Крафтер II (СИ)

Руны вспыхнули алым, синим, изумрудным. Пыль ожила, превратившись в движущиеся фигуры: порталы, разрывающие небо, армии в сияющих доспехах, драконов, крушащих башни. Картина пульсировала, и с каждым взмахом кисти сюжет менялся — вот они, варвары, маршируют через золотые пустыни, вот рубят чудовищ с десятью головами, вот пьют из кубков размером с бочку.
— Это… мы? — прошептал молодой воин, тыча пальцем в своего двойника на скале. Тот, на изображении, махнул ему мечом.
  
— Да, — ухмыльнулся я, добавляя в сцену огненного великана, которого «варвары» валили сообща. — Только лучше. Без вонючих портянок и привычки ковырять в носу за столом.
Дракониха наклонила голову, и её дыхание коснулось рисунка. Огненный великан внезапно ожил, зарычал и метнул в толпу иллюзорный камень. Варвары с визгом разбежались, а потом, осознав, что это была лишь иллюзия, заржали. Шаман, всё ещё угрюмый, вылез вперёд:
— А можно… чтобы я там был? С бубном?
— Будешь, — пообещал я, дорисовывая ему на скале золотой бубен размером с колесо. — Но если сегодня прочтешь хоть одно заклинание — заменю тебя на бродячую собаку.
Плюм, вдохновившись, дохнул огнем на стену. Его искры вплелись в рисунок, и внезапно все изображённые драконы повернулись к зрителям и синхронно рыгнули пламенем. Варвары в восторге забили кулаками по земле, а вождь с шрамом ухмыльнулся:
— Я там! — он тыкал в своё изображение, где «он» раздирал пасть чудовищу голыми руками. — Это я!
— Нет, это я, — поспорил другой, толкая его. — У меня тоже шрам на жопе!
Дракониха фыркнула, но уголок её пасти дёрнулся — почти улыбка. Я закончил рисунок финальным штрихом: огромным порталом, из которого выходили они все — с добычей, шрамами и гордыми лицами.
— Вот ваше завтра! — сказал я, отбрасывая кисть. — Если пойдете за мной и будете служить верой и правдой.
Толпа взревела, поднимая кружки с мутным напитком. Даже шаман затянул хриплую песню, а Плюм, довольный, свернулся клубком у огня. Дракониха наклонилась ко мне, шелестя чешуёй:
— Неплохо, смертный. Для примитивного трюка.
— Это не трюк, — усмехнулся я, глядя, как варвары пытаются повторить бой с иллюзорным великаном. — Это… мотивация.
Она фыркнула, но в её глазах мелькнуло уважение. А где-то вдали, за горами, звёзды мерцали, будто подмигивая будущим безумствам.
После моих экспромтов и пламенной речи пир приобрел более внушительные масштабы. Мне отрезали самые жирные куски мяса. Меня поили самым вкусным грогом. Все танцевали и веселились. Многие шаманы, сидя у костра, рассказывали мне историю их мира и своего народа.
Под утро, когда почти все, пьяные и сытые, уже спали на голой земле, я решил отправиться назад, в Севастополь. Дорогу мне преградил старший вождь Огнеронцев:
— Ты уже уходишь, бог? Когда ты возьмешь нас с собой?
— Мне нужно время на подготовку. Но можешь быть уверен, что скоро. Я вернусь за вами.
Вождь кивнул, поклонился и отошел в сторону, а я направился к заблокированному порталу. Дракониха тихо-мирно спала на лугу по соседству. Плюм, растратив мою энергию, вернулся в свое привычное состояние. Он свернулся клубком облачка на моем плече.
— Ты хоть записку оставил своей красотке?
Питомец лениво покивал и спрятался у меня за шиворотом.
— Молодец! Нужно всегда оставаться джентльменом! Даже когда сваливаешь на неопределенный срок!
Портал трещал, а его края извивались, словно пытались укусить сами себя.
— Ладно, пушистый, — бросил я другу. — Хватит баловаться. Открывай эту дыру, пока Краев не решил, что мы тут померли.
Плюм зевнул, спрыгнул на землю и встряхнулся. Его облачное тело обрело плоть с чешуёй, а крылья расправились с неохотой. Он ткнул когтем в портал, глаз мазнула яркая вспышка. Затем питомец заложил магический заряд под основание портала.
Мы шагнули вперед и через мгновение оказались на мощенной булыжником улице.
Краев стоял в пяти метрах от нас с мечом наготове. Его мундир был в пыли, а лицо напоминало помидор, забытый на сковородке. За ним собралась целая армия: дула танков были направлены в сторону портала, боевые маги в специальных костюмах держали заклинания наготове, бравые вояки нервно поглаживали стволы автоматов.
Я усмехнулся, и портал за моей спиной громко схлопнулся, оставив после себя запах горелой резины и… ванили? Плюм отрыгнул синим дымком и сдулся обратно в белое облачко.
Руку обожгло, и я перевел взгляд на свой перстень на среднем пальце. Кольцо задрожало, а затем щелкнуло, и на пластине появилась руническая пятерка с изображением кинжала. Теперь никто из Кликов не посмеет назвать меня новичком…
  
