За(на) ложница криминального авторитета (СИ)
— О! — вырывается у меня, и эта реакция была не поддельной. Красивое и очень изысканное украшение.
— Это тебе. Подарок. А камень…под цвет твоих глаз, — вдруг говорит Асад. Как-то бесчувственно, и безразлично, но сами слова приятны.
— С-спасибо, — благодарю, подняв на него удивлённый взгляд.
Я не понимала…зачем и почему, но не решалась спросить этого у него.
Наш договор подходит к завершению через три-четыре дня, и если честно, я думала, он захочет поговорить об этом. Напомнит что ли, но ни как не подарок.
Он игнорирует мой непонимающий, вопросительный взгляд, извлекает из футляра украшение и надевает мне на шею, бережно и нежно. После чего опускает руки на мою талию и, прижав к себе, целует меня в губы.
— Оставайся здесь, — вдруг говорит. — Через десять минут я закончу с документами, и мы отобедаем вместе…
Я киваю, но как-то неуверенно, настороженно, поскольку все эти его предложения, подарки и прочие мелочи, только настораживают меня. Мы никогда с ним не ели за одним столом. Мы почти не говорили толком, только спали и трахались, а здесь столько новых событий. И я не понимала, к чему это всё!
Дальше, Асад некоторое время возится с бумагами, а я сижу рядом на диване с ноутбуком в руках и смотрю какой-то фильм. Точнее, делаю вид что смотрю, потому что теперь у меня хватало пищи для размышлений не на один час. Но я никак не могла собраться с мыслями и как следует обдумать новые события.
А потом, совсем случайно подняла взгляд на мужчину, именно в тот момент, как он набирал код на своём сейфе, и увидела комбинацию цифр, которые он вводил на циферблате: «16101984».
Я машинально, мысленно вцепилась в эту комбинацию и несколько раз повторила в уме, запомнив последовательность. Для начала сделала это безразлично, ради обычного любопытства, а потом подумала о том, что в сейфе может храниться, полезная информация для меня, некий компромат на мужчину, который поможет мне на всякий случай и обрадовалась возникшему случаю.
Поэтому, быстро отведя взгляд, чтобы не выдать себя, я полностью поникла в ноутбуке, вновь приступив обдумывать случившееся, новые обстоятельства сегодня.
Глава 16
Милена
Обед с Асадом…
По сути, ничего не меняется между нами. Мы просто, молча, едим, иногда обмениваясь короткими взглядами. И всё! Но то, что я побывала на первом этаже, в его кухне — это уже должно что-то значить.
На второй день, он опять предлагает мне завтрак, обед и ужин вместе с ним, а на третий день…прогуляться за домом.
За домом — это в таком захудалом месте, где когда-то, наверное, был фруктовый сад, а теперь из земли торчали одни высохшие пеньки. В некоторых местах, самые живучие из деревьев пытались пустить какие-то ростки, веточки, листочки, но среди большинства погибших деревьев, они были практически незаметны.
На данный момент, я чувствовала себя так же…среди мрака, пустоты и жестокости, пыталась дышать, тянулась, выживала! И это небольшое поощрение со стороны Асада, для меня как живность среди этого пагубного места. Но итог в конце один — побеждает большинство! То есть, со временем чернота погубит всё то, что пытается жить в этом месте…как и меня…
— Почему сад погиб? — решаюсь спросить, когда мы уже возвращались обратно в дом. — Он всегда таким был?
— Нет. Зачем он нужен, — прозвучало как утверждение, нежели вопрос.
— Место здесь неплохое, — объясняю. — И видно, что раньше, здесь было красиво…
— Хочешь красивый сад? — уточняет он, и это звучит так странно.
— В принципе, мне всё равно. Просто каждый дом имеет свою историю, прошлое, и, проходя мимо всего этого, возникает много любопытных вопросов. Например, таких как: кто здесь жил раньше, был ли счастлив, и что произошло…?
— Глупые вопросы! — небрежно бросает Асад, и черты его лица меняются. — А если бы здесь был сад, свободный доступ к нему и прочая ерунда, ты бы захотела остаться в этом доме? — вдруг спрашивает он, и я прекращаю идти, замерев на одном месте.
