Магия Крови (ЛП)

— Нет.
Это был бессмысленный разговор.
— Я знаю одного человека, он влюблен в мою подругу. Он любит ее абсолютно. Единственное, чего он хочет взамен — чтобы она любила его.
Сайман выгнул бровь, подражая мне:
— И?
— Ты его полная противоположность. У тебя нет способности любить, поэтому ты хочешь задушить и мою тоже.
Он рассмеялся. Его смех звенел внутри машины: жуткий саундтрек к картине разрушающегося города.
  
Глава 16
 
Через сорок минут Сайман въехал на стоянку перед большим особняком. Мы забрались далеко на север, в состоятельную часть Атланты, хотя по отношению конкретно к этому дому слово «состоятельный» звучало бы как оскорбление. Растянувшееся слишком громоздко для своего участка, здание, возвышалось в ночи на два просторных этажа и полностью перекрывало вид на своих южных соседей. Когда богачи Атланты строили новые дома, они обычно подражали довоенному южному стилю, но этот великан был явно английским: красный кирпич, огромные окна, темный плющ, покрытый пушистым снегом, и балкон. Все, что не хватало этому дому — свеженькая английская мисс в кружевном платьице.
— Что это за место? — Я смотрела на окна, из которых на снег падал желтый свет от электрических ламп.
— «Дом Бернарда». — Сайман будто вложил особый смысл в эти слова, который, впрочем, счастливо просвистел мимо меня.
Я вопросительно взглянула на него.
— Это дом для вечеринок.
— Надеюсь, для твоего же блага, это будет очень скромная вечеринка.
Если он взял меня на какую-то сексуальную оргию, то вылетит головой вперед, прямо через одно из этих чудесных окон.
— Не такого рода, — заверил он меня. — Это место, где собираются богатые и влиятельные персоны Атланты, чтобы повидаться и пообщаться. Технически это ресторан, но он привлекает гостей вовсе не своей едой, а своими важными посетителями. Здесь непринужденная атмосфера, и большинство людей просто развлекаются, смешавшись с толпой с бокалом в руке.
Вот блин. Богатые и влиятельные. Именно этой толпы я и хотела избежать.
— И ты привез меня сюда потому что…?
— Я предупреждал тебя, что хочу выйти с тобой в свет. Пожалуйста, перестань скрежетать зубами, Кейт. Это делает твою челюсть более квадратной.
Сайман припарковался в конце стоянки.
— Здесь нет парковщика?
— Люди, которые покровительствуют Дому Бернарда, редко передают контроль над своими машинами.
Я просунула Погибель между сиденьями и открыла дверцу машины. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы выбраться из автомобиля, не зацепившись каблуком за подол платья, и к тому времени, как я совершила этот подвиг ловкости, Сайман уже стоял рядом со своей рукой и улыбкой.
Почему я снова согласилась на это? А, точно. Потому что у меня не было выбора.
Я позволила Сайману провести меня по ступенькам. На балконе парочка над чем-то громко смеялась. Смех женщины был слегка истерическим.
Мы миновали вестибюль и роскошную лестницу, Сайман проводил меня на второй этаж, где в широком зале стояло несколько маленьких столиков. Улыбающаяся официантка в крошечном черном платье подвела нас к столу. Я села так, чтобы дверь была в поле зрения, и оглядела толпу. Роскошные женщины и роскошные мужчины обменивались любезностями. Несколько человек рассматривали нас. Здесь нет никаких наемных работников. Странно.
— А где телохранители? — Пробормотала я.
— Дом Бернарда — это святилище, — пояснил Сайман. — Насилие строго запрещено. Если кто-то нарушит это правило, вся элита Атланты поднимется, чтобы уничтожить его.
По моему опыту, если свершится насилие, вся элита Атланты разбежится в рассыпную, спасая свои жизни.
Сайман заказал коньяк, я — воду. Напитки принесли почти сразу. Сайман поднял свой тяжелый хрустальный бокал, согревая ладонью янтарную жидкость в нем. Дежавю. Мы уже разыгрывали эту комедию на Полуночных Играх.
— Просто, чтобы ты знал: если появятся ракшасы, я оставила свой меч в машине.
Приветливое выражение лица Саймана стало резким:
— Это была ужасная история. К счастью, она уже позади.
 
