Некромантка 2 (СИ)
— Air, аir, Imel’da, хватит… Спокойно. Все хорошо, — он прижался губами к макушке, сжав в объятиях покрепче.
— Да чего хорошего… Находимся неизвестно где, ни вещей, ни денег, убить нас хочет психопат, а Митриша доставить к Ваалаярви… Что я забыла? А. Помогает нам бедный бандит и старый вампир. Чудесная компания подобралась.
Мару замер, остановил руку на плече девушки, поглаживая ее до этого.
— Вампир?
— А ты не знал? — девушка подняла голову и посмотрела на Мару. В его глазах читалось беспокойство и неверие. Он медленно мотнул головой, насколько позволяло горизонтальное положение. — Аргус точно не человек. Справился бы он со мной… Еак же. Древняя развалина, а силы как у китобоя.
— По нему не скажешь…
— Да по вампирам вообще трудно определить, что они вампиры. Пока в глотку тебе не вгрызутся.
— Ты уже встречала их?
— Один раз, случайно в деревне одной наткнулась, когда зачищала от мавок. Но тот, кажется, прятался, поэтому вообще не высовывался и старался не привлекать внимания кого-либо. Я вампира в нем опознала, только когда случайно коснулась его. Он мне помог вытащить из озера труп одного из убитых мавками.
— И ты не тронула его?
Имельда помолчала.
— Нет.
— Почему?
Снова помолчала. Тяжело вздохнула.
— Не знаю. Может, почуяла родную кровь. А может потому, что он никого не убивал. Просто жил в тишине и не хотел, чтобы его трогали. Я ведь туда приехала потому, что люди допустили создание мавки, а не потому, что там вампир драл людей.
Комната вновь погрузилась в тишину, пока Имельда решалась на то, чтобы задать свой вопрос.
— А как ты познакомился с Абраханом?
Мужчина ответил не сразу.
— Когда мое племя истребили, я спасся ценой жизни моей матери. Течение реки отнесло меня далеко от места бойни, а дальше я скитался, пока меня не нашли тиберийцы.
— Тиберийцы? Это… — она напрягла память, но нужная информация никак не хотела всплывать в голове. Возможно, это от горячей руки, что легко поглаживала лопатки.
— Это немногочисленный народ на юге Гишара. Живут в степях, как раз за Zominge Danno — Зубы Земли — так вы их называете. Это довольно дикое племя, если сравнивать их с вааларцами. Они не едят из серебра и фарфора. У них нет железных ванн и каменных домов. Они живут в единении с природой, почитая своих предков. Но как по мне, сами вааларцы не далеко ушли от диких псов. — Он помолчал. Имельда больше не перебивала. — Они нашли меня, приютили в своем племени и вырастили. Они стали моей семьей. А с Ханом я познакомился, когда был подростком. Мы с valrush — другими молодыми войнами этого племени — ушли на охоту и встретили караван людей в степи. Они направлялись в горы, возвращались по сокращенному пути в Ваалар. Точнее, это они думали, что это сокращенный путь. На самом деле проводник, которого они наняли, вел их в нужное ему место, в тупик, где их бы истребили и забрали их вещи и деньги. Мы не стали вмешиваться, просто следили, чтобы они не пришли на наши территории и не принесли вреда. — Мару снова замолчал, переводя дух. Он тоже очень давно не говорил так много слов. А на вааларском и подавно. Подбирать нужные было не просто. — В конце концов, на них напали, как мы и предполагали. Сначала мы не хотели вмешиваться. Но у людей, которые шли через степи был порох и огонь. Там взорвалась лишь одна бочка. Занялись края степей. И они так яростно сражались… Мы… Нам пришлось вмешаться. Хотя я и сам того желал. Лишь позже я понял, что тамошние торговцы это вааларцы. Было поздно начинать их ненавидеть. В той битве я защитил отца Хана, а Хан сражался за меня и моих собратьев, наплевав на то, что видит нас впервые. Мы преследовали разные цели, но объединил нас общий враг. Общими усилиями нам удалось отпугнуть мародеров и даже потушить занявшийся пожар. Они заплатили нам за то, чтобы мы показали им путь и провели через горы. Так и познакомились. Долго притирались друг к другу, но общий путь сделал свое дело. Позже Хан вернулся снова. Так и повелось, он приезжал ко мне в племя, учил язык, на котором мы общались. А потом он и меня к себе привез. Я очень не хотел, но он настоял. Вот такая история. Если очень сократить.
