Первый свиток. Император (СИ)

Эскадра старшего Лонгина очистила за сорок дней западные районы моря. После этого, базируясь на Сицилию, Мелит (Мальту) и порты провинции Африка, Гай Кассий Лонгин перекрыл путь пиратам на запад. Одновременно он контролировал свободу поставок зерна из этих провинций. Луций в это время, вместе с союзными эскадрами Родоса и Афин, начал чистить восточные воды Средиземного моря, в том числе у берегов Крита и Азии. Последующее восстановление торговли и поставок в столицу вызвало восхищение дуумвирами флота, как у бедноты, уже готовой поднять мятеж из-за высоких и постоянно до того возраставших цен на продукты, так и у римской знати, оценившей изящество и скорость решения проблем.
Теперь оставался последний и решающий шаг в борьбе за «наше море». Если Луцию удастся окончательно зачистить остатки киликийских и критских пиратов, то на какое-то время проблема пиратства будет решена. Конечно, Луций Лонгин не думал, что ее удастся решить полностью и навсегда. Плесень, заводящуюся в доме, надо убирать постоянно, иначе она затянет все вокруг. Имелась у него надежда, что удастся избежать длительной гражданской войны между Помпеем и Крассом. Тогда флот будет вовлечен в войну минимально и сохранит контроль над морем, продолжая уничтожать возникающие пиратские шайки. Тогда все будет, как с преступниками, которых постоянно отлавливают милиционеры, не давая бандитам и грабителям терроризировать граждан… Только бы сенаторы не вмешались, посчитав, что пиратской опасности больше нет и флот можно распустить.
Эскадра Луция Кассия Лонгина, усиленная отрядом родосских кораблей, двигалась к побережью Киликии. Навстречу ей в море вышла огромная армада пиратских кораблей — от нескольких трирем, до бирем, миопарон и даже крупных лодок. Флот пиратов превосходил римский по численности как минимум вчетверо, но основные их корабли были намного меньше и слабее даже римских либурн, не говоря уже о галерах. Но в стане «киликийцев», среди которых коренных киликийцев было около половины, царило воодушевление. При таком превосходстве в силах они просто обязаны победить римлян и отомстить за все поражения.
Огромный пиратский флот, выстроившийся полумесяцем, с «рогами» направленными в сторону римлян, медленно, сберегая силы гребцов, двинулся в атаку. Римляне шли несколькими колоннами, пользуясь попутным ветром, на парусах. Родосцы стояли в центре, а на левом фланге расположился отряд во главе самим дуумвиром. Первыми вступили в бой фланги. На которых пираты сосредоточили все миопароны, рассчитывая за счет их скорости и маневренности охватить фланги римлян. Но оказалось, что римские униремы не только превосходят миопароны в скорости, но и нисколько не уступают в маневренности. К тому же за счет большего водоизмещения на них удалось разместить метательные машины и намного больше солдат. На атакующие кораблики пиратов обрушился град камней, стрел и болтов гастрафетов, их забрасывали огненными зарядами из баллист или били в борт таранами маневрирующие даже под парусами римские галеры. Если же им удавалось сцепиться в абордаже, то пиратов встречали не наемники и слабо вооруженные матросы купеческих судов, а профессионально подготовленные морские пехотинцы. Тем временем в центре пиратские биремы и триеры, и родосцы маневрировали, стараясь таранить друг друга или сцепились в абордажных схватках. Казалось. Еще немного, еще усилие — и греки побегут. Но тут в схватку вступили фланговые отряды римлян, разбившие фланги пиратского войска…
Разгром был такой, что из всего флота спаслось не более трети из самых скоростных кораблей, либо корабли самых хитрых капитанов, поспешивших выйти из боя сразу. А при появлении погони поднявших сигналы сдачи…
Коракесий, неприступная крепость на высокой скале, лишился почти всего своего гарнизона, ушедшего в бой на кораблях в качестве морской пехоты. Поэтому, когда в гавань вошли корабли римлян, киликийцы сдались без боя…
Всего, по позднейшим подсчетам, было уничтожено до двенадцати тысяч пиратов и почти тысяча триста их корабле. Чуть больше пятисот кораблей захвачено, а почти двадцать тысяч пиратов сдалось в плен. Их руководителей казнили. А пленных расселили в опустевших во время войны с Арменией городах Киликии и в Греции.
