Гроза над озером (СИ)
Рыцарь выговаривал на ходу, унося Гримницу в свои покои. Та не сопротивлялась, слегка оглушенная всем происходящим. Не хотелось тратить силы на бесполезные споры (чего там уже спорить, если главное сделано?), хотелось прижаться к широкому плечу и уснуть. И пусть сильнее мужнины руки обнимают покрепче, отгоняя недобрые мысли и сны.
Они и обнимали. Уложив княжну в постель, Арне лег рядом, всем своим сильным телом прижавшись к ней, словно боясь потерять. То, как Гримница сейчас цеплялась за него, разительно отличалось от ее молчаливого сопротивления сегодня вечером, и мужчина не смог устоять. Позабыв о том, сколько сил сегодня потратила княжна, о своем желании выспаться, об опасностях, подстерегающих их за стенами старой крепости, он вжимался в мягкое женское тело. Беря и даря, Арне молча показывал жене, как дорога она стала для него за недолгое время их знакомства. И в какие-то моменты ему казалось, что княжна понимает то, что он хочет сказать, но не умеет пока облечь в слова.
Рыцарь проснулся ночью, некоторое время прислушиваясь в непривычной обстановке. Потом вспомнил, что они сегодня впервые ночуют в новом доме. Гримница тихо сопела под боком, умиляя своей привычкой сворачиваться калачиком, утыкаясь носом в его плечо. Полюбовавшись на спящую жену, Арне тихо хмыкнул, поправляя на ней сорочку, и осторожно спустил ноги с кровати. Посидел так немного, впервые с начала похода наслаждаясь ощущением гладкого дощаного пола под босыми ступнями, потом встал и прошел к небольшому окну.
Некоторое время Арне смотрел на залитый лунным светом двор, на небольшой костерок, горящий в углу у караульной башни, на "своих" вендов, двумя группками расположившихся у стены… Усталость, вопреки ожиданиям, не сводила мышцы, словно и не было недавних скачек по лесам. Теплый ветер пах травами и медом, навевая мысли о свежем покосе. Рыцарь вздохнул, вспомнив, как выходили они с братом в луга, помогая мужикам, спешащим выхватить погоду до наступления овечьих холодов.
Подумав, с каким удовольствием он закинул бы сейчас на плечо тяжелую косу, Арне сел на лавку, обулся и застегнул на поясе широкий кожный ремень с притороченными ножнами. Снова вздохнув о том, что с сенокосом пока придется подождать, Арне привычно пошел проверять караулы.
— Что, не спится? — Участливо спросил его Каи, с которым они столкнулись возле лестницы у подножья стены. — Даже молодая жена не помогает?
— Караулы надо б проверить… — Неопределенно ответил Арне, не желая вдаваться в подробности.
— Да проверил я их только что. Ну-у… — Он замялся, подыскивая слова, а потом сказал как есть. — В общем, фон дер Эсте, ты сам штурмовал этот замок…
— Будем надеяться, что до штурма дело все-таки не дойдет, — нахмурился Арне.
— А я бы, наоборот, надеялся, что дойдет. — Рыцарь внимательно посмотрел на друга, но Каи, кажется, не шутил. — Пока мы с Йенсом здесь, легче разбить врага одним махом, чем потом с малым отрядом гоняться за ним по лесам.
— И то так. — Арне вздохнул. — Увы, дружище, но тут мы можем только ждать. Ума не приложу, что еще нужно сделать, чтобы выманить этих поганцев из норы.
— Умгу, все, что мог, ты уже сделал, куда уж больше. — Каи помрачнел, — Знал бы ты, как меня это злит.
— А уж как это злит меня… тебе брат когда еще людей пришлет, а у меня там урожай созревает, сестру замуж выдавать пора, тут надо поместье к зиме готовить… Я даже боюсь сейчас Тиза по ярмаркам посылать, сам понимаешь: обоз с товаром разграбить — милое дело.
Приятели еще немного прошлись вдоль палисада, осматривая обстановку в крепости.
— Слу-ушай! — Внезапно остановился Каи, придерживая Арне за рукав. — А чего ты сестру за кого-то из наших не выдашь? Мы же теперь все — владетельные господа. — Он подмигнул. — Вон, хоть за того же Йенса, что ли. Или сговорился уже с кем-то?
