Как приготовить дракона (СИ)

— Это такая мужская дружба, — согласился Гарри, притягивая его к себе, а заодно незаметно выставляя кулак другой рукой, чтобы попасть точно под дых.
— Хватит, — приказала Кэти. — Ты, — посмотрела на Ксандра, у которого от дружеских объятий перехватило дыхание, — ешь свои блины. А ты, — теперь взгляд на Гарри, — пойдем.
— С тобой — куда угодно, — любезно согласился он, приложив напоследок Санька по хребту.
Лопатки пока не чесались, но надо дать этим отношениям шанс.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍7.1
 
Дракон бодро шагал за мной следом, насвистывал вчерашнюю песню, которую они горланили на пару с Виктором, и выглядел возмутительно довольным.
— Вижу, вам пришлись по душе наши Лоханки? — едко поинтересовалась я.
— Тебе, — исправил Гарри, поравнявшись со мной. — Мы перешли на «ты», после того как я прыгнул в омут, а ты швырнула в меня сапог и обозвала дураком. Да, деревня оказалась с сюрпризом. И не с одним. Куда ты ведешь меня, милая Кэти?
— Хочу кое-что показать, — мрачно отозвалась я.
Мы вышли за огороды, и я свернула к узкому перешейку между озерами. Солнце уже выползло к середине неба и жарило, как сковорода. Сонно обмахивались хвостами коровы, прогоняя назойливых мух. Собака подняла уши, посмотрела на нас с Гарри и распластала голову на лапах, поленившись даже гавкнуть.
Я расстегнула верхнюю пуговку платья, и тут же поймала на себе внимательный взгляд дракона.
— Надо, наверное, предупредить, что я обещал Виктору не приставать к тебе, — печально вздохнул он, и я закатила глаза. — Сам в шоке, — кивнул Гарри. — Но слово дракона нерушимо.
— У тебя бы все равно ничего не вышло, — фыркнула я.
Гарри в ответ многозначительно хмыкнул и, сорвав на ходу ромашку, понюхал.
— Ты вообще не в моем вкусе, — решила добавить я.
— Видел я твой вкус, — пренебрежительно бросил он. — Плечи и отсутствие мозгов.
— Если бы это было так, то ты как раз бы подошел, — парировала я. — А Ксандр не настолько тупой, как тебе хотелось бы.
— А насколько он тупой? — невинно спросил Гарри, протягивая мне ромашку.
— Он, если хочешь знать, собирает вместе с Виктором машину! — ответила я, забирая у него цветок.
Рыжая корова, мимо которой мы проходили, невозмутимо сжевала ромашку и посмотрела нам вслед. Озера блестели под солнцем как три серебряка, а омуты оставались черными и матовыми, поглощая всякий свет. Словно какой-то бог решил продырявить монеты, чтобы сделать из них ожерелье для любимой, а потом швырнул их в траву возле наших Лоханок, да так и забыл.
— Что за машина? — переспросил Гарри, разглядывая озера с не меньшим интересом.
— Самоходная повозка, — пояснила я. — Она будет ездить без лошадей и всякой магии. Виктор ее собирает, а Ксандр помогает. У него золотые руки. Все так говорят.
— Хозяйственный, значит, — насмешливо протянул он.
— Ты говоришь таким тоном, будто это плохо, — возмутилась я. — Конечно, столичному герену не понять, но для простых девушек вроде меня хозяйственность — это очень даже привлекательное качество.
Выдохнув, я споткнулась, но Гарри придержал меня под локоть. Тропинка была узкой, и высокая трава не давала мне отстраниться.
— Мне нравится хозяйственность, — миролюбиво согласился он, не отпуская мою руку. — Вот ты — очень хозяйственная. Супчик выше всяких похвал.
— Спасибо, — буркнула я.
Мы вошли в лес, где стало попрохладнее, и я отодвинулась от дракона, который разглядывал все вокруг с неподдельным любопытством. Высокие сосны простирались к небу, раскидываясь пушистыми зонтиками, издали доносился ритмичный стук дятла. Под ногами стелился низкий ягодник, и я взяла левее, чтобы его обойти. Через пару недель можно будет набрать черники для пирогов.
— Однако при выборе спутника жизни, полагаю, все же надо оценивать иные качества, — не отставал Гарри.
— Это какие же?
Он пожал плечами и, прищурившись, посмотрел в лазурное, как его глаза, небо. Затаив дыхание, я ждала ответа. Интересно ведь, по каким параметрам драконы выбирают себе невест. Приданое, положение в обществе, или, быть может, все решает любовь?
 