  
Луцию Кассию Лонгину Сенат вынужден был разрешить триумф. После чего ему присвоили звание дукс классис и назначили постоянным командующим флотом Республики…
 Третья Митридатова Война. Начало 
Третья Митридатова Война. Начало
685 г. — 686 г. ab Urbe condita
Понт — это мое
Митридат VI Эвпатор
Митридат, царь Понта,
человек, которого нельзя ни обойти молчанием,
ни говорить о нем без внимания,
в войне изощренный,
славный доблестью, а подчас и воинским счастьем,
всегда великий духом,
вождь в замыслах, воин в бою,
в ненависти к римлянам — Ганнибал…
Веллей Патеркул, римский историк
Как и ожидал Помпей, стоило Никомеду умереть, как началось повторение истории Первой Митридатовой войны. Митридат быстро собрал армию. Понтийские полчища вторглись в Вифинию и пошли на Запад. Снова жители Анатолии ждали их, как освободителей. Как доносили Помпею доброжелатели: «всю малую Азию охватил приступ прежнего недуга, ибо то, что она терпела от римских ростовщиков и сборщиков податей, переносить было невозможно».* А с юга союзной римлянам Каппадокии и недавно подчиненной Киликии угрожали войска Великой Армении и надеяться на вспомогательные контингенты этих стран не стоило.
* Цитата из историка Аппиана
Но уже переправившийся в Вифинию из Византия с несколькими римскими когортами и ауксилариями, поддерживаемый эскадрой под командованием наварха Рутилия Нудона, претор Котта, рассчитывая стать правителем новой и весьма богатой провинции, решил выступить против Митридата. Его армию, неоднократно битую римскими войсками, Котта считал небоеспособной толпой варваров, хотя сам никакого военного опыта не имел. Первоначально, устроив несколько укрепленных лагерей, он попытался задержать понтийские войска на подступах к столице Вифинии Никомедии. Однако войска Митридата, хотя и походили на прочие азиатские армии пестротой состава, кроме численности отличались еще крепкой дисциплиной и отличной подготовленностью. Кроме того, бежавшие в Понт римляне — марианцы помогли до войны изучить римскую тактику и подготовить войска к борьбе с легионерами. Так что ни эти укрепления, ни попытка использовать в решающей битве у города Халкидона манипуляриев эскадры Рутилия Нудона, римлянам не помогли. Войска Котты потерпели страшное поражение, остатки укрылись за стенами Халкидона. Одновременно в Босфор вошел флот Митридата, который разбил до этого небольшой отряд «антипиратских сил» легата Гая Теренция Варрона. Подошедший к Халкидону флот напал на оставшуюся без командования эскадру Нудона, который в это время командовал манипуляриями на суше. И разбил ее, частью затопив, а большей частью взяв корабли римлян на абордаж.
Когда до него дошла весть о катастрофе под Халкидоном, Помпей стоял лагерем в долине реки Сангария, ожидая прибытия из Киликии Второго легиона во главе с легатом Авлом Габинием. Дальше Помпей планировал двинуться на восток, в центральные провинции Понта, обеспечивая оборону Вифинии частями Котты. Но теперь надо было срочно менять весь план кампании. Еще и боевой дух части воинов упал, когда они узнали об итогах сражения, закончившегося эпическим разгромом. В основном это касалось бойцов местных, давно дислоцировавшихся в Азии легионов и ауксилариев. Которые составляли примерно треть армии. Но как такие настроения легко передаются всему войску, Гней Помпей хорошо помнил по Испании. Поэтому он речами и дисциплинарными методами начал наводил порядок в армии. В это время поступили новые сведения.