— Да какой-там сговорился. — Арне раздраженно махнул рукой. — Сам же знаешь, что одной древности рода мало, приданное нужно. А у нас в околице, как назло, сразу несколько невест "наспело". Вот и перебирают холостяки, у той лицо белее, у той родня знатнее, у той сундук тяжелее…
— И побеждает, как обычно, сундук. — Понятливо покивал Каи. — Так ты насчет Йенса подумай. Он парень неплохой, рыцарь хороший, хотя и не сильно зажиточный.
— А сам-то что? — Нарочито подозрительно прищурился Арне, улыбаясь. — Сам не хочешь, а бедного Йенса сватаешь?
— Так меня-то самого уже давно просватали. — Каи вздохнул. В темноте было не очень понятно, то ли он и правда не в восторге, то ли, как обычно, дурачится. — Брат договорился. Правда, боюсь, продешевил, он же младшему, не наследнику безземельному, невесту подбирал.
— С сундуком? — попытался поддеть Арне приятеля и тут же понял, что нечаянно попал по больному.
— С сундуком. — На этот раз Каи был необычно серьезным. — Только и того, что с сундуком. И отказаться нельзя, обещал же. Только и могу, что подольше свадьбу откладывать.
— А зачем откладывать? — Уже намного серьезнее спросил Арне. — Брат тебя любит, сам знаешь. Совсем старуху или уродину сватать бы не стал. А "новые" деньги к новым землям как нельзя кстати подойдут. Тем более, здесь, когда от соседа до соседа полдня скакать надо, некому будет твою жену предками попрекать. Кстати, кто они у нее?
— Торговцы солью из Люнборга. — Каи брезгливо поморщился. А Арне, наоборот, завистливо присвистнул.
— Так чего ж ты тянешь, дурак? С нашими ли кошельками от такого тестя отказываться? А жена… Ну, что "жена"… ты за последний год как часто дома бывал?
— Да уж. У самого-то тесть… — Хмыкнул Каи, успокаиваясь и снова возвращая лицу привычное насмешливое выражение. — Ладно, поговорить — это хорошо, но у тебя хоть крепость есть. А куда я жену приведу? В крестьянскую хату?
— А ты был уже в своем поместье? — Живо поинтересовался Арне. И тут же хлопнул себя по лбу. — Ну что я спрашиваю?! Конечно, не был, замотался тут, мне помогая.
— Ничего, успеется. — Каи остановил друга, не давая рассыпаться в дальнейших благодарностях. — Сейчас мы поможем тебе, потом ты поможешь нам. Вместе место для бурга выберем, зимой дерево заготовим, потом укрепления поставим…
Так беседуя, рыцари присели возле стены, найдя более-менее укромное место. Их заветная мечта, получить новые земли и связанное с ними богатство, сбылась. Теперь приходило осознание, сколько труда придется вложить, чтобы эти земли действительно стали принадлежать им. Пока же, прислушиваясь к звукам, раздающимся из ночного леса, мужчины чувствовали себя сродни мальчишкам, впервые выгнавшим коней в ночное.
На рассвете, едва солнечные лучи окрасили розовым горизонт, дед Соберад взял дерюжку, которой прикрывался в эту ночь, закинул на плечо косу и потопал к воротам.
— Куда тебя несет, отец? — Уважительно, помня наставления командира, обратился к нему один из караульных. — Прямо разбойникам в пасть?
— Ты, "сынек", за меня не переживай. — Отмахнулся от такой заботы дед. — Где там твои разбойники, я не знаю. А вон там скотина голодная стоит, коровку кашей из котла не накормишь.
— Так а если нападут? — Не сдавался парень. — Убьют ведь.
— И что? — Скептически прищурился дед. — Ну, нападут. Ну, убьют… Нашел чем пугать.
Это презрение к смерти, не нарочитое, не показное, достаточно впечатлило парня, чтобы приоткрыть ворота. Внимательно оглядеть окрестности перед этим он, правда, не забыл, чем вызвал одобрительный кивок деда.
— Радко! Ты куда, перуньскый поджутку? — Баба Зоряна уже спешила следом, на ходу поправляя платок.
— Да я споро обернусь, кохане, — попробовал отмахнуться от нее дед, но не тут-то было. Зоряна упрямо топала следом, перекинув через плечо вторую дерюжку.
— Вот так-то, сынек, — развел руками дед, поймав на себе вопросительный взгляд солдата. — От жены тебя и боги не спасут.
Эта негромкая перепалка разбудила Арне, прикорнувшего там же, у стены, в ожидании штурма. Встав, он с наслаждением потянулся, внимательно оглядывая двор. Убедившись, что за время его сна ничего важного не случилось, рыцарь пошел к колодцу, где уже суетились пара солдат, черпая воду для коней.