Имельда ничего не сказала, только легко чмокнула в щеку и погладила жесткие волосы. Чтобы сменить грустную тему, ляпнула, что пришло в голову первым.
— А ты когда-нибудь влюблялся? У тебя была пара?
— Опыта в жизни у меня много. Я много чего делал. Но нет. Не влюблялся. Раньше.
Девушка смущенно уткнулась куда-то ему в шею.
— А ты?
Она чуть отстранилась.
— Да, был один человек. Но я его не подпускала к себе, как никого другого. Сам понимаешь из-за чего. И он ушел с моей лучшей подругой. Теперь их нет.
— Умерли?
— В каком-то смысле. Нет, Роза то умерла, а Итан… Долго объяснять… Там мутная история, с которой как раз все и началось… За ним в школу пришли наемники и… — Имельда замолчала, нахмурилась, а потом и вовсе резко села.
В голове вдруг всплыла фраза «Аргус желает тебе долгих лет жизни, Пол». Щелчок. Мысли заработали. Картинка сложилась.
— Что такое?
— Как же я раньше-то не вспомнила?! — она стала выбираться из постели, собирать вещи и натягивать их на себя. — Аргус желает тебе долгих лет жизни… Вот же гад. Почему я сразу об этом не подумала?
Мару тоже сел и стал озадаченно наблюдать за разволновавшейся девушкой. Ее щеки заалели от переполняемых ею эмоций.
— Что случилось?
Она остановилась, накинув на себя рубашку с плеча Мару.
— Аргус! — взмахнула руками, хмурясь. — С него все началось! Черт бы его задрал! — Мару изогнул бровь, по-прежнему ничего не понимая. — Это он послал людей за Полардом!
— За кем?
— Ну, за Итаном, точнее… Черт, как сложно объяснить! Не важно. За ним пришли люди Аргуса в школу, в той суматохе вскрылось все, мы бежали, Митриша забрали! Твою мать… К этому приложил руку Эстрич, — она резко замолчала, думая о своем. Шестеренки в голове крутились с немыслимой скоростью. — Мне нужно срочно поговорить с Аргусом, — она выскочила из комнаты, даже дверь до конца не закрыв. Мару, ругаясь вполголоса и на ходу одеваясь, поспешил за ней.
Девушка вылетела из коридора, откинув полог со своего пути. В зале по-прежнему было сумрачно, за стойкой работал один служка. Аргус восседал на одном из диванов, потягивая тягучий напиток из узкого бокала. Имельда даже не сомневалась, что именно за «напиток» был в бокале. Напротив вампира на диване, спиной к Имельде, почти лежа, сидел Тур, Митриш и какая-то девушка. Они о чем-то мирно беседовали.
Аргус посмотрел на Имельду и сразу понял что-то такое. С него сползла благодушная улыбочка, что скрывала его клыки. Митриш развернулся и высунул нос из-за спинки дивана. Уже хотел что-то сказать, но девушка опередила его, обратилась к вампиру.
— Надо поговорить, — с ходу начала Имельда, приближаясь к их столику и диванам. Она даже не посмотрела на остальных. Она знала, что с ними все в порядке и сейчас ее интересовал лишь Аргус. Ей нужно было выяснить, что стало с ее друзьями. Ей нужно было выяснить, каким образом он связан с Эстричем.
Сзади подошел Мару. тАргус ничего не ответил. Зато в разговор вступила девушка, что сидела на краю дивана. Ее ребра были перетянуты бинтами, а сверху была накинута рубаха.
— Здравствуй, Имельда.
Некроматка хлопнула глазами пару раз и повернула голову к источнику такого знакомого голоса. Уже очень давно она его не слышала, да и не надеялась вообще когда-либо услышать. Она совсем не изменилась. Те же каштановые кудри, те же веснушки на носу и щеках, зеленые глаза… Имельда замерла, словно истукан, и молча сверлила девушку взглядом, пытаясь понять, где ее снова обманывают. Это галлюцинация? Все молчали.
— Кто ты? — все же отмерла некромантка.
— Что, за столько лет уже успела позабыть старую подругу?
Имельда нахмурилась еще сильнее и перевела взгляд на Аргуса, взглядом пытаясь спросить, что происходит и кто это сидит перед ней в теле Розалинд.