Разбей сердце принцессы

– Ирэн, красотка моя ненаглядная, – заплетающимся языком проговаривает она и подходит к дивану. – Это здесь вы играете?
– Да, Марионн, и вы как раз вовремя.
У меня никак не получается отвести взгляд от парня, которого я совсем не ожидала увидеть в этом доме когда-либо. Но если вспомнить, что у Дилана так много друзей, коих я ни разу в своей жизни не видела, то удивляться не приходится. Может, новенький один из них.
Он проходит к дивану и садится на стул рядом со мной, и я пытаюсь сделать вид, что совсем не смущена его появлением. Марионн поворачивается ко мне и еле фокусирует свой взгляд.
– А это кто? – спрашивает она. – Впервые тебя вижу.
– Это Лина, моя подруга, – отвечает Ирэн.
– Милое платьице, – усмехается Марионн и усаживается прямо на колени Маркуса.
– Спасибо. – Поняв её саркастический тон, я натягиваю улыбку. – А на тебе очень милое нижнее бельё.
Диего, до этого выпивавший с горла бутылки пиво, поперхнувшись, выливает всё на пол. Смех, который на этот раз звучит не в мою сторону, заставляет Марионн покраснеть, хотя она была красная и до моего ответа. Наверное, она просто слишком пьяна, и именно поэтому на меня не обрушился унижающий ответ, который я ожидала.
– Давайте не ссориться, девочки? – пытаясь сгладить обстановку, произносит Вайолет. – Продолжаем игру. Нас стало больше, а значит, можно уже сворачивать в сторону чего-то более интересного.
Мне совсем не нравятся её последние слова, но я стараюсь сделать вид, что готова продолжать.
Новенький, снова одетый во всё чёрное, вытаскивает руки из карманов своих брюк и выставляет перед собой. На этот раз я вижу его кольца гораздо ближе и даже пытаюсь угадать, есть ли какой-то смысл, заложенный в череп, чёрный камушек или необычные узоры на серебре.
Отвлекая меня от моего занятия, Вайолет делает ход:
– Я никогда не спал с человеком, с которым познакомился в Интернете.
Пальцы загибают сразу трое: Ирэн, Линдси и Диего. И после столь интимного вопроса мне становится неловко, и я начинаю понимать, что чем дальше игра будет продвигаться, тем более откровенные вопросы начнут задавать.
– Смотрите на этих невинных одуванчиков, – смеётся Диего, оглядев всех, кто не загнул палец. Его взгляд останавливается на моих руках, и он произносит: – Неужели ты реально ничего из всего, что мы называли, не делала?
– Нет, – резко отвечаю я.
– А ты что, не в курсе? – смеётся Маркус, хлебнув полбутылки. – Её предки абсолютно не приемлют подобного поведения. Норвуд у нас монашка.
Хочу ответить, но Линдси меня опережает:
– Я буду следующей!.. Я никогда не пробовала таракана.
– Как не хер делать, – загибая палец, выдаёт Диего. – Они, кстати, на вкус как яблоки.
– Даже спрашивать не буду, при каких обстоятельствах ты пробовал таракана, – произносит Ирэн, отпив немного пива из бутылки, которую выхватила у Маркуса. – Лина, ты следующая.
Совсем не ожидая, что мне придётся делать ход, я растерянно хлопаю глазами. В голову не лезет ничего лучше, чем:
– Я никогда не встречала знаменитость.
– Да ты с ними живёшь, – смеётся Ирэн. – Чем твои предки не знаменитости? Загни палец.
– А ты не встречала Гейтса? – интересуется Нолан, до этого сидевший молча. – Вы ведь по соседству практически живёте.
– Нет, не встречала.
– Я как-то сходил на концерт Ники Минаж, – загибая палец, говорит Маркус, – и, признаться честно, чуваки, в жизни бампер у неё гораздо объёмнее, чем на фотках, клянусь!
Я стараюсь сделать вид, что сказанное им не заставило меня смутиться, воспользовавшись тем, что Ирэн прикрикнула, чтобы он заткнулся.
Как я вообще попала в эту компанию?
– Марионн, твой черёд, – произносит Вайолет, щёлкнув пальцами. – Ты же не собираешься сидеть в стороне и просто смотреть?