— Высоту полета, — ответил он и, повернувшись, глянул на меня. — Она должна быть примерно одинаковой. А ты летаешь куда выше Санька.
— Я вообще не летаю, — возразила я. — А твердо стою на ногах. И в этом наше отличие, герен Шпифонтейн. Ты себе можешь витать в облаках и дальше, однако мне приходится думать о насущных проблемах.
— Я имел в виду не быт и не проблемы, — возразил Гарри. — Скорее, образ мыслей, стремления, мечты…
— Как бы там ни было, я бы хотела слегка тебя заземлить.
— В смысле? — не понял он.
— Мы пришли, — ответила я и указала на покосившуюся хижину, заросшую лопухами и крапивой. — Твой дом.
Гарри изогнул бровь и вопросительно посмотрел на меня, явно ожидая продолжения.
— Именно здесь раньше селили ссыльных, — с удовольствием пояснила я. — И именно сюда ты переселишься вместе с козой, если не начнешь вести себя нормально.
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍7.2
 
Хижина была довольно просторной, и когда-то, лет пятьдесят назад, могла считаться приличной избушкой. Гарри обошел ее по периметру, заглянул в окно, а потом остановился перед входом, дверь с которого давным-давно кто-то снял.
— Дом, милый дом, — произнесла я.
Гарри демонстративно вытер ноги о пушистый мох и переступил порог, а я вошла следом.
— Уютно, — одобрил он.
Вдоль одной стены стоял длинный шкаф, забитый рухлядью, возле другой — стол с приколоченной над ним полкой, а прямо посреди комнаты торчала маленькая пушистая елочка. Солнце пробивалось через сосновые макушки и дыры в крыше и ложилось косыми лучами на пол, перечеркивая хижину столбами света.
— Воздух, чувствуешь, какой?
Гарри вдохнул полной грудью и прикрыл глаза от удовольствия.
— Грибами пахнет, — подтвердила я, заметив россыпь поганок, выросших в углу.
— Кровать есть, — обрадовался Гарри, подходя к металлическому остову, укрытому тряпьем. — Прямо у окошка, как я люблю.
Он высунул наружу голову.
— Матрас, правда, сгнил, — вздохнула я. — Или мыши съели. Так и не поймешь.
— Для здоровья полезно спать на твердом, — поучительно сказал Гарри, поворачиваясь ко мне.
— Тогда можешь спать прямо на полу, под елочкой, — согласилась я. — Если не замерзнешь.
— Во-первых, я дракон и, значит, очень горяч, — подвигав бровями, сообщил он. — Разве не так написано в твоей книжечке, Кэти?
— А во-вторых, сможешь погреться об козу, если что, — подхватила я.
— Я бы лучше погрелся об кое-кого другого, — пробормотал себе под нос Гарри и, оглядевшись, сказал громче: — Отличный дом, мне нравится. Чистый воздух, прекрасный вид из окна…
— И через крышу тоже неплохой, — согласилась я.
— Можно лежать и любоваться на звезды, — подтвердил Гарри, запрокинув голову и глянув на широкие прорехи.
— Но если пойдет дождь, будет досадно.
— Ничего, ты же сама говорила, засуха у вас, в Лежанках, — напомнил он. — Ты только представь: шум дождя, тихий шепот леса…
— Волчий вой…
— Уверен, я смогу отбить свою козу хоть от целой стаи, — сказал он. — Нет, тут и правда хорошо! До озера — рукой подать. Там много рыбы, сама говорила. А еще можно собирать грибы и ягоды, орехи…
— Убедил, — улыбнулась я. — Оставайся.
Гарри повернулся ко мне, и в тесной хижине мы оказались совсем рядом.
— Не будешь по мне скучать? — вдруг спросил он.
— Буду, — вздохнула я.
Он придвинулся еще ближе, и я уперлась рукой ему в грудь.
— Только не по тебе, — нежно добавила я, глядя на него снизу вверх. — А по серебряным монеткам, которые должны перекочевать из твоего кошелька в мой.