Глава 4
 
* * *
Краев стоял, скрестив руки на груди, наблюдая, как Лев Морозов, с его вечной самоуверенной ухмылкой, уверенным шагом направился прямо в портал.
— Морозов, стой! — попытался остановить его Виктор, но даже он понимал, что слова были бессмысленны.
Этот человек не слушал никого. Абсолютно. И сейчас он делал то, что считал нужным, совершенно не заботясь о здравом смысле или общей стратегии.
Толпа вокруг пришла в движение. Кто-то негодовал, кто-то с восхищением шептался, а трое молодых аристократов, видимо, решив не отставать в эпичности, рванули за ним следом.
И… не смогли.
Они просто врезались в невидимую стену, словно портал захлопнулся перед их носами. Один из дворян — чересчур резвый — с размаху влетел в преграду и свалился на землю, потирая ушибленный лоб.
— Что за чертовщина⁈ — раздался чей-то возмущенный голос.
Краев нахмурился. Это было странно. Даже слишком.
Однако недоумение всех собравшихся достигло пика через несколько секунд, когда… Морозов вернулся!
Он просто шагнул обратно, как ни в чем не бывало. Живой. Невредимый. Даже не потрепанный.
В лагере воцарилась гробовая тишина.
— Это… Как? — кто-то ошарашенно уставился на него, будто тот был пришельцем.
Но на этом все не закончилось. О нет. Этот наглый щегол… снова зашел внутрь, вернее залетел… Он будто бы оседлал неведомого зверя и оправился в полет! Краев потер переносицу.
— Он что, издевается?
Офицеры и аристократы вокруг замерли в ступоре. Никто не знал, как реагировать. Воины, которым Морозов уже показал свою мощь, смотрели на происходящее с выражением «да что вообще тут творится?». Все заслуги по защите города начинали меркнуть по сравнению с выкрутасами, которые он проворачивал.
Однако на этот раз он не вернулся. Минуты шли, но его не было.
— Может, он… не смог? — раздался чей-то тихий голос.
Краев молчал. Хотелось бы сказать, что его не волновало, что случилось с Морозовым, но он понимал: если этот человек действительно не вернется, это будет потерей… нет, катастрофой.
Прошло еще больше времени. И вот, когда все уже начали думать, что портал навсегда забрал этого безрассудного артефактора… что-то изменилось.
Магическая структура разом содрогнулась, вспыхнув ярким светом. И в этот момент Лев Морозов вышел обратно. Но это было еще не все.
Портал, этот огромный, ужасающий разлом, начал сжиматься. Магия вокруг дрожала, словно кто-то насильно уничтожал саму суть этой аномалии.
И через несколько секунд… он исчез. Полностью. Все застыли. Никто не мог поверить своим глазам.
Краев был не из тех, кто легко поддавался эмоциям, но даже он в этот момент ощутил… ну, нечто похожее на шок.
Этот человек… один… закрыл портал такого уровня.
— Это невозможно, — тихо выдохнул кто-то рядом.
Но вот он стоял перед ними, абсолютно реальный, живой, с выражением лица, которое как бы намекало: «А вы в этом сомневались?».
  
Виктор Краев молча смотрел на него, понимая только одно. Мир после этого дня уже не будет прежним.
* * *
Я с удовольствием посмотрел на свое кольцо, на котором явно проявилось что-то новое. Отлично. Значит, даже само мироздание решило, что мои подвиги достойны повышения ранга. Хотя, честно говоря, мне и так было неплохо.