Марионн наконец привстаёт и поправляет свои волосы, которые постоянно лезут ей в лицо. Сетчатые колготки облегают её ноги чересчур сильно, делая их похожими на колбаски, учитывая её формы. И только одна эта мысль за сегодняшний день вдруг поднимает мне настроение.
 
– Так… О'кей, я знаю, что сказать… Я никогда не хотела трахнуть кого-то из сидящих здесь… Упс, получается, я тоже должна согнуть палец.
Она так и делает. И единственными, чьи пальцы остаются в прежнем положении, оказываемся мы с новеньким.
Я горю от обдавшего лицо жара, возникшего из-за произнесённых слов.
– Почти все тут кого-то хотели трахнуть? – смеётся Маркус. Потом смотрит на меня, оценивающе обводит взглядом мои ноги, частично прикрытые подолом платья, а потом пускает сальную шуточку: – Тебя бы я не прочь совсем.
Такого стыда и чувства унижения я, наверное, не испытывала ещё никогда в жизни. В ожидании помощи, которую я привыкла моментально получать от, к примеру, Дилана, если бы он тут сидел, я бросаю взгляд в сторону подруги, а потом и на новенького.
Он выглядит раздражённым. Лишь слегка, но я прямо чувствую вибрации в воздухе, исходящие от него.
– Довольно, парень, – говорит он спокойным, но серьёзным голосом.
– А что? – Маркус вскидывает руки. – Она такая прям невинная и чистенькая… Это чертовски возбуждает.
– Завались, придурок, – подаёт голос Нолан. – Реально, хватит.
Новенький сильно втягивает воздух через сжатые зубы, будто пытается сдержаться. А вот я хочу распасться на миллион частей, чтобы больше не существовать в этой комнате.
– Я пойду, наверное, – говорю я, резко встав с места.
– Лина, не обращай ты внимания, – начинает Ирэн, поднявшись вместе со мной. – Маркус просто пьян и не думает, о чём говорит.
И ей не удалось бы меня уговорить, если бы вдруг новенький рядом со мной не сказал:
– Я проконтролирую.
– Что проконтролируешь? Чтобы никто меня не… – Мне хочется звучать грозно, но я так и не могу произнести это ужасное слово на букву «т».
Новенький смотрит на меня снизу вверх:
– Проконтролирую, чтобы никто ничего подобного больше не произнёс.
Бросив взгляд в сторону Маркуса, который вливает в себя ещё одну бутылку пива, я раздражённо выдыхаю. И соглашаюсь, сев обратно. А потом думаю, что мои родители поступили бы правильно, не одобрив того, что я нахожусь в такой отвратительной компании извращенцев.
– Продолжаем! Я никогда не отсасывал незнакомцу, – неожиданно говорит Нолан, лишний раз подчеркнув мои мысли насчёт их распущенности.
Настолько непривыкшая к подобным разговорам, я начинаю ёрзать на месте от неловкости и пытаюсь отсесть чуть дальше, словно это из моих уст прозвучало это неприличное слово, которое я воспринимаю как нечто запретное и наказуемое.
– Серьёзно, чувак? – смеётся Маркус, смотря на то, как Нолан загибает палец.
– Если это спор, то я никогда не откажусь от своего задания, – спокойно отвечает он с таким видом, словно гордится этим своим поступком.
К счастью, на столе стоит стакан с водой, которую я выпиваю и непроизвольно смотрю на новенького, который совсем не изменился в лице. Остальные же негромко смеются. Наверное, я тоже должна смеяться, но мне смешным сказанное Ноланом не показалось.
– Теперь ты, красавчик, – продолжает он, кинув взгляд в новенького и сделав глоток из горлышка бутылки.
Новенький почти сразу выдаёт:
– Я никогда не желал кому-то смерти.
– О, мрачновато как-то, – громко бубнит Вайолет.
Маркус загибает палец, а за ним и Марионн. И внезапно сам сказавший эти слова парень.
– Фу, как некрасиво! – морщится Ирэн. – Нельзя желать людям смерти, вы что, чокнулись?
– Иногда это получается неосознанно, – серьёзно говорит новенький. – По грязному вынуждению.
Я смотрю на него с диким интересом. Потому что хочу, наверное, понять, почему он может кому-то желать смерти и что такого этот человек ему сделал.
В моей жизни подобного не случалось. Родители воспитали меня слишком мягкой и доброй, и в мыслях радоваться фантазиям о чьей-то смерти никогда не было. Даже с Франческой, а я её ненавижу.