Так вот значит в чём дело? Вот значит, к чему все эти поощрения, мимолетная свобода, другое отношение…
— Зачем? — удивляюсь наигранно. Не спешу отрицательно качать головой, зарекаться, отказывать. Боюсь, что если я не соглашусь, моё ужасное существование на втором этаже, в сугубо строгих рамках продлится.
Сначала, нужно было узнать его мотивы, отношение к любому моему решению и возможные, другие варианты. В принципе, последнее время я вела себя очень покладисто — как для ненормальной дуры, которой плевать на своё достоинство, свободу и прочее. Поскольку о том, что это фальшь — знаю только я.
Возможно Асад думает, что делает мне одолжение. Ведь я вроде влюбилась…
А что если я откажусь?
Он поймёт мою ложь, обозлится и тогда мне не поздоровиться! Или же, я действительно, по-настоящему его зацепила?
К чёрту его!
И я должна доиграть свою роль до конца, пока не буду уверена в своей безопасности…
— Хочу, чтобы ты осталась, — как-то равнодушно отвечает он, хотя на самом деле, с его уст подобное признание равно признанию в любви.
Я давно поняла, что у него своеобразное проявление чувств.
Но что он мне может предложить? Выход на первый этаж, в захудалый сад, в кухню?! Ещё месяц в подобном ритме, и я была практически уверена, что не выдержу, а просто сойду с ума. Здесь уже не помогут прогулки и прочее поощрение. Слишком поздно что-то менять и делать лучше. Между нами…
Хотя, за проведённое, нормальное время с ним, было несколько моментов, которые затрагивали в моём сердце некую особенную и ненужную струну. Но я всегда прогоняла эти мимолетно-возникшие чувства, напоминая себе о грубости, жестокости и бесчувственности мужчины.
— Я не видела своих родных, три месяца, — мягко объясняю. Отличный предлог, чтобы уехать домой после окончания договора, и скрыться навсегда. — Думаю, для начала нужно вернуться из Парижа, и побыть с семьёй. Но я обещаю подумать над твоим предложением…, - отвечаю уклончиво, чтобы не испортить трёхмесячные труды своего подхалимства.
— Ты могла бы подумать об этом здесь, — настаивает он, и я вижу, как мрачнеет его лицо. Он не доволен моим ответом. Даже один разговор о том, что я уеду домой — не нравиться ему, а значит, в случае моего отказа, о свободе не может быть и речи!
— Я скучала по ним, — пытаюсь достучаться до него, но он начинает выходить из себя. Вижу это, по его взгляду, сжатым кулакам и плотно стиснутым зубам. Не бывать моей свободе… — Тогда, возможно, для начала, ты позволишь мне, хотя бы позвонить домой? — осторожно спрашиваю, поскольку понимаю, что спорить сейчас слишком рискованно. Нужно всё делать постепенно…
— Хорошо, — вдруг соглашается он, и моё сердце пропускает удар.
— Да?!! — уточняю, словно ослышалась, подавляя радостное чувство подпрыгнуть от счастья. Он кивает, наблюдая за мной, а у меня вылетает: — Сегодня?
Опять кивок и улыбка…еле заметная.
— Прямо сейчас? — продолжаю, но уже с некой опаской.
— Пойдём! — отвечает он, и ведёт меня за собой наверх…
Глава 17
Милена
Мы поднимаемся на второй этаж и направляемся не в мою комнату, не в кабинет мужчины, а идём в самый конец коридора. В спальню Асада. Впервые.
Эта комната всегда была закрыта на замок, и доступ к ней для меня, был запрещён.
Асад открывает дверь, пропускает меня внутрь первой, а затем заходит следом. Слышу, как захлопывается дверь, щелкает замок, но не подаю вида, что почему-то боюсь. Убить не убьет, но то, что мы остаёмся один на один, при таких странных обстоятельствах как изменение его отношения, меня напрягало.
Делаю вид что осматриваюсь, но толком ничего не замечаю. Чёрные и серые цвета, сливаются воедино, когда рука мужчины обвивает мою талию, дыхание опаляет кожу возле шеи, а потом, его горячие губы прикасаются к плечу.