на этом уровне была высокая, стала ещё более заметной. На стенах появился заметный конденсат, пол под ногами тоже стал влажным. Честно говоря, меня это немного озадачивало.
– «Остров Мечты» стоит ненамного выше уровня реки, – сказал я, – мне кажется, что большая часть подземных коммуникаций находятся ниже уровня воды. И подземная парковка в том числе. И мы сейчас тоже должны быть ниже.
– Это ты к чему? – слегка томным голосом сказала Маша, потому что я заряжал её на ходу, чтобы не терять времени, и она немного прибалдела.
– Влажность высокая. Думаю, не придём ли мы сейчас к какому-нибудь затопленному участку? – сказал я, – а то ведь может получиться так, что придётся возвращаться!
– Хочешь вернуться и выбрать другой коридор? – спросила Маша.
– Да нет, раз уж идём, то нужно посмотреть, где окажемся. Так-то мне всё нравится. Как будто мы в самом деле забираемся в такую дыру, где нас никогда не найдут! – сказал я.
– Да уж, самим бы потом суметь выбраться, – сказала Маша сакраментальную фразу, которая уже всплывала во время наших злоключений.
Да, здесь было важно не перехитрить самим себя и не загнать в такую дыру, из которой мы потом сами не сможем выбраться. Но приходилось рисковать, деваться было некуда. Если нас найдут, то в лучшем случае продолжится эта канитель в лабиринте с непонятным финалом в итоге. А то, что может быть в худшем, не хотелось даже и думать.
Коридор стремительно деградировал. Он постепенно превращался в пещеру, и это было явным свидетельством вмешательства магии. Я видел недавно нечто подобное на базе Тритона. Значит, эти подземные коммуникации, в самом деле, перенесли сюда искусственным образом. Резервная игровая зона? Вполне возможно!
Вскоре до нас долетел звук льющейся воды. Странно, но ладно, идём дальше.
Через некоторое время мы вышли в пещеру с небольшим водопадом. Вода падала в небольшое озерцо, и оттуда ручьём убегала в трещину скальной породы. Куда? Вопрос интересный, если мы ниже уровня реки на полуострове. Но я не геолог, или кто там это изучает, так что, какая разница?
Мы остановились на небольшом выступе, где-то на середине высоты пещеры. Внизу было озеро, вверху полукруглый свод.
– Уютненько, но сыроватенько! – сказала Маша.
И она была права, влажность здесь просто зашкаливала. Причём было довольно прохладно.
Я давно заметил, что грязь с налипшими перьями, в которой мы были полностью вымазаны, и которая к этому моменту уже подсохла и превратилась в корку, что иногда отваливалась целыми кусками, стала отсыревать. Теперь она снова была почти мягкой, и перья от влаги тоже начали слипаться.
Я поскрёб свою руку, проверяя, как это всё на мне держится, и грязь стала размазываться.
– Сполоснёмся? – с надеждой спросила Маша, заметив мой жест.
– Даже не знаю, – сказал я, – тут прохладно, что наводит меня на мысль, что и вода в озере не очень комфортная для купания. Но это ерунда, это можно перетерпеть. Проблема в другом. Мы в бегах, а раздеться и плескаться в озере, это максимальная беспечность и беззащитность. К тому же нам необходимо простирнуть одежду, потому что львиная часть грязи, которую мы таскаем на себе, впиталось в неё. Но устраивать постирушки, это вообще за гранью. А потом что? Ходить в мокром? Или ждать, пока одежда высохнет? Но где? Прямо здесь? И сколько она будет сохнуть при такой влажности, неделю?
  
– Вот сейчас я тебя совсем ненадолго, но снова возненавидела. Как можно так безжалостно было разрушать мои надежды? – сказала Маша.
– Лучше отрывать пластырь одним рывком, – сказал я.