Месть Слизерина (СИ)

 Было плохо и трудно. У них не было никакого образования, ценящегося магглами, никаких документов, кроме паспортов, никаких полезных навыков... только спесь и обида на весь мир.
 Несколько раз Джеймса избивали до полусмерти, когда напившись в занюханной забегаловке, тот начинал демонстрировать свое истинное отношение к окружающим его людям, ведь даже у горьких пропойц есть ошметки чувства собственного достоинства. Пришлось браться за самую простую черную работу, чтобы было, на что поесть и где поспать: посудомойка, грузчик, уборщик...
  
 Однажды Лили сделала попытку восстановить отношения с Петунией, рассчитывая, что та даст им возможность пожить в нормальном доме, а не в трущобах. Напрасно...
 Неведомые доброжелатели сделали несколько вещей: они помогли Дурслям избавиться от коктейля зелий, плавающих в их крови; сняли комплекс чар, висящий на доме и влияющий на психику и отношение к окружающим, а также к некоторым специфическим вещам и явлениям; кроме того, прислали газеты и дали полное описание всего, что происходило с ними, с Гарри, и с окружающим миром в течении этих лет. Особенно подчеркнув роль Лили и Джеймса в этой истории.
 Петуния была в ужасе. Она любила своего сына всем сердцем, для нее такая ситуация была просто кошмарной. Сейчас, когда на них не давили зелья и чары, Дурсли были в шоке, как от своего поведения, так и от поступков окружающих, Петуния даже несколько раз ходила в церковь и ставила свечи за упокой души своего племянника, откровенно раскаиваясь за все, что было.
 Явление блудной сестры спровоцировало взрыв. Женщина высказала ей все, что думала по поводу ее поступков, с точки зрения матери, и выгнала с порога пинками.
 На следующий день семья получила посылку, где был целый комплекс зелий, помогающих восстановить работу сердца, нормализующих давление и помогающих снизить вес, а также поправить здоровье, и письмо, где подробно описывался эффект, правила приема, а также клятва, что ни одно зелье не навредит.
 Через несколько месяцев Петуния не могла налюбоваться на свою семью: Дадли и Вернон похудели и оздоровились, сама женщина тоже смотрела на себя в зеркало с удовольствием. Ее кожа стала гладкой и упругой, волосы пышными и здоровыми, а на костях наросли прекрасные формы.
 Подарок заставил ее признать, что и от магии бывает польза...
 А Лили вернулась несолоно хлебавши к запойному мужу. Впереди ее ждали только мрак, отчаяние и борьба за выживание, и никакого просвета видно не было.
 ***
 Сириус, что-то бормоча под нос, медленно ковылял по дороге куда-то вдаль. Сознание бывшего Блэка мутилось, то ему казалось, что мертвый Ремус, держа в руках отрубленную голову, наворачивает вокруг него круги. То обвиняюще смотрел Гарри, которого он никогда не воспринимал, как крестника, то появлялся Дамблдор в мантии вырвиглазной расцветки и плясал канкан, дрыгая тощими волосатыми ногами и весело сверкая очками.
 С каждым днем было все хуже и хуже. С момента изгнания Сириус все глубже погружался в подсознание, переставая себя контролировать...
 Он хрипло, лающе рассмеялся и принял анимагическую форму. В ней было легче. Простые, животные потребности... и никаких мыслей. С каждым разом Сириус все дольше проводил в облике пса, и с каждым разом он все неохотнее становился человеком.
 Человеческое гасло, уступая звериному.
 ***
 Стоящая посреди дороги собака вдруг весело залаяла и бросилась за пробегающим мимо кроликом.
 Месть Слизерина. Нерассказанные истории. История 4. 
 История четвертая. Не играй со Смертью в кости... 
 Николас Фламель, всемирно известный алхимик, почетный член множества научных обществ, исследователь и ученый, практически бессмертный маг, и просто муж и отец, понуро смотрел в окно своего замка.
 Замок был небольшим: четыре башни, просторный холл, большой и малый обеденные залы, комнаты хозяев и гостевые покои, а также небольшой зимний сад и алхимические лаборатории в подвалах.
 Небольшой, но уютный.
 Можно было построить и дом, но Николас родился в то время, когда рыцарство цвело пышным цветом, Крестовые походы шли один за другим, а хозяева земель хвастались толстыми стенами своих обиталищ, ревниво пересчитывая количество на них зубцов.
 Замок был отражением статуса, а не просто местом проживания, пусть и более удобным, чем крестьянская хибара или дом торговца.
 Николя вырос в обеспеченной семье, но не титулованной, о последнем оставалось только мечтать... впрочем, для мага, увлекшегося алхимией и трансмутацией, многие двери были открыты... вот только не те, что вели к вожделенной приставке к имени.
 Сильные мира сего с удовольствием пользовались его услугами, щедро оплачивали заказы, но давать даже просто обычный, не магический титул, почему-то не спешили, впрочем, переводить его в дворянское сословие, не стремились тоже.
 Да, он был богат, известен, имел некоторое влияние, но так и оставался простолюдином.
 И для магглов, и для магов.
 Сколько Фламель не пытался, ничего так и не вышло, а сделать попытку получить титул Лорда магии... на это не хватало ни сил, ни храбрости, ни просто банальной дурости и упертости помноженной на самомнение.
 Правда, некоторым образом он таки примазался к аристократии: узнав, что Перренель, которая и так привлекала внимание красотой, является потомком Рода Мракс, тех, в чьих жилах течет кровь великого Темного мага и его не менее известной дочери, он, не задумываясь предложил ей замужество, даже не обращая внимание на ее статус бастарда.
 В его глазах это было несущественно, тем более, зачем об этом знать окружающим?
 Заполучив в свои объятия девушку, оставалось только построить замок, на что у него, в отличие от многих родовитых спесивцев, были средства, что Николя и сделал.
 Это удовлетворило его Эго, так же, как и осуществление его мечты.