Путешествия в прошлое и будущее
Спокойнее всех был Смит. Его сын оказался неожиданно при нем, а как хирург он бывал уже свидетелем, иногда даже невольным виновником стольких семейных или житейских драм, что привык относиться к событиям философски. Конечно, в Пирл-Харборе его ждала срочная работа — помощь пострадавшим морякам американского флота и горожанам. Там нужны были также перевязочные средства и медикаменты, которые вез самолет. Но в Сан-Франциско, конечно, уже известно, что их самолет не долетел, вероятно, погиб, и вслед за ним, наверное, уже снаряжались другие с таким же грузом и хирургами, и помощь в Пирл-Харбор придет лишь с небольшим опозданием.
Когда завтрак кончился, Смит сказал:
— Обсудим нашу программу на сегодняшний день.
— Мы оба займемся приборами, — заявил Форс. — Выясним повреждения, возможность починить одни, заменить другие, но, главное, восстановить радиосвязь.
— Я подготовлюсь к определению долготы, — сказал Керри. — Солнце поднялось уже довольно высоко, а наблюдения нужно начать за два, а лучше за три часа до полудня.
— Что для этого нужно? Я могу помочь вам, — предложил Кинг.
— Ровная площадка, прямая палка в два-три ярда длины, несколько деревянных колышков и кусок бечевки — все это мне нетрудно раздобыть самому. Лучше будет, если вы, Смит и Генри, подниметесь на вершину горы и осмотрите оттуда весь остров. Возможно, что на нем есть жители, даже радиостанция.
— Японская или наша, — подхватил Кинг. — Это было бы интересно!
— Об этом мы еще не подумали, занятые нашей аварией, — сказал Смит. Конечно, очень важно выяснить, что представляет этот остров и нет ли на нем японцев. В последнем случае нужно, возможно, дольше скрывать от них наше присутствие, если только это не маленький наблюдательный пост, который мы можем захватить силой или хитростью.
— Не мешает взять с собой оружие, — прибавил Керри. — Неизвестно, с кем вы встретитесь на горе. Если это будет японский солдат, — его нужно взять в плен или уничтожить.
— А кроме того, не мешает и поохотиться, — заметил Кинг.
— Немного провианта у нас есть, — заявил Форс, — но, конечно, только сухого, не считая консервов.
— А каким оружием мы располагаем? — спросил Смит. — У меня есть охотничья двустволка с патронами. Я немного охотник и надеялся в Пирл-Харборе поохотиться в свободное время на мелких птиц.
— У меня в багаже легкая винтовка морской пехоты, — заявил Керри.
— У меня — револьвер с сорока патронами, — сказал Кинг.
— Итак, разведочная партия будет достаточно вооружена и для охоты и на случай встречи с двуногими или четвероногими хищниками. План на ближайшие часы составлен, и мы можем приступить к его выполнению, — заключил Смит, вставая.
Керри полез в грузовой люк доставать свою винтовку, Смит вынул из пассажирской кабины свое ружье, Кинг, порывшись в саквояже, вытащил маленький револьвер, зарядил его и сунул в карман. Летчики занялись в своих кабинах демонтажем пострадавших инструментов. Генри наготовил из оставшихся от костра сухих веток и сучков несколько колышков, которые отдал Керри, получившему от летчиков бечевку и довольно длинную палку, которая нашлась в багажном отсеке.
5. Остров — и вулканический, и коралловый
Смит, Кинг и Генри, захватив оружие, отправились на разведку. Мальчик повел старших к тому месту, где он нашел удобный подъем на скалы, обрывавшиеся к заливу. Поднявшись, они вскоре нашли тропинку, углублявшуюся в лес, который покрывал восточный склон горы и состоял из деревьев, большей частью незнакомых путешественникам. Обращало на себя внимание обилие древовидных папоротников нескольких видов, достигавших высоты в несколько метров. Папоротники господствовали и среди кустов, образовавших густой подлесок. Из знакомых деревьев путешественники отметили бананы и кокосовые пальмы. Довольно много видно было миртовых и мимозовых деревьев. […]
Тропинка, по которой они шли, была хорошо утоптана. Это обратило на себя внимание.
