Смута (СИ)

- Основная наша проблема заключается в том, что Орден два месяца назад закончил постройку целого ряда небольших каменных крепостей, поставленных по всему левому берегу Вьяжи. Из-за этих крепостей, установленных почти на всех удобных переправах, нам практически невозможно переходить реку для ответных действий, тогда как Орден спокойно переправляется на нашу сторону и при первой опасности возвращается на свою сторону. У нас были вести о том, что они собираются зимой в крупное наступление. Около двух тысяч человек, если не меньше. 
- Сколько?! – переспросил я, переглядываясь с Гривой, - Нам поведали всего о нескольких сотнях воинов. 
- Теперь понятно почему царь послал так мало людей. – задумался Войко, - В любом случае, раз вы столкнулись с ними на этом берегу, то они уже перешли в атаку и нам нужно с ними бороться. У вас есть мысли как нам поступить? 
- Сколько у вождя людей? 
- Можем собрать полторы тысячи, но у доброй половины точно не будет даже хоть какого-то доспеха.
- Маловато будет. В любом случае, первоочередной задачей будет выгнать орденские войска на тот берег, а уже потом будем что-то думать с крепостями. Ночью мои воины отдохнут и завтра выступаем. 
  
Глава 9. Враг Ордена
 
Вот только выдвигаться нам никуда не пришлось. Враг подошёл к нам куда как быстрее, чем в моих самых смелых ожиданиях. Перед самым рассветом в город Искро явились множественные жители окрестных деревень, которые сообщили о том, что враг несколькими большими группами ведёт свои силы к столице, не обращая внимание на пополнение фуража и мелкие группки рагладов, следящие за продвижение воинов Ордена и пытающиеся хоть как-то помешать продвижению противника. Как оказалось, на этот раз Орден решил не ограничиваться немногочисленными битвами и рейдерской тактикой. На этот раз магистр Маркус фон Тартаберад твёрдо и чётко решил выбить одного из самых упёртых вождей племён и закрепиться на восточном берегу разделявшей их реки. Информация о численности движущегося войска разнилась, но было чётко известно, что сейчас на столицу движется по меньшей мере полторы тысячи человек. Казалось бы, всего-то полторы тысячи и со своей прошлой наёмнической армией я бы даже вышел за крепостные стены и дал бой в поле, но сейчас ситуация была совсем иной. Для этого своеобразного театра военных действий, даже полторы тысячи были войском громадным и противостоять ему в условиях ограниченной численности моего корпуса будет, мягко говоря, проблематично. 
- Сколько в городе у вождя войск? – спросил я у Войко, нависающего над картой. 
- Три сотни наберётся. Это его личная дружина, так что там воители крепкие. 
- Давай всех на стены. Готовьтесь к осаде, а мне выдели штуки три проводников из местных, которые земли лучше других знают. 
- Будут вам проводники. 
- Отлично. – я посмотрел на остальных своих офицеров, поднятых по тревоге и успевших поспать лишь чуть более трёх часов, - Бернд, Вирт, вы остаётесь здесь. Готовьте стрельцов к длинному бою. Разместите запасы на стенах, чтобы далеко бегать не пришлось. В общем, вы своё дело знаете. 
- А ты куда? – вопрос принадлежал Вирту. 
- Займусь тем, что хорошо умели мои предки - попартизаню. – ответил я всем и сразу, прекрасно понимая, что меня никто не поймёт. 
До ближайшей и одновременно самой большой армии врага было примерно четыре-пять часов хода, но движения в составе большой армии, тогда как я взял под свою руку всего сорок человек и все мы двигались на конях, не беря с собой никакого обоза. Потому-то и было решено хоть как-то замедлить врага, и мы экстренно направились прямо к врагу, пользуясь преимуществом в скорости.
В двух часах конного пути обнаружилось идеальное место для засады. Дорога вилась у подножья холма, поросшего невысоким лесом. С другой стороны дороги также был глухой лес, оставляя всего пяток метров дороги в ширину. Поняв, что лучшего места для засады в короткие сроки мы точно не найдём, было решено начинать работы здесь. Всего в моей группе было чуть больше четырёх десятков человек, большая половина которых была из гренадёрского отделения. Сразу же мы начали копать несколько ям на дороге и рубить деревья. Долбить мёрзлую землю было тем ещё удовольствием, но слишком уж мне нравилась идея подложить несколько пороховых бочек на дороге с выведением длинного запала на холм. 
 
