От всего сердца

— Потрясающе, — шепнула изумленная Джоанна. Ей было чему удивляться, поскольку Колин воспроизвел серьгу по памяти. Оба настоящих украшения находились в распоряжении Декера. — Безупречная работа. Я бы не заметила различия. А ты? — Она передала серьгу Мерседес, и та начала так же внимательно разглядывать ее.
Наконец Мерседес посмотрела на мужа:
— Ну, Колин? Откуда тебе знать, что это копия и что ты не перепутал ее с оригиналами?
  
Видя, что Колин колеблется, Беркли заметила:
— Полагаю, своим молчанием ваш супруг преследует определенную цель. Он не хочет, чтобы я узнала, чем отличаются серьги. Видимо, они с капитаном Торном собираются устроить еще одно испытание.
— Надеюсь, это не так, — холодно возразила Мерседес. — Вы успешно прошли одну проверку, и этого вполне достаточно — на мой взгляд, а стало быть, и на его тоже. Я не ошиблась, Колин?
Видя, с каким старанием жена пытается склонить его к согласию, граф Роузфилд едва сдержал улыбку.
— Посмотрим, — сказал он.
Его ответ не удовлетворил Мерседес, но она не хотела заводить спор при посторонних и ограничилась тем, что оставила фальшивую серьгу у себя. Мерседес решила сделать все, чтобы исключить дальнейшие подмены и оскорбительные испытания.
— Декер показать миссис Шоу оригинал?
— Пусть миссис Шоу выскажет свое мнение об этом экземпляре. — Он быстро взял с каминной полки черную лакированную коробочку, чувствуя на себе удивленный взгляд Джоанны, которая следила за каждым его движением. Насколько она знала, в этой коробочке обычно было несколько сигар для гостей. Теперь на черной бархатной подушечке лежали две изящно сработанные серьги из числа фамильных драгоценностей.
Декер предъявил собравшимся содержимое коробочки, но отдал украшения не Беркли, а Колину. Лорд Роузфилд осмотрел лежавшие в коробочке серьги и выбрал одну из них.
— Я был бы рад узнать, что скажет вам эта вещица о моем брате. — Колин положил серьгу на ладонь Беркли и сам сжал ее пальцы.
В следующее мгновение Беркли покачнулась. Колин ощутил сильный поток тепла, исходивший от ее ладони, и первым его побуждением было отпустить руку женщины.
Он уже разжимал пальцы, но, вдруг сообразив, что Беркли нужна его поддержка, снова сжал их.
Андерсон снял руку с талии Беркли и взял ее за локоть.
— Я знаю, что нужно моей жене, — сказал он Колину. — Вы можете отпустить ее.
Колин не понимал, отчего ему так не хочется убирать руку. Ровный поток тепла от кожи Беркли не был приятен ему. Но, по мнению Колина, его ощущения объяснялись тем, что Беркли завладела серьгой, а значит, и всем тем, что она в себе воплощала. Эта серьга связывала Колина с прошлым, с историей его семьи, с братом. Беркли Шоу, чужая для них, не понимала, что означает эта драгоценность для Колина и Декера Торнов.
Как только Беркли качнулась к Андерсону, он мягко избавил ее от руки Колина.
— Может, ей лучше сесть? — спросила Мерседес. — Колин, подай миссис Шоу кресло, она того и гляди упадет.
— Нет, — ответил Андерсон. — Так и должно быть. Это быстро пройдет. — Тут он почувствовал, что Беркли вновь собралась с силами. Она несколько раз моргнула, ее длинные ресницы затрепетали, сердце гулко забилось, от лица отхлынула кровь, а губы побелели.
— Все в порядке, — неуверенно промолвила Беркли, и присутствующие с удивлением увидели, как Андерсон отпустил ее руку. — Спасибо, — сказала она мужу. — Пожалуй, мне действительно лучше сесть.
Как только Беркли опустилась в кресло, придвинутое ей Андерсоном, Джоанна и Мерседес сели на диванчик с обивкой из кремовой парчи. Все еще держа в руке черную лаковую коробочку, Колин перекинул ногу через высокий подлокотник диванчика и устроился рядом с женой. Декер прислонился к каминной полке из зеленого мрамора и застыл в нарочито-небрежной позе.
Андерсон стоял чуть позади кресла Беркли, положив ладони на его спинку.
— Продолжай, дорогая. Ты что-то почувствовала, не так ли? Поведай графу все, что можешь, об этом украшении.
