Ошибка сценария
— В целом, я с вами согласен, — благодарно склонил голову Сергей. — В целом я здоров. Болит только отдельная часть. — Он постучал себя пальцем по темечку. Причем болит все чаще и все сильнее.
Врач пошевелил губами, то ли собираясь что-то сказать, то ли просто вычищая языком между зубов.
— Может, у современной медицины есть другие точки зрения на проблему мигреней? — продолжал Сергей, все больше злясь не столько от того, что его приняли за лгунишку, а от того, что впустую потратил столько драгоценного времени на спесивого коновала. Конечно (это ясно как день), у современной медицины есть иные точки зрения, нежели у врача районной поликлиники. И чем выше оплачивается эта точка зрения, тем эта точка жирнее и интересней. За большие деньги вас, наверное, даже избавят от этих болей. А за очень большие, объяснят не только их происхождение, но и механизм сопутствующих им видений.
Деньги, деньги и деньги. Большие, смешные, бешеные, карманные, наличные, конвертируемые. Все упирается в них. Все крутится, сверкает и скалится в дежурной улыбке, когда они есть. А когда их нет…
В сети Сергея ожидало сообщение от Porsha:
«Приходи, как только прочтешь».
Сергей так и сделал. Вырубил монитор, обулся и пошел. Что ему еще оставалось за шесть часов до нового звонка от побитой шантажистки?
Поршев оказался не так глуп и прямолинеен, как могло показаться. Намотав на ус информацию об утечке, он не рискнул вытаскивать своего внештатного агента в кабак, где их могли легко вычислить. Без труда угадав, что Сергей приедет на метро, следователь перехватил его на выходе и, быстро прогнав по переходу, вывел на другой стороне улицы, где пихнул в машину.
— Тебя никто больше не ждет в «Путине»? — осведомился он скорее для затравки разговора, выруливая на улицу и набирая скорость.
Сергей не ответил, справедливо сочтя вопрос риторическим.
— Я кое-что проверил, — продолжал Поршев, не отрываясь от дороги. — Ты даешь интересные сведения. Убей не пойму, что за игры ты затеял. Галина ручается за тебя — обручалась уже вся. Вы, кстати, обручиться не думаете? — Он бросил быстрый взгляд на собеседника и поспешно пояснил: — шутка. Каламбур…
— Я понял, — сухо сказал Сергей. — Очень смешно. Вы сказали, что что-то там проверили, и сведения оказались интересными.
— Более чем, — следователь откинул дверцу бардачка и вымел на колени Сергею целую пачку фотографий. — Полистай-ка.
Пятая или шестая фотография попала в цель.
— Вот! Вот он! — Сергей взмахнул выбранным снимком. Он машинально перевернул его, ожидая увидеть на обороте подпись или какую-нибудь иную отметку, но не увидел. — Так кто это?
— Довольно крупная шишка. Целый ананас. Ты что, действительно, телевизор не смотришь?
— Почти никогда.
— Тебя что, окружающий мир совсем не интересует?
— Интересует. Помаленьку. Просто все новости можно за минуту прочитать в сети. Безо всякой там рекламы и комментариев аналитиков. В концентрированном виде.
— Тоже не любишь рекламу, — неизвестно к чему заключил следователь.
— Рекламу, по-моему, никто не любит, кроме тех, кто ее делает и делает на ней бабки. Хотя я вот делаю, но меня уже тошнит.
— Может и так, — кивнул Поршев. — Но мы отвлеклись.
— Да?
— Я так и понял, что ты описываешь этого… ананаса. Он в последнее время зачастил на телевидение. Готовит общественное мнение.
— И он там живет? В том доме?
Следователь ответил не сразу. Всласть потянул резину.
— Дом мы нашли быстро. Тот рекламный щит — из уникальных. Квартиру, как ты понимаешь, мы нашли еще быстрее. Но ломиться я туда не стал, а зашел к участковому местному. Оказалось, что никаких важных персон в этой квартире не проживает. А проживает одна бабуля. Прописана там бабуля. Но на самом деле квартиру свою она сдает. И располагается в этой квартире очень дорогой бордель. Не бордель даже, а VIP-апартаменты. То есть сделан там евроремонт, поставлена широкая кровать, бар, холодильничек, джакузи. Для дорогих гостей. И гости приезжают очень дорогие. До пяти сотен за час. Им туда подвозят шлюх со знаком качества и оставляют отдыхать.
Сергей слушал, не перебивая. Определенно наклевывалась какая-то связь между видениями и реальной жизнью. Только вот какая?
Связь заметил и следователь. Своеобразную. Этому великовозрастному дяденьке очень нравилось импровизировать на одну и ту же тему.
