Смута (СИ)
Часть войск мгновенно решила начать штурм холма, дабы разогнать терзающих армию засадников, но сразу же встретили их ожесточённое сопротивление. Мало того что нужно было взбираться по крутому склону, где было сложно не то, что биться, а даже стоять, дак ещё и засевшие там воины хорошо знали своё дело. Они постоянно отоваривали по головам лезущих воинов длинным древковым оружием, а те, кто всё же умудрялись достичь выкопанных позиций, больше оттуда не возвращались.
Армия, осознав тщетность попыток продвижения вдоль холма, сразу же в беспорядке устремилась в лесную проплешину, совсем позабыв о безопасности и разумности. Первыми туда ломанулся отряд Звяга, понёсший меньшие потери и желавшие сейчас увести Могуту из-под опасного обстрела. Я ломанулся за ними через поле, рискуя поломать ноги своего коня, но вместе с тем понимал, что другой попытки у меня может и не быть. Разумом я понимал, что точно неспроста организатора засады оставили этот проём пустым, а сердце поддакивало этим размышлениям.
Сбоку я влетел в строй царской охраны. Хоть в руках моих и не было оружия, но меня чуть было не изрубили саблями, лишь в последний момент осознав, что Могуте я не враг и стоит бы сохранить жизнь случайному наёмнику.
- Иди сражайся! – рявкнул мне один из гвардейцев, но я просто двинул ему укрытым в перчатку кулаком.
Ратник этого определённо не ожидал и позволил мне протолкнуться глубже внутрь строя, после чего исполнить не так давно придуманную маленькую шалость.
- Враги с тыла!
Мало кто ожидал моего крика и это привело к секундному замешательству, пока часть отряда перестраивалась в другую сторону. Этой заминки мне хватило, чтобы подобраться к царю и упереть между его лопаток пистоль.
- Не дёргайся и будешь жить, государь! Иначе твой позвоночник будешь по лесу собирать!
Могуте угрожать больше не понадобилось и он послушно стал исполнять мои приказы. На несколько секунд гвардейцы потеряли нас из поля зрения и мне даже удалось вытянуть Могуту из строя окружающих его охранников. Только замешательство не могло продолжаться бесконечно, и ратники охранения всё же обратили на нас внимание, приготовившись нашпиговать меня стрелами, словно ежа иголками.
- Не преследуйте нас или я прикончу вашего царька!
В ответ на меня посыпались проклятья, желания скорой смерти и что-то о сношении со всей моей семьёй. Этого я не слышал, поскольку всё быстрее и быстрее утаскивал царя в ближайший лесок, понимая, что только деревья скроют нас от возможного преследования и засадных полков. Лес был достаточно плотным, а потому на конях у нас просто нет шансов прорваться сквозь густую растительность. Выхватив из седельных сумок свой неприкосновенный запас продовольствия, я закинул своеобразный «сидор» на плечи, после чего спешил Могуту и погнал его по лесу вперёд, до сих пор не веря в удачу своего странного предприятия. Впрочем, ещё слишком рано было предполагать, что нам удалось вырваться из западни, поскольку обе стороны развернувшейся битвы нам не друзья.
Почему же я не решился переметнутся к воинам в засаде прямо сейчас? Ну, не стоит забывать того факта, что я наёмник и выгода для меня далеко не пустой звук, а потому отдавать Могуту какому-то случайному боярину или его людям не хотелось, хотя это серьёзно могло бы облегчить мою задачу, ведь до Ратиборска путь предполагается не самый короткий.
Неожиданно на меня налетел воин. Времени понимать к кому из лагерей он принадлежать просто не было, а потому пришлось оттолкнуть Могуту и схватиться за саблю. Воин не был одет в крепкий доспех, ограничившись крепким кафтаном-тегиляем. Мне не хотелось убивать его, но он явно претендовал на моего пленника, а отдавать Могуту я не собирался. Воин налетел на меня с топориком на длинной рукояти, пытаясь достать меня в голову, но я рванулся в его сторону, всаживая клинок под рёбра. От удара воин раскрыл рот, пытаясь вдохнуть побольше воздуха, который стремительно со свистом выходил из пробитого лёгкого. Воин умирал бы долго, давясь кровью и я добил его ещё одним ударом, протыкая саблей сердце сура, ставшим лишь случайной жертвой. Мысленно взмолившись пред местными богами о том, чтобы этот воин оказался в лучшем из миром, я завертел головой в поисках Могуты, который потерялся из вижу всего лишь на мгновение.