Свалить деревья оказалось проще и лошадьми мы тут же начали подтаскивать их на дорогу, перекрывая возможность быстрого по ней передвижения. Конечно, при наличии коней они смогут достаточно быстро расчистить свой путь, а кони у них есть. В общем, на эту бревенчатую баррикаду особенного расчёта мы и не делали, надеясь на то, что минная ловушка принесёт сумятицу в их ряды. 
Примерно через полтора часа работа была закончена: пять больших древесных стволов свалены в кучу, ямы выкопаны и в них заложены бочонки с порохом. Приходилось применять маленькие мешочки с порохом, чтобы сваливать деревья быстрее, а потому шума мы произвели изрядно. Тут же конница Гривы была отправлена на резервную точку, где они были должны дожидаться нас, пока я с двумя десятками гренадёров остался на холме выжидать врага. 
Авангард противника появился примерно через полтора часа. Было их немного, всего-то пять человек и атаковать их мы не стали. Пятью конями они мало могли чего сделать, а потому стали дожидаться подхода основных сил. Вот их-то и оказалось весьма прилично, а у меня появилось дикое желание материализовать из воздуха пару-тройку ПКМ, которых бы точно хватило для того-что бы если не уничтожить, то полностью низвести до атомов желание Ордена наступать на земли рагладских племён. Вот только магией я не обладал, а потому приходилось работать с тем, что есть. 
Из арьергарда орденского войска показалась пара десятков пехотинцев, не имеющих доспехов и даже особенного оружия. Это были некомбатанты из этакого инженерного корпуса. В нашей культуре они назывались посошной ратью и занимались в основном инженерным и логистическим обеспечением армии в виду того, что в Русском Царстве основой войска была конница и от этакого ополчения было мало толка. Оставшееся войско остановилось примерно в сотне метров за поворотом холма, прямо там, где у нас и были заложены мины. Я сразу схватился за кресало, высекая из куска кремня искры, стараясь быстрее поджечь затравочный шнур и надеясь, что мины сработают как было задумано. 
Наконец запал занялся и шнур стал медленно тлеть, постепенно уменьшаясь в длине. Часть шнура была закопана под снегом, но я не знал не потушится ли он, а потому оставалось сидеть за кустом, сильнее сжимая ложе аркебузы. Часть гренадёров также держала под рукой аркебузы, тогда как вторая половина сжимали округлые тельца гранаток. Разделяли нас всего так метров тридцать, и я надеялся, что за шумом стоящей армии никто не обратит внимание на два притаившихся десятка. Краем глаза я заметил, как от отряда орденцев отделился всего один человек и отправился в нашу сторону леса, развязывая тесьму на поясе. Потянув из кобуры пистоль, я закусил губу, понимая, что если он заметит хоть одного из бойцов, то смерть нам обеспеченна. Запал уже давно скрылся далеко в снегу, и я не знал сколько он ещё будет гореть, из-за того, что время тянулось слишком медленно. 
Отделившийся орденец подошёл к кусту, под которым покрытый снегом лежал один из моих бойцов. Я мягко потянул за спуск и выстрел пистоля потонул в грохоте разрыва заложенных снарядов. Под дорогой буквально развернулся короткий путь в Ад, прямо под тем местом, где стояло множество людей. Целые пласты земли и снега взлетели в небо, а осколки дерева и пули разили врага. Запах пороха перемешался с тяжёлой вонью крови. Меня оглушило даже на расстоянии, но гренадёром команда не понадобилась. Мы стали бить из всех стволов и метать гранаты через лес. Целей мы не видели, но целью было даже не нанести врагу потери, а привнести в его ряды ещё больше сумятицы. 
Отстреляв все имеющиеся снаряды и закинув в толпу оставшиеся гранаты, мы сразу же начали отступать. Сколько бы поражённым не был враг, но рано или поздно он осознает откуда провелась атака и двинется в погоню, а давать бой в открытом поле я готов не был. Добравшись до ожидавших нас конников Гривы, мы запрыгнули на коней и во весь опор двинулись обратно в Вождеский город.