— Смотри, что у нас получается, — сообщил он доверительно и с очень довольным видом. — Сначала ты капаешь про журналиста Бояршинова, который собирал материал о сутенерских серверах. И мы имеем труп этого самого Бояршинова. Забавно? Пока не очень. Но вот если добавить к этому анекдоту тот факт, что и сам ты работаешь в этой сфере и вроде как шлепаешь один из подобных ресурсов, то история становится гораздо смешнее. Дальше ты начинаешь гнать мне пургу про сутенера, которого я должен зачем-то срочно арестовать. Су-те-не-ра, заметил? Не инженера, не банкира, не пекаря, не пожарника, а сутенера. Вдобавок ты начинаешь сливать мне легенду о том, что некий ананас вот-вот будет убит в некоем подпольном борделе. Анекдот постепенно разрастается до небольшого водевиля с криминальным сюжетом. Твой источник, парень, которого ты именуешь Видением, явно крутится в сфере проституции. Что скажешь?
— У вас получилась статуя на глиняных ногах, — сказал Сергей со скучающим выражением лица.
— То есть? — сыщик не вдруг согласился, что в его логических построениях может найтись брешь.
— Вы можете не верить мне, что у меня «глюки» с башкой. Вы можете считать меня крутым мафиозо или агентом ЦРУ. Вы можете наплести какие угодно логические цепочки, но повесить эту цепочку на меня не получится. Крючка нет, — Сергей важно скрестил руки на груди. — Если вы помните, то не я пришел к вам с ценной информацией, а вы явились ко мне со стопкой. Стопкой вопросов, а не стопкой водки. Я никому не капал. Я случайно проговорился одной болтливой девочке, а она уже действительно донесла эту бредятину до ваших органов. Правоохранительных, я подразумеваю, а не анатомических. Ваш водевиль — лажа, по голенищу размазанная, и придумали вы его сами. Никакой суд не станет даже слушать ваши смешные истории, основанные исключительно на устных показаниях и сведениях с чужих слов. Что скажете?
Ответ пришлось ждать довольно долго. Сергей успел засмотреться на проплывающий мимо рекламный щит про глобальную распродажу четвертых «пней», когда Поршев процедил сквозь зубы:
— Верткий ты хлопец, как я погляжу. Скользкий, как угорь. Думаешь, из любой ситуации можешь выкрутиться?
— Если бы я так думал, то не связался бы с вами. Пока вы тут упражняетесь в поэтических сравнениях, обзывая меня угрем, меня по вашей милости вот-вот на куски порежут. Мне сегодня вечером нужно что-то отвечать этой дуре. Денег у меня нет, покупателей на железо тоже.
— И?
— Поскольку это именно вас угораздило занести меня в свою папку под моим собственным ником, то я рассчитывал, вы мне поможете. Я, конечно, не рассчитываю на программу защиты свидетелей, но… — Сергей изобразил руками элемент какого-то сильно восточного танца, — дайте хоть анальгина бесплатно, чтоб, когда меня будут резать на куски, я смотрел на это не так мрачно.
— Анальгина дам, — сказал Поршев авторитетно. — На большее можешь не рассчитывать, пока не перестанешь морочить мне голову своей мистикой. Запиши, так и быть, номер моего мобильного, и, если поумнеешь, звони.
Словно в подтверждение своего существования откуда-то из Поршева затренькала трубка.
Следователь с достоинством извлек из себя видавшую виды огромную «Моторолу» и приложил этот фен к голове.
— Слушаю. Поршев.
Четверть минуты он напряженно слушал, потом буркнул: «Есть!»
— Вентилируйся! — бросил мент компьютерщику, крутым маневром подруливая к тротуару. — У меня срочный вызов.
Сергей хотел ответить на эту грубость что-нибудь едкое, даже придумал пару достойных вариантов, но оба остались при нем (когда-нибудь Сергей обязательно напишет книжку своих невысказанных острот и гадостей. Толстая выйдет книжка). До сего момента следователь числился в союзниках. Союзник, правда, только выкачивает нужную информацию, палец о палец не ударив, чтобы прикрыть свой ценный источник. Тот еще союзник, убедительно не спешивший с высадкой в Нормандии, но все-таки… Как ни крути, а лучше плохой союзник, чем хороший вражина. На два фронта Сергея точно не хватит. Изобрести бы какую-нибудь комбинацию, чтобы столкнуть всех врагов лбами, а самому выйти сухим из воды! Но талантов Гая Ритчи Сергей за собой не замечал, так что предпочитал просто иметь поменьше врагов.