— Эта тропинка доказывает, что на острове теперь имеется или было еще недавно какое-то население, — сказал Кинг.
— Но ее могли проложить и какие-нибудь довольно крупные четвероногие животные вроде буйволов или диких лошадей! — возразил Смит.
— На уединенных островах Тихого океана крупные млекопитающие не водятся, заявил Кинг, — за исключением тех, которые привез с собой для разведения человек. Флора и фауна на этих островах состоит из своеобразных форм. Из диких животных встречаются птицы, которые могут перелетать через просторы океана, и черепахи, живущие в море, но вылезающие также на сушу, и, конечно, различные насекомые, занесенные ветрами. Из растений встречаются только те, семена которых переносятся ветром или морскими течениями и выдерживают долгое пребывание в соленой воде, не теряя всхожести, или же те, которые заносят птицы. Человек на своих судах завез на острова, помимо своей воли, крыс, мышей и их паразитов, а также развел свиней, кроликов, собак, кошек, домашнюю птицу, лошадей, рогатый скот. Жители этих островов, — продолжал Кинг, — разводят свиней и разные огородные растения. Эти пришельцы, конечно, дополняют и частью даже вытесняют первобытную фауну и флору, которая в общем небогата семействами, родами и видами. И чем дальше отстоит остров от ближайшего материка, тем беднее его первобытная фауна и флора. Это обнаружил Дарвин сто лет тому назад во время своего кругосветного путешествия на корабле "Бигль". […]
Поднимаясь по тропинке, разведчики действительно заметили только птиц нескольких видов, перелетавших с дерева на дерево; некоторые пели довольно мелодично, и Кинг заявил по этому поводу:
— Это пение доказывает, что мы находимся уже в южном полушарии, где декабрь — первый летний месяц, и птицы еще поют в период устройства гнезд и кладки яиц.
— Как вы обратили на это внимание! — воскликнул Смит. — Да еще сделали интересный для нас вывод. Я бы не подумал об этом.
— Хороший корреспондент должен быть внимателен ко всему и иметь хорошее образование, — ответил Кинг. — Ведь задача его жизни — узнавать все новое, что творится на земле, правильно объяснять все явления и факты и правильно описывать их, ничего не выдумывая и не преувеличивая.
— Так, конечно, должно бы быть, — заметил Смит. — Но, к сожалению, в нашей периодической печати это мудрое правило соблюдается далеко не всеми. Владельцы газет думают только о своем обогащении, заботятся прежде всего об увеличении тиража и наполняют столбцы информацией о всяких происшествиях, преступлениях, ссорах, модах, возбуждающих любопытство. Они освещают все события с определенной, полезной только для них точки зрения, прибегают к выдумкам, лжи и клевете — и это под покровом принципа "свободы печати", которым мы гордимся.
— Газета, в которой я работаю, — заявил Кинг, — не принадлежит к этой категории, хотя в своих высказываниях по политике иногда также пристрастна.
В одном месте за крутым поворотом тропы путники увидели черное четвероногое, по росту и форме похожее на крупную свинью, животное; заметив людей, оно быстро скрылось в чаще.
— Одичавшая свинья! — воскликнул Кинг. — Нужно приготовить винтовку на случай подобной встречи. Полинезийцы часто предпочитают не заботиться о корме для своих свиней, предоставляют им полную свободу и, когда нужно, охотятся на них.
Тропа привела, наконец, к вершине горы, где лес настолько поредел, что можно было осмотреться. Полукольцом среди деревьев и кустов тянулся гребень из темно-бурых камней, выдававшихся из травы. Он ограничивал с запада плоскую, заросшую травой впадину, в центре которой блестело маленькое озерко, не больше 15–20 м в диаметре.
— Вот и кратер этого вулкана, очевидно, давно уже не действовавшего, воскликнул Кинг. — Последний поток лавы излился из него на восток и покрыл склон, по которому мы поднимались.
— А порода, кажется, такая же, как в черных скалах вокруг залива, заметил Генри, поднявший обломок бурого камня, — но только сильно выветрелая.