Он осушил свой стакан. Через несколько секунд он выпил еще один, опустошив его одним глотком, и ему принесли новый.
Я наклонилась вперед и кивнула в сторону новой порции спиртного, готовой вонзиться в глотку Саймана:
— К чему такая спешка?
— Простые углеводы. — Он пожал плечами и снова выпил. — Сегодня утром мне пришлось поднапрячься, и теперь нужно пополнить свои ресурсы.
Мимо прошмыгнул официант и поставил на стол огромную квадратную бутылку коньяка.
— Примите комплимент от ресторана, сэр.
Сайман кивнул и плеснул коньяк в бокал. Его рука слегка дрожала. Сайман нервничал. Я внимательно взглянула на его сжатую челюсть. Не просто нервничает, он злится. Он настраивает себя на что-то и подпитывает это жидкой храбростью. Не хорошо.
Он заметил, что я смотрю. Наши взгляды встретились. Его губы изогнулись в ухмылке. В отличие от самодовольной улыбки эксперта, гордящегося своим достижением, это была улыбка мужчины, смотрящего на женщину и фантазирующего.
Я наградила его пристальным взглядом: Остынь, парень.
— Ты выглядишь так поразительно, Кейт, — пробормотал Сайман, глотая коньяк, словно это была вода.
— Притормози.
Сайман наклонился вперед:
— Я бы покупал тебе новое платье каждый уикэнд только за привилегию снять его с тебя.
Не в этой жизни.
— Ты пьян.
— Ерунда. — Он налил себе еще спиртного. — Это мой третий бокал.
— Пятый.
Он изучал янтарную жидкость в бокале:
— Мужчины часто говорят тебе, что ты обворожительна?
— Нет. Мужчины часто говорят мне, что я больно бью.
Намек, намек.
— Каждой женщине следует говорить, что она прекрасна. Мужчины соблазняются глазами, а женщины — ушами. Я бы говорил тебе это каждую ночь и каждое утро.
Он просто продолжал и продолжал.
— Вот и славно.
— Тебе понравилось бы. — Половина коньяка уже была выпита. Даже с его метаболизмом, как у скаковой лошади под допингом, он должен был опьянеть. — Тебе понравилось бы то, что я сказал. То, что сделал бы.
— Конечно, конечно. — Может быть, если мистер Казанова напьется и отрубится под столом, я попрошу официанта помочь мне донести его до стоянки, и мы будем считать, что вечер завершен.
Беспокойство терзало меня. Я никогда не видела Саймана пьяным. Выпивал — да, но не был пьян.
Я оглянулась. У дальней стены стоял большой стол, уставленный разными закусками. Если я не могу помешать ему пить, то, возможно, смогу отвлечь его едой.
— Ты не возражаешь, если я возьму нам немного?
Он встал, как и ожидалось. Пьяный или нет, манеры Саймана были безупречными.
— Позволь мне сопроводить тебя.
Мы направились к закускам. Я встала так, чтобы иметь обзор на помещение. Сайман пристроился сбоку рядом со мной.
— Разве ты не проголодался? — Спросила я его.
— Не особо.
— А как насчет пополнения ресурсов?
— Ах да! Спасибо, что напомнила мне. — Он поднял пустой бокал, и через несколько секунд официант принес ему полный.
Бернард шесть, Кейт ноль.
Я оглядела еду. Прямо передо мной стояло серебряное блюдо, заполненное крошечными жареными квадратиками. На каждом квадратике лежал кубик мясного фарша с крошечным пучком зеленого лука, кунжута и чего-то вроде тертого имбиря.
— Тартар из тунца, — подсказал мне Сайман. — Это восхитительно.
Я взяла один квадратик и засунула в рот. Взгляд Саймана зацепился за мои губы. Еще немного выпивки, и он разденется догола и пригласит потанцевать с ним снаружи под падающим снегом. Как, черт возьми, я вляпалась во все это?
 
— Тебе нравится? — спросил он.
— Это довольно вку…
Джим с угрюмым видом, закутанный в черный плащ, вошел в дверь.
Вот, черт.
Он остановился в дверях, оглядывая толпу и излучая неприкрытую угрозу. Среди сверкающей элиты Атланты альфа клана котов выделялся как громадная темная глыба. Он увидел меня и отшатнулся, широко раскрыв глаза, как кот, которого неожиданно ударили по носу — потрясенный и возмущенный одновременно.