Рыжий фей (СИ)
Глава 5. Пещеры
В самом начале пустыни находился колодец с обыкновенной водой и какой-то рунической надписью. Общий смысл её гласил, что этот путь сможет преодолеть только любящее сердце и королевская кровь. В преддверии смертоносной пустыни утверждение звучало как-то зловеще и патологоанатомически, но меня успокоило то, что Эдна сама отправила нас сюда, а значит, лучше счесть его просто высокопарной метафорой. Может быть, она и меня снарядила в эту дорогу не просто так. А может, я буду разменной монетой? Пушечным мясом? Нет, лучше не думать. Будет день и будет пища.
Мы наполнили пару припасённых с собой бурдюков и двинулись в путь.
Шли мы долго. Кажется, прошёл день или целые сутки — понять было невозможно, так как солнце не заходило. Оно просто висело белым ослепительным шаром в зелёном небе и жарило нас, как улиток на сковородке. Больше всего я радовалась тому, что мы захватили тёмные очки, над странной формой которых я долго потешалась в оружейной. Здесь бы мы просто остались без глаз.
Самое трудное было оставаться в одежде. Мы сняли куртки и надели их на головы, стараясь хоть немного спрятать лица в тень, но всё равно кожа стала саднить от ожогов. Вода постепенно закончилась, и вот уже мы молча брели, шатаясь, как два зомби, стараясь экономить силы и дыхание, не открывая пересохших ртов, не размыкая потрескавшихся губ.
Иногда я начинала сомневаться, не ходим ли мы кругами. Не было никаких ориентиров — ни на небе, ни на земле.
Иногда мысли уносились куда-то вдаль, позволяя не замечать то, что происходило с нашими телами. Ни боль от дыхания, ни ломоту в костях, ни слабость, ни стёртые до крови ноги в прохудившихся уже сапогах.
В какой-то момент я споткнулась и упала. Боль от удара и раскалённых камней показалась мне тупой и совсем не страшной. Зато можно было просто лечь, сдохнуть и больше никуда не идти. Только бы больше никуда не идти…
Как же я в это всё вляпалась? Вот сидела бы себе дома, в Москве. Ну, скучно, уныло, и что?.. Нет, я знаю, что уже не смогу без Эльдиса. И без вот этого вот всего. Ещё месяц той, прежней жизни, и я сама бы с моста сиганула. В воду… В холодную воду… Нырнуть…
Эльдис развернулся, шатаясь, подковылял ко мне, поднял за шкирку и, убедившись, что я не падаю обратно, побрёл в прежнем направлении. Он был таким сильным, мой Эльдис. Я подумала о том, что теперь, в зоне без магии, точно знаю, какого он роста. Чуть выше меня. Вся эта мистификация с карликами была каким-то очередным фейским трюком. Но, видимо, эту тайну я унесу с собой в могилу. Хотя будет ли у меня могила? Высохну тут, как мумия, а потом разлетится мой прах на все четыре стороны.
А потом начались миражи. Чудесные дворцы с фонтанами, цветущие оазисы с уютными хижинами и тенистыми деревьями. Они возникали то справа, то слева. И казалось, что они совсем рядом, стоит только изменить направление, и вскоре мы сможем отдохнуть, остыть, напиться. Мы продолжали идти прямо, и как только миражи оставались позади, они начинали таять, расплываясь в мутном раскалённом воздухе.
Эльдис предупредил меня, что это не просто оптический обман, а подпространственные ловушки. Если задержать свой взгляд на одном из них, замедлить шаг, то реальность миража материализуется полностью вокруг тебя, и капкан захлопнется. Это напомнило мне путешествие по восточному базару. Из каждого магазина тебе что-то кричат, но пока ты не смотришь на них, ты можешь идти дальше. А стоит засмотреться на какую-то вещь, ответить продавцу взглядом, вот он уже скачет вокруг тебя, преграждая путь, вот уже показывает десяток других бирюлек, и ты не замечаешь, как заходишь внутрь. Потом он говорит тебе цену. Тебе дорого, ты хочешь уйти, но он принимает это за вступление в торг. Он сбавляет и сбавляет цену, которая по-прежнему в десятеро выше приемлемой. Ты не хочешь ничего покупать, но он уже снизил цену на ненужный тебе товар и стоит в дверях, гневно преграждая путь, а ещё к нему успело присоединиться трое амбалов-соседей… Так однажды я купила за триста долларов платок, не стоивший и десятки. И никогда его потом не носила. И так же я чувствовала себя, ловя боковым зрением миражи, на которые нельзя было смотреть в упор.
