Как приготовить дракона (СИ)

Виктор сел на место дракона и подтянул к себе плошку с мороженым.
— Нет ее нигде, — промычал он, съев еще одну ложку. — Знаешь, неплохо, хоть и не оно...
Я взяла вторую ложку и тоже попробовала лакомство, зачерпнув с края.
— Я хотел с ней поговорить, ждал-ждал, потом к соседям заглянул, ее, оказывается, весь день не видели. Хотя бабулька через дорогу сказала, что ночью калитка ляпнула.
— Ей живот прихватило, — кивнула я. — Может, к доктору пошла?
— В соседнее Беззубково? — задумался Виктор, наскребая в ложку еще сливок. — Тогда она могла там и остаться, у тетки своей. Ладно, вернется — поговорю. Хотя, знаешь, неспокойно мне как-то на душе. У нее на кухне плошки, травки, все в беспорядке… Может, тоже какое-нибудь новое блюдо изобретает?
— Вряд ли, — мстительно сказала я. — У Милы все строго по рецепту. Скажи, она тебе нравится?
— Ну… — Виктор отвел глаза и засунул в рот полную ложку сливок.
— Ты собираешься на ней жениться? – не отставала я.
— Нет, — покачал он головой. — Может быть, однажды, но…
— Так чего ты ей голову дурил? — рассердилась я. — От меня, значит, дракона отваживаешь, а самому можно?
— Это другое! — заявил он.
— Это непорядочно!
— Ты не понимаешь, — нахмурился Виктор. — Мужчины все так устроены.
— Не все, — возразила я. — За себя говори.
— Если ты думаешь, что дракон на тебе женится, то очень сильно ошибаешься, — безжалостно припечатал он. — Поматросит и бросит.
— Отдай мое мороженое, — потребовала я и потянула у него плошку.
— Это не мороженое, — ответил он, придержав ее за край. — А жалкая пародия.
— Вот и съем ее сама.
Отобрав у него тарелку, я прижала ее к груди и зачерпнула полную ложку. Десерт таял во рту, обволакивая небо сладким ягодным вкусом, а на душе отчего-то было горько. Прав ведь Виктор. Дракон просто со мной флиртует, без всяких обязательств. А я, дурочка, таю от его слов точно как эти сливки.
Крышка на кастрюле медленно приподнялась, а потом плавно съехала в сторону и грохнулась на пол, перепугав Виктора, который подпрыгнул от неожиданности.
— Тьфу, — в сердцах сказал он, когда из кастрюли появилась мордочка Шлепа.
Тот сперва улыбнулся ему, раззявив пасть, а потом обвел взглядом погром, устроенный Гарри, и черные блестящие глаза стали еще больше.
— О, — с восторгом выдохнул Шлеп. — Грязненько! Вкусненько!
— Вперед, — разрешила я, доедая сливки. — За уборку.
— Кать, не обижайся, — попросил Виктор, повернувшись ко мне. — Я ж не со зла.
— Да ну тебя, — сказала я и обманчиво равнодушно бросила: — Как будто забыл, ради чего я все это затеяла. Мне нужна звезда на таверну. Ты мог бы помочь, вместо того, чтобы рассказывать, как мне ничего не светит.
— Я помогаю, — торопливо ответил Виктор. — Сегодня вон проторчали в гараже с твоим драконом полдня. Он мне пытался хвостовое управление в машину впендюрить. Представляешь, заявил, что без хвоста маневренность не та…
Он что-то рассказывал про полный привод, но я лишь кивала, не вникая в суть его слов. Гарри мне нравится, а я — ему. Но это еще ничего не значит. Он красив, богат, он исконник, в столице его ждут десятки таких же высокородных невест, а значит, надо как-то собраться и перестать растекаться лужицей от его голубых глаз.
— Спать пойду, — перебила я Виктора на полуслове и повернулась к Шлепу. — А ты веди себя тихо и дракону не показывайся, ясно?
Шлеп замер, с языком, прилипшим к кастрюле, а после кивнул. Засучив рукава, я взмахнула руками, призывая воду, и в умывальнике закрутился маленький смерч, послушный моей воле.
— Ты б хоть об этом подумала, — кивнул Виктор на торнадо, бушующее в раковине. — Вдруг Шпифонтейн узнает. Да и вообще, Катька, нужна тебе эта звезда? Больше людей - больше любопытных глаз. Сидела бы тихо, за Санька замуж шла. Он парень хороший, спокойный…
— Он сегодня пытался Гарри побить, — вспомнила я.
— Спорим, не получилось? — усмехнулся Виктор. — Дракон так просто не дастся.
Кивнув, я пошла в свою комнату. Дракон — это не синица, и даже не журавль. Нельзя об этом забывать. Но отчего меня к нему так и тянет? Вот как соседскую козу на мою грядку с капустой. Может, виной всему ведьмина натура? Хочет прибрать к рукам дракона, получить над ним власть. Но когда он смотрел на меня жадно, точно на сокровище, то куда больше мне хотелось поддаться…
 