Могута, похоже, совсем не собирался бежать и ждал окончания схватки всего в нескольких метрах от меня. Самозванец даже не стал вытягивать своей сабли из ножен и просто смотрел на меня, не проявляя даже намёка на агрессию. Подхватив Могуту под локоть, я быстро потянул его вперёд, прорываясь через заросли, понимая, что бежать надо быстро и останавливаться не стоит, если мы не хотим лишиться своей жизни. Могута же совсем не сопротивляйся, послушно топая впереди меня, будто бы был не могучим царём, а не готовым к взрослой жизни отроком, вызывая у меня всё больше и больше подозрений.
Глава 18. Лжецарь
Ночной лес был окутан мраком и только звёзды светили яркими огоньками над кронами деревьев. Они были словно сурские боги, печально смотрящие на то, как между собой воюют их дети. Боги видели, как брат пошёл на брата, как отец режет сына и как страдает их земля. Свет звёзд был полон печали, и они только нагоняли тоску, добавляя мрака в и так не весёлые времена.
Вокруг был слышен тихий шепот листьев, шуршащих из-за поднявшегося ветерка, а где-то вдали раздавался вой волков. Он был именно там, откуда мы не так давно сбежали и похоже, что этой ночью у зверей будет пир.
Мы расположились в овраге меж лесных холмов и развели огонь. Горящий костёр создавал тёплое и уютное местечко в этом неприветливом лесу. Пламя искрилось сотнями частиц и танцевало под дуновениями разыгравшегося ветерка, вытягивая вверх языки огня, складывающиеся в прекрасные узоры. Огонь заливал наш овраг, оставляя на его земляных стенах вечно дёргающиеся тени. Шум леса и звуки костра сливались в природную мелодию, органично сопровождающее переплетения огней и теней.
- Ну и кто ты такой? – нарушил я природную песню, снимая с костра застреленного по пути зайца, мяса с которого точно бы не хватило на двух здоровых мужиков, но другого выбора у нас особо не было.
Могута долго не отвечал. Он в принципе мало говорил с момента своего заключения, послушно исполняя все мои приказы, чем немало меня радовал, поскольку я ожидал куда более строптивого характера целого царя. Впрочем, не смотря на свои размеры и умения правильно говорить, теперь совсем перестал быть похож на целого правителя.
- Могута. Ты прекрасно знаешь кто я такой, наёмник. – бесстрастно ответил самозванец.
- Не очень ты похож на царствующую особу. Хотел бы ты свободы и хотя бы попробовал сбежать, а ты ведёшь себя смирно, как послушный холоп какой-то. Не находишь противоречий? Ты если царь, то и саблей биться должен быть обучен, но всё равно голову склонил и сидишь.
- А зачем мне бежать? Меня ты не трогаешь, судя по говору такой же сур, как и я. К тому же, ведёшь ты меня к брату. Чего мне тогда от тебя бежать?
- Чем докажешь, что ты и вправду тот Могута, за которого себя выдаёшь?
- Даже если я начну сейчас рассказывать интересные вещи, то тебе это ничего не даст, ведь хоть и говоришь на нашем, но точно не с этих земель. Вот к Владиславу меня приведёшь, ему-то я всё и расскажу. Там хоть толк от моих слов будет, наёмник, а пустословить я совсем не люблю.
- Толку мне тебя тащить до самого Ратиборска, если в тебе ценности никакой нет? Ты правильно подметил, что я наёмник и за просто так ничего не делаю.
- Убей меня здесь. – согласно ответил мужчина, - Боги узнают своих, а ты точно ничего не получишь. Тогда несколько недель, что ты был занят на юге пропали зря и не принесли тебе ни единой монеты. Хреновый из тебя тогда получается наёмник, Вадим.
- Уж так точно цари не говорят. – попытался поддеть я Могуту.
- И многих ты государей знаешь? Помимо убитого твоей же рукой Кловиса?