Я плелась, как зомби, а в голове моей крутилась одна и та же дурацкая мелодия из какой-то старой надоедливой рекламы чая, и я никак не могла от неё отделаться. Она всё повторялась и повторялась, и я просто от неё зверела.
Миражи появлялись всё ближе к нам, всё ярче и убедительней. В некоторых мы видели пастухов с отарами каких-то похожих на синих овец животных. А потом впереди, метрах в десяти справа от нашей траектории обнаружился шатёр, из которого, позвякивая браслетами и монистами, вышла смуглая холёная красавица в шёлковых пёстрых шароварах и короткой рубашке, завязанной узлом под пышным бюстом. В руках она держала изящный кувшин и жестом приглашала к себе, а прямо перед входим в шатёр был расстелен пёстрый ковёр, на котором стояли чашки и большое блюдо с фруктами.
Мы продолжали идти прямо. Она преградила нам дорогу и заговорила певучим грудным голосом.
— Отдохните, вам незачем спешить. Разделите со мной трапезу. Восстановите силы, и ваш путь будет быстрым.
Мы глянули на неё вскользь, как на часть ландшафта, и продолжили идти, не меняя ритма. Она двинулась рядом с нами — такая настоящая, свежая, сочная, ступая по раскалённым камням розовыми босыми пальчиками, точно по паркету. Я с трудом гнала от себя идиотское желание надкусить её, как свежий сочный персик.
— Я могу дать вам то, что вы ищите, — не унималась она. — Я напою вас чаем, вы уснёте в тени и прохладе, а когда проснётесь, исполню любое ваше желание. Вы будете живы. И вы получите всё, что захотите. Победу, власть, богатство… не надо себя мучать…
Мы молча шли дальше.
— Вам небезопасно здесь оставаться, — продолжала она. — Вы истощены и беспомощны. А ваш враг уже прислал за вами погоню. Только в моём шатре с вами ничего не случится.
Очевидно, заметив, что методы её не работают, женщина сменила тактику и атаковала моего спутника. Она как-то резко встрепенулась, отчего рубашка соскользнула с её левого плеча, обнажая грудь чуть ли не по самый сосок. Она приблизилась к Эльдису вплотную и томно зашептала:
— Разве другие женщины могут сравниться со мной? Посмотри вокруг! — а надо сказать, что вокруг была только я, и вид у меня сейчас был плачевный. — Я подарю тебе райское блаженство… Я подарю тебе трон… Ты будешь править, а я буду дарить тебе счастье…
Эльдис едва усмехнулся распухшими потрескавшимися губами, продолжая шагать в том же ритме.
— Ты не хочешь править? — спросила женщина. — Хорошо! Я сделаю тебя принцем, и ты будешь купаться в несметных богатствах и наслаждениях! Полная свобода и никакой ответственности…
Тут хмыкнула даже я. Вот она, королевская кровь — всё-таки пригодилась.
— Ах! — вдруг воскликнула женщина испуганным голосом. — Бегите! Спасайте свою жизнь!
И в этот самый момент мы услышали какой-то клёкот, шипение, хлопанье крыльев. Я подняла воспалённые глаза и увидела, что с неба на нас опускается стая огромных тварей, похожих на электрических скатов, только летящих по воздуху. У них были длинные острые хвосты, похожие на жала, и разинутые зубастые пасти. Они принялись кружиться над нами, снижаясь, и из них, шипя, капала какая-то зелёная слизь. Одна из капель попала на руку безымянной красавицы, прожигая кровавую язву. Девица вскрикнула как бы от боли и взмолилась:
— Пожалуйста, не медлите! Решайте сейчас! — она стала пятиться назад к своему шатру. — Идёмте со мной! Я не смогу вас защитить, если вы здесь останетесь!
Мы проводили её медитативными взглядами двух пасущихся баранов и поплелись дальше. Через несколько шагов шоу исчезло, и мы снова были одни в белой пустыне.
На некоторое время миражи прекратились, осталась только тупая боль в немеющем теле и шорох шагов по белому песку. И это тоже было по-своему невыносимо — тупо шагать в никуда. Время не существовало, но мне показалось, что прошло часа два, прежде чем меня начало глючить — самым наихудшим для меня образом. Сначала мне показалось, что в моей голове звучат слова. Я точно была уверена, что уши мои сперва ничего не улавливали. Это было похоже на телепатическую речь, и в то же время отличалось. Я ещё не знала, чьи это слова. Просто в голове вертелось: «Как ты могла?» Я потрясла головой в надежде, что глюки исчезнут, но через десяток шагов слова снова зашевелились во мне — уже ярче и отчётливей: «КАК ТЫ МОГЛА?»