Беркли посмотрела на мужа, словно ища поддержки. Ее зеленые глаза казались огромными на маленьком лице в форме сердечка. В них застыла мольба. «Это необходимо?» — молча спрашивала она Андерсона. В ответ он чуть заметно кивнул: «Да, необходимо».
Беркли разжала пальцы и посмотрела на серьгу, очень похожую на предыдущую. Однако, держа эту вещицу, она испытывала другие ощущения.
— Так много чувств, — выдохнула Беркли. — Так много боли. Я не могу… — Она перевернула серьгу и вернула на прежнее место. — Да, так лучше. Трудно различить… — Внезапно она посмотрела на Колина, и впервые за время беседы его суровый взор не произвел на нее никакого воздействия. — Я не могу с уверенностью сказать, что эта серьга принадлежала вам, но ваше присутствие ощущается очень сильно. Вероятно, вы были очень молоды, когда расстались с ней, точнее, вам пришлось это сделать. Полагаю, вы отдали ее по своей воле, но не без внутренней борьбы. Серьга была своего рода приметой, по которой вы надеялись через много лет опознать ее владельца.
Услышав вздох Мерседес, Беркли на мгновение закрыла глаза и собралась с мыслями.
— Это очень старинная вещица, поэтому мне трудно отделить давнее прошлое от свежих событий. Возможно, я буду иногда путать их. — Она опять посмотрела на Колина. — Ваш брат жив, в этом нет никаких сомнений, Я бы сказала, что он очень долго держал эту серьгу у себя. Она приносила ему счастье, во всяком случае, он так полагал. Вероятно, он считал ее чем-то вроде талисмана. Едва ли он хоть раз надолго выпустил ее из рук. В таких случаях ему казалось, будто от его сердца отрывают кусок. — Беркли покачала головой. — Нет, не совсем так. Скорее, ему казалось, что он не может дышать полной грудью.
Джоанна удивленно посмотрела на мужа, но Декер не ответил на ее взгляд. Его внимание было приковано к Беркли Шоу.
Краем глаза Беркли заметила изумление в темно-синих глазах Джоанны.
— Полагаю, ваш брат заботливый, внимательный человек, — продолжала она. — Однако есть в его характере и иные черты. Я затрудняюсь описать их точно. Пожалуй, равнодушие, безразличие, которыми он прикрывает глубокую искреннюю заботу. — Беркли смущенно улыбнулась. — Не знаю, говорит ли вам это о чем-нибудь…
— Говорит, — сухо, с чуть заметной иронией отозвалась Джоанна и с явным неодобрением посмотрела на Декера. — Рассказывайте, что еще вы узнали.
— Откровенно говоря, я сбита с толку, — призналась Беркли. — Но может быть, кто-то из вас поймет, что это означает. По-моему, когда-то это украшение было частью обширной коллекции. Я говорю не о королевских драгоценностях. Сейчас речь идет о недавних событиях. Так вот, состав этой коллекции все время менялся. Да, никаких сомнений. Оставалась только эта серьга. — Беркли внезапно нашла объяснение этому обстоятельству, и ее изящно выгнутые брови сошлись на переносице.
Андерсон легонько коснулся плеча жены:
— Не скрывай свои мысли, дорогая. Скажи, что у тебя на уме. Никто не просил тебя ограничиваться только приятными сообщениями.
Беркли кивнула. Конечно, Андерсон прав, да и граф Роузфилд, хотя и замкнулся в равнодушном молчании, похоже, не прочь выслушать ее объяснение.
— Подозреваю, ваше сиятельство, что ваш брат был вором.
Джоанна Тори вскочила и подошла к своему супругу:
— Ты знал, что Колин собирается дать миссис Шоу твою серьгу?
— Нам была нужна твердая уверенность, Джоанна.
— Что ж, надеюсь, теперь ты удовлетворен. — В синих глазах Джоанны полыхнул огонь. — Я знала, что вы с Колином сомневаетесь. Неужели ты думал, будто я не разделяю ваших опасений? Прежде чем написать Мерседес о мистере и миссис Шоу, я навела подробные справки о них, посоветовалась с друзьями и только потом пригласила их в Бостон. Я устроила эту встречу после долгих раздумий. И полагаю, заслуживаю большего доверия.
  
— Я ничуть не сомневаюсь в тебе, Джоанна. — Декер посмотрел ей прямо в глаза. — Мы с Колином знаем: ты сделала все, что было в твоих силах. Но мы не могли поступить иначе. Нам было необходимо удостовериться в том, что эти люди не мошенники.