Император Пограничья 13 (СИ)

  
Глава 17
 
Военный лагерь окутала вечерняя мгла, когда генерал Пётр Алексеевич Хлястин вошёл в командирскую палатку. Белые перчатки на его руках казались единственным чистым пятном среди копоти и грязи прошедшего дня. Он методично поправил их, глядя на собравшихся командиров — жест, ставший привычным за тридцать лет службы.
За походным столом с расстеленной картой Угрюма уже собрались все ключевые фигуры. Патриарх Воронцов восседал в единственном кресле, холодные серые глаза изучали присутствующих. Ратмир Железнов стоял чуть в стороне, его тёмный камуфляж контрастировал с разнородной военной формой остальных. Полковник Ладушкин нервно теребил погоны, водянистые глаза бегали от одного лица к другому. Капитаны наёмных компаний — Плещеев, Кривоносов, Мукаев, Ибрагимов, Чингис и молчаливый татарин Рустам — выстроились полукругом.
  
И бояре. Те самые, что утром кричали о лёгкой победе, теперь жались у стены палатки. Селиверстов с перебинтованной рукой, молодые Мещерские и Кудрявцевы, представители Звенигородских — все молчали, избегая прямого взгляда генерала.
«Наконец-то заткнулись, — мысленно отметил Хлястин, обводя взглядом притихшее собрание. — Двести трупов — хорошее лекарство от спеси, жаль, что слишком уж дорогое…»
— Господа, — начал генерал, указывая на карту. — Сегодняшний штурм показал истинную картину укреплений Платонова.
Он провёл рукой над схемой фортов, останавливаясь на каждом.
— Эти самые укрепления гораздо серьёзнее, чем мы предполагали. Южный форт, несмотря на видимость недостроенности, представляет собой продуманную ловушку.
«Ловушку, в которую эти идиоты полезли с радостными воплями», — добавил про себя генерал, но вслух продолжил ровным тоном:
— Перекрёстный огонь с трёх фортов создаёт зону поражения, из которой невозможно выйти без потерь. Восточный и западный форты прикрывают южный своей артиллерией и пулемётными точками.
Повернувшись к разведчику в потрёпанной форме, он отрывисто бросил:
— Докладывай.
Тот выступил вперёд, разворачивая новую схему.
— Ваше превосходительство, мы провели дополнительную разведку. Система укреплений представляет собой кольцо из пяти фортов. Восточный и западный — полностью достроены, имеют бетонные казематы. Скорее всего сообщаются с Угрюмом по подземными ходами. Северо-восточный и северо-западный — меньше по размеру, но оборудованы артиллерийскими позициями. Южный…
Разведчик помедлил.
— Южный действительно выглядит слабейшим. Стены ниже на треть, ров не завершён, но именно вокруг него сосредоточены основные минные поля и подготовленные позиции для отражения штурма.
«Платонов не дурак, — размышлял Хлястин, изучая схему. — Оставил приманку для глупцов. И они… мы клюнули».
— Минные поля, — продолжил генерал вслух, — расположены концентрическими кругами на подступах. Подготовленные позиции для снайперов в бойницах. Заложенная взрывчатка у стен. Всё это говорит о том, что защитники готовились именно к штурму южного направления.
— Но это всё же их слабое место! — подал голос кто-то из молодых бояр.
Хлястин повернулся к говорившему. Тот сразу осёкся под тяжёлым взглядом.
— Да, слабое, — согласился генерал. — И именно там мы ударим. Но на этот раз — правильно. По уму…
Он развернул новую карту с пометками.
— Мой план следующий. Первое — серьёзная артиллерийская подготовка. Не пятнадцать минут, а несколько часов плотного методичного огня. Мы должны перепахать всё пространство перед южным фортом, уничтожить минные заграждения взрывами снарядов, а также ослабить восточный и западный форты. Если те окажутся частично разрушены, их возможность вести перекрёстный огонь существенно снизится. Тогда южный форт останется без поддержки.
«Если бы сразу послушали, в братской могиле сейчас не лежало бы сто пятьдесят шесть трупов», — горько подумал Хлястин.