***
Гарри долго ворочался в постели, не в силах заснуть, то вспоминая Кэтину улыбку, то ощущение упругой девичей груди в своей ладони. Как раз по размеру, точно по нему лепили. И вся эта девушка как будто специально для него созданная.
Не выдержав, Гарри встал и, подойдя к окнам, открыл их нараспашку. Ночная прохлада ворвалась в комнату, освежая мысли.
Витя Вэдэвэ взял с него слово, что он не станет приставать к Кэти. Выразился куда яснее, но суть такая.
О чем он и правда думает? Собирался ведь потратить этот месяц, чтобы разобраться со своими проблемами, а вместо этого готовит бутерброд. Еще немного — и посуду начнет мыть.
Как Кэти справляется с таверной одна? Так ловко все делает — загляденье. Хотя ему нравилось смотреть даже на то, как она ест. А еще — как улыбается, разговаривает, поддразнивает его…
Выдохнув, Гарри отошел от окна, запустил пятерню в волосы. Что он томится здесь, как гимназистка? Надо пойти к ней. Вдруг она тоже не может уснуть?
Открыв дверь, Гарри прислушался к звукам, доносящимся снизу, и усмехнулся. Уверенный храп Виктора возвестил о том, что папа, или не папа, решил держать ухо востро. Что, в общем, и правильно. Закрыв дверь, Гарри вернулся в постель и натянул одеяло до самого носа. С его стороны будет честным поступить правильно и не переходить границ. Кэти — прекрасная девушка. А он пока даже не выяснил, дракон ли он на самом деле.
Из открытого окна пахло цветами и травами, но Гарри, уже засыпая, поморщился, ощутив едва различимую вонь болотной гнили.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍10.2
 
Проснулся он с ясной головой и твердостью в мыслях. Немного мешала и некоторая твердость в теле, однако Гарри решил не портить Кэти жизнь и держать слово, данное Вите Вэдэвэ.
Сперва надо решить свои проблемы, а потом уже…
Включив воду похолоднее, он окунулся в лохань и отряхнулся, фыркая, как собака. Нельзя разбивать сердце бедной девушки. Хотя Кэти, возможно, уже влюбилась в него по уши. От него и столичные невесты млели. Красив, богат, молод, дракон, в конце концов. Или нет…
Растершись полотенцем, Гарри оделся, расчесал волосы и, глянув в зеркало, подмигнул отражению. Спокоен и тверд, точно скала. Спустившись по лестнице, он увидел Кэти за стойкой, и сердце сразу забилось чаще, словно возражая против всех таких взвешенных решений.
Сегодня Кэти была особенно мила: золотые волосы она заплела в две косы и свернула их бубликами по обе стороны головы, пуговки на белой блузке застегнула все до одной, под самое горло, а длинная юбка скрывала ее ноги до самых пят. Она будто специально его провоцирует!
— Доброе утро, герен.
Кэти улыбнулась ему, но без привычной искренности. Просто как клиенту. И это неприятно задело. Гарри замедлил шаг и, подойдя к стойке, сел на высокий стул.
— Доброе утро, рена, — ответил он, поддержав ее официальный тон.
Кэти принялась раскладывать перед ним чистые приборы, салфетку, изо всех сил демонстрируя занятость. Не только он один решил пересмотреть формат их отношений?
— На завтрак сегодня омлет, овощи и овсяные крендельки, — сообщила она. — Устроит?
— Вполне, — согласился Гарри, и через минуту перед ним стояла полная тарелка, от которой поднимался ароматный пар.
— Надеюсь, вам понравится, — добавила Кэти, наливая в кружку ставший уже привычным морс.
Странное дело, он ведь только что сам решил держать дистанцию, но она, похоже, тоже. И это страшно бесит!