Медики и целители среди бояр сделали, что смогли, но они не рассчитывали на затяжную компанию…
— Для такого обстрела потребуется значительно больше боеприпасов, чем у нас есть, — заметил артиллерийский офицер.
— Я уже отправил запрос во Владимир, — кивнул генерал. — Грузовики со снарядами и дополнительными орудиями должны прибыть к утру. Князь обещал выделить всё необходимое.
Пётр Алексеевич указал на схему атаки.
— Второе — подавление огневых точек южного форта. Все маги должны сконцентрировать удар на узком участке стены. Не распыляться по всему периметру, как сегодня. Массированный магический залп по одной точке пробьёт любую защиту.
Воронцов впервые подал голос:
— Господа бояре на этот раз не пожалеют сил и Эссенции, я полагаю?
Аристократы закивали, не смея возражать патриарху.
«Старый лис знает, как их прижать», — отметил про себя Хлястин.
— Третье, — продолжил генерал, — использование всех усиленных бойцов Гильдии.
Он повернулся к Железнову.
— Господин Железнов, ваши люди возглавят прорыв после артподготовки и магического удара.
Представитель Гильдии кивнул.
— При таком плане мои бойцы смогут обеспечить взятие стен, Но учтите, им потребуется прикрытие от магов на подходе к стенам. Какие бы усиления они не получили, те не защищает от прямого попадания снаряда или мощного заклинания.
— Их Благородия обеспечат барьеры, — жёстко бросил Хлястин. — На этот раз щиты будут держать не только для себя. Не так ли?
«А не как сегодня, когда каждый спасал только свою шкуру», — с отвращением подумал он, вспоминая панику боярского ополчения.
Слитный гул голосов был ему ответом.
— Четвёртое — концентрированный удар всей армии на узком участке. Никаких отвлекающих манёвров. Все силы — в один кулак. Прорвём оборону массой и напором.
За стенкой палатки каркнул ворон. Протяжно, словно насмехаясь. Хлястин невольно вздрогнул. Падальщики чуют добычу за версту. Наверное, уже облепили окрестные деревья после дневного пира и ждут завтрашнего. Генерал сжал челюсти. «Будут кормиться. Вопрос только — нашими или чужими трупами».
Капитан Плещеев из «Булата» прокашлялся:
— Генерал, а если они снова взорвут мины под стенами? Как сегодня?
— Для этого и нужны подготовительные работы, — ответил Пётр Алексеевич. — После продолжительного артобстрела вряд ли что-то уцелеет из их сюрпризов. — И последнее, — командующий обвёл взглядом собравшихся. — В этот раз никто не отсидится в резерве. Все силы будут подтянуты к точке прорыва. Княжеская гвардия, оставшиеся наёмники — все пойдут вслед за первой волной, чтобы развить успех.
«Даже этот бесполезный Ладушкин пригодится как пушечное мясо», — цинично отметил Хлястин, глядя на побледневшего полковника.
— Ну а взяв южный форт, мы получим плацдарм для штурма острога. Если потребуется, будем обстреливать его до упора, пока там не останется камня на камне.
Воронцов поднялся с кресла, его голос прозвучал властно:
— План разумный. Я поддерживаю. Господа бояре также не имеют возражений, полагаю?
Молчание было ему ответом. После сегодняшней бойни никто не смел спорить.
Монгол Чингис, всё это время молчавший, наконец заговорил своим рубленым акцентом:
— Когда начало?
— Обстрел начнётся в восемь утра, — ответил Хлястин. — Штурм — завтра после полудня. У нас будет минимум четыре часа артиллерийской подготовки. И на этот раз, господа, мы сделаем всё по правилам военной науки.
Платонов хотел войны, он её получит!
Генерал окинул взглядом притихших командиров:
— Вопросы есть?
Никто не проронил ни слова. Даже вечно недовольный Кривоносов молчал.
— Тогда по местам. Готовьтесь к завтрашнему дню. И помните — второго шанса на ошибку у нас не будет.
  
* * *
Ратмир Железнов вышел из командирской палатки в холодную октябрьскую ночь, прокручивая в голове слова командующего, и направился к отдельному лагерю своих бойцов, расположенному в стороне от основных сил армии.